Досчитай до трёх (СИ)

— В колодце плюс один, — сказала с ленцой, — повезло, что он глубокий, даже ноги не торчат.
— И это забавно, потому что? — сказал осторожно, а я открыла глаза и развернулась к нему, сказав:
— Потому что последний.
— Откуда уверенность? — прищурился в ответ, а я начала неторопливо рассказывать, что к чему. — Вот гандон! — вынес вердикт Сеня, а я согласно кивнула. — А Игорю мы что втюхаем? Я ж правильно понял, сдавать его со всеми потрохами ты не намерена?
— Нет, конечно, — ответила, слегка поморщившись, — есть план. Но вывернуть надо так, что это идея Игоря, а не моя.
— Я примерно догадываюсь, — тихо посмеялся в ответ, — еще неделю назад я бы засомневался, потянешь или нет.
— Кума в одном был прав — рано или поздно его вычислят. Да и твои рассуждения не лишены смысла, график удобен, но не только для нас. Плюс, чем меньше внимания к этому колодцу, тем лучше. Нужна другая схема, а роль невинной овцы я исполняю мастерски.
— А на кой черт тебе этот хряк?
— Связи, отвлечение внимания, — пожала плечами в ответ, — нужен переходный период, чтобы все устаканилось и заработало. Иди, что ли? Спать охото — страсть.
— А что с Панфиловым?
— А что с ним? — хмыкнула в ответ.
— Ты поняла, — посмотрел укоризненно, — я не слепой, Ленка тоже. Между вами напряжение ножом можно резать. Огонь в глазах и прочая херня.
— Был момент, — хотелось поскорее спровадить его и я не стала спорить, — но он прикинул и решил, что этот геморрой ему ни к чему.
— Да гонишь, — протянул с сомнением.
— Не, на полном серьезе, — промямлила в ответ. — Прям размышлял, серьезно так, взвешено. Я универ выбирала быстрее.
— Кретин, — пожал плечами и поцеловав меня в лоб, поднимаясь, — мне же лучше. Тебя ждать сегодня?
— Приеду к обеду, — Сеня кивнул и пошёл в коридор, а я поняла, что пытаться уснуть бессмысленно и прошлепала в ванну, на ходу стягивая футболку.
Долго стояла под прохладным душем, ещё дольше разглядывала своё лицо в зеркало, завернулась в полотенце и вышла, подсушивая волосы вторым, но так и замерла, приоткрыв рот.
— Чего тебе? — проворчала недовольно.
— Арсений меня впустил, — ответил Панфилов, с трудом разжав челюсть, — три-три.
— Уверен? — хмыкнула в ответ. — Ты наверняка по делу.
— Предлог тоже есть, — кивнул согласно.
— Слушаю тебя внимательно, — сказала серьезно, придерживая одной рукой полотенце. Падать оно не собиралось, а вот желание сорвать его все ещё присутствовало. Черт, почему так сердце колотится?
— Вспомни, пожалуйста, тот разговор у лифта, — сказал вкрадчиво, — любое слово может помочь.
Я старательно напрягла память, с трудом отводя от него взгляд, впившись ногтями в пресловутое полотенце, хмурилась, морщилась, пока он терпеливо ждал, но толку в этом не было никакого. Кроме того, что он какое-то время будет рядом.
— Нет, извини, — выдохнула с сожалением, — больше ничего. Он просто психовал, да и то преимущественно из-за того, что психовал собеседник. У него была железобетонная уверенность, что слияние состоится.
— Это может помочь, — слабо улыбнулся в ответ. — Разобралась со своими делами?
— Да, — ответила уверенно, — спасибо. Что-то ещё?
— Нет, — ответил тихо и не сдвинулся с места.
— Тебя проводить? — спросила с вызовом.
Он отрицательно мотнул головой и пошёл к двери, я выдохнула и прикрыла глаза, но через три секунды широко распахнула, оказавшись в его объятиях. На этот раз медлить он не стал, наклонился и поцеловал, а я ухватилась за его шею, почувствовав слабость в ногах. Полотенце оказалось на полу, он стянул с себя футболку и прижал меня к себе, а из моей груди вырвался слабый стон.
«Стоп. Что?» — мелькнуло в голове и я растерянно замерла.
— Все в порядке? — спросил, отстранившись. Взгляд мутный, дыхание тяжелое, рука на моей спине слегка дрожит от волнения и желания.
— Да, — шепнула в ответ и вновь потянулась к нему.
Мы оказались на кровати, упав на неё вместе, я ойкнула от неожиданности и улыбнулась, его глаза загорелись озорным блеском, он плавно перешёл к моей шее, его рука блуждала по моему телу, я комкала простынь, выгибалась, как кошка, дурея от желания и сладко постанывала, заводясь от этого ещё сильнее, он перешёл к моей груди и тут волшебство закончилось. Он завис. Нет, с грудью полный порядок, но он отстранился и уставился на неё, стиснув зубы.
 
— В чем дело? — спросила хрипло, а он глухо зарычал и с силой потёр обеими руками лицо, рявкнув:
— Черт!
— Ростислав?! — спросила истерично, приподнимаясь на локтях, а он пробормотал:
— Да за какие грехи… — поднялся и натянут футболку. — Прости, Линда, — сказал, глядя на меня с болью, — прости. Я потом объясню. Не выходи сегодня, ладно? Прошу, останься тут, запрись и никого не впускай.
— Да какого хрена?! — взвилась, резко сев на кровати. На глазах от обиды навернулись слёзы, а нижняя губа отпала сама собой, задрожав, как у маленький девочки. Он посмотрел мне в глаза с отчаянием, застегнул ремень на джинсах и развернулся, процедив:
— Всегда проверяй, кретин, всегда.
Быстро вышел и так громко хлопнул входной дверью, что я подпрыгнула на кровати. Слёзы брызнули из глаз, напряжение требовало выхода, я истерично взвизгнула и запустила в стену первое, что попалось под руку. Поняла, что перестаралась, оставшись без мобильного, раздраженно выдохнула и пошла сушить голову.
Надо было его послушать. Дверь запереть за ним, посидеть смирно, но я включила фен, лишив себя даже возможности закричать. Отложила его, посмотрела на дверь и успела только дернуться, как получила удар рукояткой пистолета в висок, мгновенно потеряв сознание.
Глаза открывать не хотелось. Очнулась я уже довольно давно, лежала на мягком, одежду на себе чувствовала, руки-ноги не связаны, но обольщаться по этому поводу не спешила. Просто некто решил не заморачиваться, а значит, сбежать возможности нет никакой. Мысли копошились в голове, догадка, кому я в очередной раз понадобилась и зачем, присутствовала и проверять ее я не спешила. Может, поспать? А что? Отойду в мир иной отдохнувшей и посвежевшей.
— Просто любопытно, — услышала рядом голос с лёгким акцентом. Насмешливый, ехидный, — как долго ты можешь пролежать без движения? Я засёк, но не сразу. Прошло уже полтора часа и, если честно, я заскучал.
— А я тут чтобы тебя развлекать? — ухмыльнулась, приоткрыв глаза. Тот же хмырь, что ударил меня. Ну, хоть тут без сюрпризов.
— Я не прочь, — слегка пожал плечом, сидя в огромном кожаном кресле рядом с диваном, на котором я лежала.
— А мне вот что-то не хочется, — вздохнула в ответ и надула губы: — Милый, не сегодня, голова болит.
Мужчина засмеялся, театрально запрокинув голову, и вальяжно развалился в кресле, положив руки на спинки и широко расставив ноги. Очевидно, тут я должна была решить, что сидеть как нормальный человек ему мешает щедро отпущенное создателем мужское достоинство. Впрочем, о достоинстве в прямом смысле говорить не приходится, вряд ли оно у него было. Да и на дорогую гостью я все же мало похожа: в правой руке он держал пистолет, в левой — телефон и почему-то была уверенность, что мне крышка, едва он зазвонит.
— Не интересно, зачем я тебя сюда привёз, например? — спросил, закинув ногу на ногу
— На столько скучно? — протянула с удивлением, а он снова засмеялся. — Могу подсказать занятие. Эмир, да?
— Хорошая память, — слегка усмехнулся в ответ. — Что за занятие?
— Ты уже выбрал себе памятник? — широко улыбнулась в ответ. Эмир хмыкнул и спросил:
— А ты?
— А мне-то он зачем? — изумилась в ответ. — Я удостоюсь разве что безымянного холмика где-нибудь в лесочке, судя по пейзажу за окном.
— Сообразительная, — скупо улыбнулся в ответ. — Даже будет жаль пустить тебе пулю в лоб.
— Сомневаюсь, — фыркнула в ответ, — как и в том, что папочке есть до меня дело.
— Есть, не сомневайся, — хмыкнул в ответ, — он так трогательно рассказывал историю любви к твоей мамаше, что я бы прослезился, не сиди мы в публичном месте.