Вуайерист (ЛП)

Вошли первые несколько студентов, избавив меня от необходимости придумывать ложь. Я провела с ним слишком много времени, чтобы попытаться придумать какую-нибудь случайную ложь. Не только это, но и я была худшей лгуньей.
Каждый из нас моргнул и откинулся на спинку стула. Доктор Пирс поправил свои ручки и бумаги, которые и так лежали ровно, и, как всегда, встал перед своим столом, приветствуя входящих студентов.
Вошла Оливия, и ей удалось отвлечь меня достаточно, чтобы сердце успокоилось, и я смогла взять себя в руки, чтобы сосредоточиться. Как только все расселись, доктор Пирс начал урок.
— Здравствуйте, меня зовут Кэллум Пирс, и у меня астрофилия.
Студенты переминались с ноги на ногу и бормотали о своём замешательстве по поводу того, почему наш профессор начал урок как собрание анонимных алкоголиков, и задавались вопросом, что, чёрт возьми, такое астрофилия.
— Редкая любовь и одержимость планетами, звёздами и космосом, — его объяснение вызвало несколько смешков и стонов по поводу того, каким занудным он был. — Вот почему я люблю преподавать. И, может быть, к концу этого семестра я смогу передать часть этой любви вам.
— Сомневаюсь, — сказал парень сзади.
Доктор Пирс лишь бросил на него прищуренный взгляд и продолжил.
— Теперь, когда прошла вторая неделя, я хочу продолжить и представить вам ваш проект на конец семестра, — в классе раздался хор стонов. — Знаю, знаю. Просто ужас, — сказал он с преувеличенным вздохом и притворился, что падает на стол. Это принесло ему несколько смешков от других девушек впереди. — Вы выберите одну из больших звёзд для презентации. В этой презентации я бы хотел, чтобы вы использовали фотографии, которые сделали сами. Поэтому вам нужно будет в этом семестре как-нибудь встретиться со мной вечером, чтобы я мог помочь вам поработать с телескопом. Я размещу расписание регистрации на нашей онлайн-панели мониторинга.
Как только он закончил объяснять критерии, он перешёл к чтению лекций. Но я всё ещё думала о встрече с ним вечером. Будут ли встречи индивидуальными? Я знала, что вижу его почти каждый день, но мысль о тёмном небе, усеянном звёздами, так и кричала о близости. Моя грудь затрепетала от этой мысли.
И я подавила её, не позволяя себе продолжить в том же духе. Мне нужно разобраться с кучей дел, и у меня не было времени испытывать вожделение к доктору Пирсу.
Я отказывалась стать ещё одной девчонкой, которая хихикала перед его классом.
Особенно с учётом того, что я едва ли была на его радаре.
9
КЭЛЛУМ
Два дня.
Именно столько времени я держался подальше от «Вуайериста» после моего разговора с Оклин во вторник.
«Может быть, её здесь не будет», — подумал я, вводя свой идентификационный код у двери. Надежда была в лучшем случае пустой, учитывая, что большая часть меня надеялась, что она будет там. Я ранее пришёл сюда на этой неделе и мне не хватало её, хотя я говорил себе, что рад этому. Затем я посмотрел выступление другой пары и всё это время изо всех сил старался не представлять Оклин.
Я был в ужасном состоянии.
Входя в двери, я низко натянул бейсболку. Я поехал домой, чтобы надеть джинсы и бейсболку, зная, что напрошусь на неприятности, появившись в костюме, в котором я был на работе в этот день. Она мгновенно заметила бы меня, и я даже представить себе не мог, к каким последствиям приведёт то, что она узнает, что я здесь. Чувство вины сдавило мне грудь, но желание разгорелось сильнее и стало сильнее всего, что я мог чувствовать.
Я осторожно попытался оглядеться по сторонам и направился к бару, усевшись в углу, чтобы иметь лучший обзор. Но когда бармен поставил передо мной пиво и отошёл, Оклин стояла с другой стороны, смеясь с другим сотрудником.
Я уставился на неё, ничего не в силах с собой поделать. На ней был длинный, струящийся красный шёлковый шифоновый халатик, едва завязанный на тонкой талии и подчёркивающий её изгибы, обтянутый красным бюстгальтером на бретельках. Мне захотелось снять его с неё. Хотелось посмотреть, были ли её трусики такими же тонкими, как и лифчик. Хотелось увидеть, как она снимет всё это для меня.
 
Я быстро опустил подбородок, позволяя кепке прикрыть лицо, когда она начала поворачиваться, чтобы посмотреть в мою сторону. Я сжал бутылку, пытаясь позволить холодному твёрдому стеклу успокоить меня. Может, если я просуну её себе между ног, это ослабит эрекцию, натягивающую мои штаны.
Мне до боли хотелось запросить её. Заставить её делать всё то, о чём я мечтал. И я ненавидел это. Смысл «Вуайериста» был не в этом. Дело было не в том, чтобы вожделеть исполнителя и влюбляться в него, наблюдая за ним. Речь шла о наблюдении за кем угодно, за человеком, не связанным с твоей фантазией. Я чувствовал, что нарушаю правила, и это нужно было прекратить. Я допил остатки своего пива и поставил его на стол, прежде чем подойти к айпаду и вслепую выбрать женщину для сольного выступления.
Но даже при невнимательном выборе судьба свела меня с девушкой, похожей на Оклин. Я в полной заднице.
Я вернулся на своё место у стойки и стал ждать, когда мне сообщат, что номер готов. На этот раз я попросил только воды.
Женщине, которой, возможно, было за сорок, не потребовалось много времени, чтобы подойти ко мне. Я бы не смог угадать её возраст, если бы не тонкие морщинки вокруг глаз, которые выдавали его. В остальном её тело было гладким, обтянутым облегающей чёрной юбкой и белой блузкой, которая по большей части оставалась расстёгнутой.
— Эй, нужна компания? — спросила она, проводя пальцем по моей руке. — Кстати, меня зовут Энн.
— Привет, Энн. Я Кэл, и, к сожалению, я только что сделал выбор и скоро уйду, — я добавил мягкую улыбку сожаления. Не хотел быть грубым.
Она облизнула губы.
— Тебе там не нужна компания? — спросила она, кивнув головой в сторону задних комнат.
Я не мог не восхититься её смелостью. Большинство людей приходят в «Вуайерист», потому что они знают, чего хотят, и они хотят удовлетворить эту тягу к извращениям, которую большинство людей не понимают. Я же пришёл, потому что, если уж я такой ебанутый, то у меня, по крайней мере, будет лучшее из доступного порно. Я смотрел на то, что, казалось, не мог заставить пережить своё тело. Но присутствие здесь обычно не означало, что ты приходишь, чтобы найти кого-то, кого можно отвести в отдельную комнату и делать всё, что угодно, пока идёт представление. Конечно, разговоры заводились, и люди встречались, как в обычном баре, но то, что происходило в дальних комнатах, обычно не обсуждалось за столом, если кто-то не был хорошо знаком.
— Мне хорошо и одному, но спасибо за предложение.
К счастью, я был спасён от дальнейшего разговора, когда зажужжал мой браслет. Кивнув на прощание, я вышел и направился в заднюю комнату. Когда вошёл, было темно, и я повернул ручку выключателя ровно настолько, чтобы видеть, куда иду. Чёрный кожаный диван и два кресла занимали середину комнаты. Между ними стояли приставные столики, на каждом из которых стояли лампы. Вдоль одной стены тянулась полка с полотенцами, ассортиментом лосьонов, смазок и презервативов. Кроме того, была папка с другими товарами, которые вы могли бы запросить, включая фаллоимитаторы, ремни и любые другие приспособления, которые вы могли использовать в маленькой комнате с диваном и двумя креслами.
Я схватил бутылочку согревающей смазки и полотенце, прежде чем щёлкнуть выключателем, чтобы сообщить, что готов, и сел на диван лицом к стеклянной стене. С моей стороны, стекло обеспечивало мне уединение, которого я хотел, но всё же позволяло мне чувствовать, что я нахожусь в комнате. Я знал, что с их стороны это была лишь чёрная блестящая стена, сквозь которую они не могли меня видеть.
Я расстёгивал молнию на джинсах, когда вошла девушка. Она прошлась по комнате, как будто была у себя дома, прежде чем села на край кровати и раздвинула ноги. Её светло-каштановые волосы упали ей на спину, когда она застонала, скользнув пальцами под белые трусики.