Смерть моя, жизнь моя (СИ)

Сгерр кричал, извивался, пока не рухнул на землю. Внутри него шла перестройка, с которой он пытался бороться. Отчаянно, но тщетно. Наместник — сильнейший из драххов. Именно такими всегда были повелители в мире Прада.
На периферии сознания мелькнула мысль, что нужно обратиться. Девушка может пострадать…
Но разъярённый дракон отмёл её, врываясь под сень деревьев, прокладывая себе путь меж стволами.
Он чуял свою ниатари, испуганную и решительную, убегающую. Жаждущую жить.
Догнал. Вскрикнув, девушка упала, испачкала лицо и руки в грязи. И всё равно ползла, сопротивлялась, не хотела покориться.
Издав победный рык, дракон подхватил её когтистой лапой. Девушка закричала, но зверь, оттолкнувшись, взмыл ввысь, удерживая её меж громадных когтей.
Назад. В Драххан. В свою башню.
Консуммировать брак.
  
ГЛАВА 14
 
Я захлебнулась криком, болтаясь в цепких лапах над пропастью. Воздуха не хватало, голова кружилась. Первые несколько мгновений казалось, мне пришёл конец. Чудовище разорвёт на клочки.
Но синий, величественный дракон нёс меня на удивление мягко. Вцепившись в гигантские когти, пристроив голову на огромном пальце, я заставила себя замолчать. Оглядеться, насколько могла из своего положения.
Внизу под нами виднелся лес, впереди — огни Драххана. Да уж, далеко убежала, ничего не скажешь.
Мне иногда снились полёты. И сейчас, наяву, посетило странное ощущение, что вот если бы сидеть на мощной спине…
Дракон раздражённо рыкнул, испустив из пасти огонь, разрушив мелькнувшее, не оформившееся желание.
Сжавшись, я с трудом заставила себя не вскрикнуть. Горло и так саднило, кажется, я его сорвала.
А потом мы резко пошли вниз, от чего мой желудок подскочил вверх. Навстречу неслась разбитая крыша, развороченный сад.
Зажмурившись, я ожидала столкновения, на миг даже показалось, дракон сейчас меня швырнёт — хотя бы для того, чтобы не раздавить.
В нос ударило странным терпким запахом, перед глазами заплясали синие искры.
В следующий миг я оказалась на руках у Сольгарда. Даже не поняла, как это произошло — только что меня тащил дракон, и вот уже прижимает к груди обнажённый муж.
Подняла на него глаза, пытаясь сообразить, чего теперь ожидать
Лицо Эллинге казалось перекошенным от ярости — или, может, от боли. Глаза застилала тьма. На груди алели раны.
Он спустил меня по лестнице, не останавливаясь, не выпуская из рук, словно показывая, что больше вырваться из хищных лап не позволит.
В голове трепыхались разные мысли, будто продолжая полёт над бездной. Я никак не могла решить, что делать. Попыталась дёрнуться, но была ещё сильнее прижата к мощному телу.
Муж молчал, и я тоже без слов понимала всё, что последует дальше. Отчаянно искала хоть какой-то выход — и не находила.
Пройдя спальню, он занёс меня в ванную. Поставил в широкую стеклянную ванну прямо в одежде, включил душ. Залез следом.
— Всё, Иви, ожидание закончено, — произнёс.
Голос прозвучал ровно, словно он наконец-то справился с собой.
— Может… сначала залечишь раны? — отозвалась я, глядя, как струи смывают красные разводы с его груди.
Сольгард так криво усмехнулся, что захотелось вжаться в ближайшую стену.
— Уже залечил, — откликнулся саркастически.
Его руки принялись снимать мокрый, липнущий костюм для верховой езды. Я отступила, ощутив холодную гладкую поверхность за спиной. Тёплые струи били с потолка, омывая нас.
— Хочешь снова попытаться сбежать? — он буквально вжал меня в стену, прожигая взглядом.
— Да! — подняла я голову.
— Почему? — требовательно поднял моё лицо, скользнул пальцами по шее, обжигая.
— Ты обманул меня! Вы… убиваете нас, ниатари! Если бы я знала… если бы я только знала!
— Убила бы меня?
— В отличие от тебя, я не смогу спокойно жить, зная, что убила.
— А ты думаешь, я — смогу?! Думаешь, мы не мучаемся, глядя в глаза своим детям? Хороня своих женщин?
Сольгард несколько мгновений молчал, тяжело дыша.
— Раньше ниатари знали, к чему их готовят, — огорошил. — И… это было не лучшее решение. Слишком многие не доживали до совершеннолетия, или не доносили свою честь.
 
— Поэтому вы решили брать нас обманом? Растите на убой?
— Мы заключили договор. Такова цена, к сожалению. Если был бы какой-нибудь другой выход…
— Вы пришли на наши земли, заставляете расплачиваться женщинами и даже не даёте им права выбора!
— Мы защищаем вас от Хаоса! — рыкнул Сольгард.
Его руки не останавливались, стягивали с меня одежду. Сильные, уверенные движения давали понять: сопротивление бесполезно. И, наверное, срабатывали внушённые храмовниками предписания: не перечить мужу, быть ему ласковой женой всегда, когда он того захочет.
Я жена. Мы сочетались браком по двум традициям: и в нашем Храме, и в Башне. Закон на стороне Сольгарда.
Но в душе рос, поднимался протест. Не хочу! Я хочу жить! Любить и быть любимой!
— Вы разрушили свой собственный мир, не смогли решить свои собственные проблемы, лишились женщин и привели Хаос к нам! Почему мы должны расплачиваться за ваши ошибки?
— Хаос пришёл бы к вам рано или поздно. Наш мир был ближе к нему. И Прада в нём была сильнее. Если бы мы погибли, Хаос поглотил бы вас в момент! Мы защищаем вас!
— Очередная ложь, чтобы оправдать собственную жестокость!
— Я — жесток?! — рыкнул Сольгард, посиневшие было глаза снова полыхнули чернотой. — Я сделал всё, чтобы облегчить тебе судьбу, но ты не ценишь хорошего отношения.
— Если бы ты хотел облегчить мою судьбу, отпустил бы меня! Хорошее отношение?! Ты ворвался в мою жизнь, заявил на меня права как на вещь, и… даже проститься с семьёй не дал!
Я резко выдохнула, прикрыв глаза. Нет, сильнее распалять его не нужно. Нужно ещё хоть немного оттянуть время! Хоть день! И, возможно, я смогу придумать что-нибудь, чтобы хотя бы не забеременеть.
— Я благодарна, что ты дал мне эту отсрочку, — прошептала. — Давай… помогу тебе залечить раны?
Эллигне резко хлопнул по крану, выключая воду.
— Нет, Иви, отсрочек больше не будет.
Сорвал ближайшее полотенце. Обернул меня в него. И, подхватив на руки, вынес в спальню.
Уложил на кровать. Взял то же полотенце. Словно сквозь пелену я смотрела, как он промокает кровавые разводы, едва заметно морщась.
Странно, но в груди действительно поднималось желание наложить хоть какое-то лекарство на эти раны. Перебинтовать. Дать выспаться.
Но говорить об этом я побоялась.
Скосила глаза вниз, рассматривая то, о чём перешёптываются девчонки, но чего никогда прежде не видела так близко. Оно… пожалуй, привлекало. Как и широкие плечи, рельефный живот, сильные бёдра.
Сольгард поднял голову, пристально всмотрелся в мои глаза. Отшвырнул полотенце и приостановился, будто давая мне разглядеть или что-то высматривая в лице.
А после подался вперёд, в момент оказался на кровати, укладываясь между моими ногами.
Я напряглась, почти непроизвольно упёрлась в его плечи. Попыталась сжать коленки, но он был так силён!
— Если бы ты меня слушалась, я подождал бы сколько нужно.
— Как я могла предположить, что на твоей собственной крыше кто-то посмеет лезть к твоей жене?! Разве ты не сказал, что я больше не увижу их?! — горло уже не выдерживало такого тона, болело, голос сделался хриплым. Никогда в жизни я его так не напрягала!
— Ты должна понять, Иви, — тихо произнёс Эллинге. Коснулся пальцами волос, приближая губы к моим. — Пока брак не консуммирован, драконы чуют твою Инье. Впервые за многие годы появилась женщина, в которой сила Прада так велика, что пробуждает давние глубокие инстинкты, заставляя соперничать, бросать вызов наперекор иерархии. Не я — тебя сделает своей любой драхх, который встретится на твоём пути.
 
— А… потом?
— А потом наша сила сольётся, и они больше не смогут на неё претендовать. Она им не ответит.