Смерть моя, жизнь моя (СИ)

А на следующий день к нам прибыли Улина с Краффом.
Я проснулась раньше мужа. Какое-то время рассматривала его — сильные мышцы плеч, словно перевитые венами. Упругий живот, согнутую ногу, выбившуюся из-под одеяла. Так хотелось прикоснуться, рассмотреть…
Но я поспешила покинуть опасную территорию.
Мне начинало нравиться это шаткое равновесие, выдержка, с какой он соблюдает обещание. Даже то, что он действительно решил ухаживать за мной, эти танцы, объятия, поцелуй…
В душе пробуждалось предвкушение, и хотелось продлить его.
Сольгард столько делал ради меня. Это противоречило всему, что я знала о драххах. Но я прекрасно помнила его слова, всё, чему меня учили. Ему просто подошёл мой узор. Я единственная, кто может родить ему ребёнка.
Но они, драххи, лишили нас права выбора. Они пришли на наши земли и воюют за наших женщин, оставляя свои узоры. Навсегда разлучают с родными.
И пока он готов идти на уступки, возможно, мне удастся выяснить как можно больше.
Эллинге не звал гостей наверх — наоборот, спустил меня тем самым непонятным способом вниз, на второй этаж, где обнаружилась ещё одна столовая. На этот раз очевидно, что для приёмов: уют уступал место пышности и богатству.
Она была огромной, но всё же залы не перетекали один в другой, как на верхних этажах. Виднелись вполне плотные стены с дверями, которые разъезжались будто сами по себе. Всё в той же синей гамме, словно на каждом шагу напоминая, что это цвет Наместника. Его Манье.
Улина с Краффом вошли снизу, с открытой лестницы. Я несколько мгновений глядела на изящные стеклянные перила, пытаясь усмирить незваные мысли.
Лестница вниз. Где-то там наверняка находится выход.
Свобода!
Острое желание сорваться с места, вырваться из этой хирровой клетки на какие-то сумасшедшие мгновения захлестнуло. Я буквально заставила себя расслабиться, выдать комплимент бархатному синему платью Улины.
Она вернула моему красному: я как-то не подумала, что тоже стоит приодеться в цвета мужа. И хорошо, были бы с ней слишком похожи.
Улина окинула зал таким взглядом, словно сравнивала с покоями Краффа. Не в пользу последнего.
— Как же я рада вас видеть! — сжала я её руки.
Действительно, осознание, что я всё-таки не одна, что хоть изредка нам можно будет видеться, приятно грело. А ещё опровержение смутных страхов, что после первой брачной ночи женщина может и не проснуться…
— И я рада побывать в вашем доме, — улыбнулась она в ответ.
Сам же Крафф Иссурд, казалось, смотрел исключительно на меня. Ноздри его странно раздувались… а взгляд Эллинге всё больше мрачнел.
Не успели мы разместиться за столом, как одна из раздвижных дверей вдруг отворилась, впуская фиолетового Сгерра.
Помесь смущения, неприязни, почти ненависти заполнила меня изнутри и едва не вылилась румянцем на щёки. Как он посмел явиться! После всего? После того, что муж наверняка его прогнал!
Глаза Эллинге потемнели.
— Звали?
— Я звал тебя вечером.
— Вечером я…
Эллинге резко поднялся, царапнув стулом по гладкому тёмному полу.
— Прошу простить, — кивнул нам. Обернулся к преемнику: — Идём.
Несколько секунд я смотрела им вслед, недоумевая, для чего Сольгард снова позвал его в свой дом? Почему Сгерр может так свободно сюда заходить? Пока от этих мыслей не отвлёк голос Улины:
— А у нас есть такой экран, через который Крафф общается с отцом.
У нас… У Эллинге было множество экранов и не только, но я не могла, не чувствовала себя в праве называть их «нашими». А Улина, похоже, вполне органично влилась в роль хозяйки и почти наслаждалась ею.
Может, и мне брать с неё пример?
Я с недоумением осознала, что меня уже не так пугает необходимость обратиться к Наместнику с вопросом, просьбой. Может даже он не разозлится на отступление от предписаний, если я осторожно начну расспрашивать…
Всё равно долго не удастся увиливать от супружеских обязанностей.
Впрочем, пока муж не требует, я не готова была предлагать ему первой. Ждёт — и хорошо. Просто отлично. Пока он не претендует на моё тело… пока готов повременить, нужно использовать шансы по максимуму.
 
У меня есть время выяснить как можно больше, и, возможно… возможно освободиться. Сбежать.
И, может быть, выйти замуж за нормального мужчину… закрыв глаза на страшные суеверия о проклятиях.
Эта мысль давно уже прорастала изнутри, но появление Улины почему-то подтолкнуло её к поверхности.
— Когда Крафф коснулся ко мне, — произнесла Улина, снова прерывая молчание, и даже взяла мужа под руку, — узор вспыхнул так ярко! Я никогда не видела, чтобы татуировка так ярко горела!
Кажется, я видела. Но не стала напоминать ей, за кого боролся её супруг. Может, она искренне считала, что у неё всё лучше, а может, хотела убедить в этом нас. Крафф тоже поморщился, но промолчал.
— А какая была свадьба! Жаль, вас не было! — продолжала заливаться Улина.
— Мне тоже жаль, что вы на моей не были, — вернула я любезность.
— Дх’эр Сольгард вызвал для всех самодвижущиеся экипажи, — зачем-то добавил Крафф, выпуская её руку.
Улина глянула с некоторым разочарованием, после улыбнулась:
— Я рада, что мы сможем дружить.
— Я тоже рада, — отозвалась я.
— Мне… нужно привести себя в порядок. С вашего позволения, — Улина поднялась окидывая глазами пространство явно в поисках.
— Туда, — направил Иссурд, который, похоже, ориентировался в доме Наместника лучше меня.
Я надеялась, что он пойдёт проводить жену, но он лишь подошёл ко мне, не отводя взгляда.
— Иви, — произнёс синий, беря мою руку.
— Что вы делаете? — голос неожиданно дрогнул.
Муж дома, убеждала я себя. Да и Улина вот-вот появится!
И Ленси где-то рядом, наверняка.
Но Краффа будто не волновали все эти соображения. Он вдруг опустился на колено, не отпуская моей руки:
— Если бы я только мог предположить… — пробормотал. — Я не стал бы торопиться со свадьбой, а сделал бы всё, чтобы заслужить ваше…
— Но вы уже женаты! — не удержалась я.
— Это был шаг отчаянья, — он поднёс мои пальцы к губам. — Иви… умоляю, дайте мне шанс, если уж…
В этот миг створки двери разъехались. Даже не оглянувшись, я ощутила разъярённый взгляд мужа.
— Дх’эр Иссурд, — произнёс он ледяным тоном.
— Я… хотел бы поговорить с вами, дх’эр Сольгард, — решительно поднявшись, отозвался Крафф.
Следом за Сольгардом вошёл Сгерр. Появилась Ленси ещё с одним прибором — похоже, преемника пригласили на обед.
Сказать, что я была в шоке — ничего не сказать! Нравы драххов вызывали недоумение. Подойти к замужней даме, предложить ей непристойное… В нашем кругу это считалось непорядочным. И не важно, что происходит между супругами за закрытыми дверьми спальни!
У них же всё было иначе. Соперничество, консуммация. Похоже, даже знак Прада во время церемонии не считался важным. Чем-то я для них пахла… И это пугало.
Несколько долгих минут я смотрела мужчинам вслед.
Обратно в зал проскользнула ничего не понимающая Улина, оглядела нас всех и с недоумением опустилась на место.
Словно бы не обращая на меня никакого внимания, Сгерр подсел к ней и принялся расспрашивать о свадьбе — которую она с довольной улыбкой живописала. Впрочем, меня это устраивало: после всего случившегося оставаться наедине со Сгерром совсем не хотелось. И Ленси не оставляла нас, видимо, получив приказ от хозяина присмотреть.
***
Сговорились они сегодня, что ли? Дома, в мире Прада он бы, наверное, считался их сверстником. Ну, почти. А тут ощущал себя намного старше. Может потому, что на нём лежало больше ответственности. А может — потому что его отец был из тех, кто ещё знал родной мир, держал бой с хаоситами. Мальчишки же, рождённые здесь, приобретали слишком много от людей. И всё меньше и меньше силы.
 
Их звери мельчали. Вместе с количеством подходящих женщин. Ниатари.
— Ты начинаешь забываться. Сын, — проговорил Эллинге холодно. — Ты пока ещё не Наместник. И должен беспрекословно слушаться своего наставника.