Колхозное строительство 72 (СИ)

  
Андрей Шопперт
 
Колхозное строительство 72
   
Глава 1
   
Интерлюдия первая
 
 
– Купил мелок от тараканов.
 
– И как помогло?
 
– Ну да, вон сидят в углу – рисуют.
 
Таракан Ёж время от времени поглядывал на потолок. Тот не присылал врагов. Давненько.
Ёж уже думал, что всё – не будет их больше… И именно в тот момент, когда он уже хотел поблагодарить потолок, что все его испытания закончились, это и случилось. Их были тысячи! Эти чужие тараканы просто появлялись на потолке целыми гроздьями и падали на пол. Потом крутили головами и разбегались по кухне – и так длилось несколько минут. Наконец закончилось. Ёж всё не мог прийти в себя от такого количества врагов, он вертел своей треугольной головкой и соображал, как же бороться с этими полчищами, когда в центре потолка появился ещё один. Не слишком и большой, и ничем от остальных не отличающийся. Хотя нет, всё же отличался – цветом. Он был не рыжим, а серо-коричневым. Грязным каким-то.
– Я одобряю такой лозунг: «Не бояться трудностей, не бояться смерти», – Пропищал грязный и спрыгнул с потолка.
Сейчас же его окружили орды появившихся врагов и стали что-то попискивать в ответ – а потом все вместе зашебуршали лапками и принялись хором вопить:
– Мао! Мао! Мао!
Кричали как-то пискляво всё же, и выходило у них чуть иначе:
– Мяу, мяу, мяу.
Не буди лихо… Барсик, это рыжее чудовище, появился внезапно, как вестник смерти. Как молот Тора! Блин, кто этот Тор? Вечно непонятные слова всплывают в ненужный момент. Однако «молот», увидев, сколько их, этих «мяу», выставил вперёд передние лапы и стал тормозить о надраенный паркет. Не получилось – скользко; и Кот со вставшей дыбом шерстью въехал в эту мяукающую толпу. Завизжал дурным голосом и, развернувшись на хвосте, стремительно покинул поле боя. Дезертир! Таких расстреливать перед строем надо.
Серо-коричневый после бегства Барсика-Тора встал на задние лапки, вытянул вперёд одну переднюю и пропищал:
– Враг сам по себе не исчезнет.
У каждого поколения должна быть своя война.
Преимущество на нашей стороне, а не на стороне врагов.
Орды снова принялись кричать «мяу».
И тут на кухню зашла хозяйка. Она, как и Барсик, завизжала – но, в отличие от кота, не побежала наутёк, а принялась ногами, точнее тапком, надетым на ногу, давить этих мяуистов. Эх, жаль враги быстро опомнились… Потеряв едва ли треть, они прыснули по углам – и первым бежал их Мяо, который призывал воевать. Что, трудно воевать с тапком?
  
Интерлюдия первая (продолжение)
 
 
На приёме у психиатра:
 
– Доктор, а зачем это у вас лежит тапок на столе?
 
– Понимаете, у многих моих пациентов такие тараканы в голове…
 
Через час на кухне было трое людей и ни одного таракана – мяуисты попрятались. Ёж забрался на кондиционер и наблюдал за процессом. Он отлично понимал, что без помощи людей ему с этими фанатиками не справиться – слишком их много, и слишком хорошо они организованы. В этом он уже убедился. Когда хозяйка убежала из кухни, Ёж, рассчитывая на панику в рядах противника, вместе с двумя своими сыновьями напал на первого подвернувшегося под лапу – и получил отпор.
Мелкий как-то хитро дрыгнул ногами, и двое его сыновей отлетели от мяуиста чуть ли ни на метр, а тот заверещал на своём мяучьем – и мгновенно их стали окружать десятки этих мелкотравчатых. Воспользовавшись тем, что они крупнее, а, следовательно, и массивнее, Ёж с сыновьями ретировались, оставив поле моя за противником. «Плохо. Так можно и весь авторитет растерять», – решил Ёж и задумался. В это время и пришли хозяева. Послушать нужно, что решат они.
– Ты даже не представляешь, сколько их было! Миллион!
– Прямо уж миллион? – хозяин внимательно осмотрел раздавленных. – Штук десять.
– Убежали остальные. Нужно вызывать санэпидстанцию, – это хозяйка. Да… химии тут только и не хватало.
 
– Химии тут только и не хватает! Это же всякие карбофосы с дихлофосами – они запрещены международной конвенцией по химическому оружию. Потом Юра чего в рот потянет, – хозяин прислонился к стенке и встал на одну ногу.
– И что делать? Как от них избавлялись в будущем? – странная женщина! Откуда хозяин может знать про будущее?
Ответила третья участница совещания:
– В будущем нет тараканов. Исчезли. Кто говорит, что из-за китайского мелка «Машенька», кто – из-за сотовых телефонов, кто – из-за микроволновок.
– Стоять! Бояться! Вика, ты мне через часик напомни про микроволновки, а то опять на год забуду. Я ведь когда министром сельского хозяйства стал, про них вспомнил – хотел попрогрессорствовать. Ничего не получилось, я ведь ничего про те микроволны не знаю. Ещё их СВЧ называли – но и тут не мой профиль. Нашёл какого-то физика, рассказал, что мысль вот такая пришла – с помощью излучения обед готовить. Он обещал подумать и исчез, ну и я закрутился, забыл. А теперь Козьмецкий есть. Сделаем.
– А сотовые?
– Группа собрана, работает. Пока не дёргаю – пусть сами чего родят. Все вводные получили. Тоже очень не моя тема.
– А тараканы? – фыркнула хозяйка, – тоже не твоя?
– Мы в общаге боролись как-то раз. Интересный способ. Победили, между прочим. Взяли трёхлитровую банку стеклянную, в неё испорченного кефира налили, а к горлышку, с небольшим напуском, дощечку приставили. Это нам старшекурсники посоветовали. Ну, мы сначала думали – издеваются над молодыми, но, тем не менее, соорудили такую голгофу, а то спать даже мешали, по голове внаглую ползали. Утром проснулись, а в банке аж кишит ими! На следующий вечер снова поставили. Ночью неожиданно свет включили – так они по этой дощечке чуть не в драку к банке бегут, и в неё ныряют. За неделю всех переловили. Потом патентованное средство весь этаж обошло, а там и другие этажи включились. К новому году в общаге ни одного таракана не стало.
– Миша, – крикнула хозяйка, высовываясь в окно, здоровенному мужику, сидящему в деревянном кресле в саду, – отправь Виталика, пусть пять бутылок кефира купит… Подожди! И ещё трёхлитровую банку берёзового сока, – она обернулась к хозяину. – Дощечку-то найдёшь?
Не зря Ёж сидел на кондиционере. Нужно будет увести пока своих из дома в подсобку. Пусть мяуисты несвежий кефир пьют. Нам потом печенек хватит.
  
Событие первое
 
 
Бесит, когда в моде какие-то плоские животы с отвратительными кубиками, а не твоё нежное и изящное пузико.
 
– Пётр Миронович, вы обедать-то пойдёте? – Филипповна заглянула в кабинет.
Штелле только отправил девчуль в аэропорт. Прилетели из Москвы, в новых нарядах. Хороши, чертовки! Дольче, используя рисунки Петра и Маши, а также бредовые идеи из кучи иностранных журналов, что скупали для него по всему миру, даже в ругаемой всеми ЮАР, создал настоящие шедевры. Белые приталенные брючные костюмы с алой и ярко-зелёной вышивкой гладью на вполне себе округлых округлостях смотрелись «дорохо-бохато» и стильно. Шарф из перьев, почти как у Элочки-людоедочки, что «исторг» из своего умища кутюрье Габанов, Пётр сразу зарубил. Не прости-господи же, а руссо-туристо, облико морале! Вместо них с помощью Вики изъяли из аксессуаров группы «Крылья Родины» связки золотых цепей и выдали секретным оружиям Кремля. В прямом смысле. Пара десятков золотых цепочек всевозможных размеров и плетений собиралась на один замок и вешалась на шею. Смотрелось дико – эдакие новые русские из 90-х, или новые негры из американских фильмов будущего. Но – взгляд притягивало на раз.
 
Сам костюм состоял из белых, узких, несмотря на шествующие по планете клёши, брюк-дудочек, белой же шёлковой блузки-плавки, обтягивающей фигуру во всех местах, а также укороченного пиджака до середины бедра. На брюках и начиналась вышивка гладью – вверх стремились зелёные травинки, которые переходили на пиджак и блузку, но там уже заметно реже, а по верху травинок имелись небольшие красные бутоны роз. Отдельные ростки поднимались почти до плеч, но уже без цветов.