Аромат невинности. Дар

Как сейчас помню прощание с Томой, когда она уезжала поступать в столицу. Тогда она крепко меня обняла и сказала, что все будет хорошо и она обязательно заберет меня к себе. Экзамены она провалила, но устроилась на работу и не вернулась. Два года от нее не было ни слуху ни духу. За это время я успела поступить в педагогический в нашем городе и год отучиться, когда раздался звонок от нее. Я как раз просматривала объявления, ища работу на лето.
Тома ворвалась в мою жизнь как ураган. Приехала в общежитие, заставила в темпе упаковать нехитрые пожитки и увезла к себе. Она честно рассказала о своей жизни. Как снимала квартиру на троих со знакомыми девушками, такими же, как она, приехавшими в столицу поймать удачу за хвост. Работала официанткой, набиралась опыта и каждый раз устраивалась в более престижные заведения. Собирала деньги, мечтая перетащить меня к себе, но соседки по комнате ее ограбили и исчезли. «Представляешь, я, как последняя дура, хранила деньги дома!» – разорялась она. За квартиру платить было нечем, и пришлось обращаться за помощью к директору ресторана, чтобы он выдал хотя бы часть зарплаты. Тот согласился, но решил, что она расплатится с ним натурой, за что и огреб по лицу. Она была уволена, и в злости тот крикнул, раз она такая недотрога, то пусть идет работать к дейгассам. Тома и пошла. Раньше ей это и в голову не приходило, но от безысходности чего только не сделаешь. Так она попала к Сатияру.
Работая у него, встала на ноги. Сейчас сама снимает хорошую квартиру, получила права и купила себе машину. Жизнь наладилась, и она приехала забрать меня к себе. От моих слов о том, что я учусь, она отмахнулась: «Устроим тебя на учебу здесь. И зачем тебе быть учителем? Подумай лучше, кем действительно хочешь быть, и пойдешь на платное отделение». В ее обществе я чувствовала себя как щепка, захваченная тайфуном, голова шла кругом.
Из-за специфики работы молодого человека у нее не было, подруг близко к себе не подпускала, наученная горьким опытом. Тома истосковалась по нормальному общению и желала иметь рядом близкого человека, которому она дорога и небезразлична. «Ты для меня как сестра», – сказала она и на правах старшей сестры протащила меня по всем магазинам, сметая все с полок. Я была смущена, но, видя ее радость и воодушевление, сама радовалась и чувствовала себя Золушкой, попавшей в сказку. Она же была моей крестной феей.
После ее исчезновения я не могла бросить все и вернуться к прошлой жизни. Никогда бы сама не пошла работать к дейгассу, но если Тома смогла, то и я переломила себя и стала ее замещать. Я верила, что она найдется, и самое малое, что могла для нее сделать, – это работать вместо нее, чтобы ей не выкатили штраф. Единственное, от чего я отказывалась, – это работа на выезде, когда обслуживали частные вечеринки. Сатияр не смог меня переубедить, что мне ничего не грозит.
У меня появились деньги, и я наняла детектива, потом съездила к себе и забрала документы из института. У меня не выходили из головы слова Томы о том, чтобы я подумала, кем действительно хочу быть. Раньше я не позволяла себе и мысли об этом, но ради Томы решила реализовать свою давнюю мечту и подала документы на искусствоведа. Конечно же, платное отделение. Не зная своих корней, понятия не имея, кто были мои родители и имеются ли родственники, я таяла от вещей с историей. В будущем хотела бы работать в антикварном салоне, в окружении антикварных вещей. Прикасаясь к истории, я бы и себя чувствовала сопричастной к ней, обрела бы то, чего лишена с детства.
Сделав себе кофе, я обхватила чашку ладонями и задумалась. После тревожного сна, напомнившего прошлое, не могла решить, правильно ли я поступаю, отказавшись от поисков. Но ведь за столько времени не удалось найти и следа! Она как будто испарилась, но, каждый раз осматривая очередное тело неизвестной, в душе я не теряла надежды, что Тома жива. У меня больше не осталось моральных сил ездить по моргам, а все иные поиски не принесли результатов.
– Ты чего не спишь? – В дверях появился Денис, отчаянно зевая. Полусонный, светлые волосы со сна взъерошены, в одних боксерах, но выглядел он убийственно сексуально.
 
– А ты чего встал? – спросила я, стараясь не поедать глазами его рельефное фантастическое тело.
– Одна вредная девчонка сбежала от меня, а без нее мне не спится, – сообщил он. – Рано еще, пойдем спать.
– Уже не хочу.
– Зато я хочу, – сообщил он, подходя ко мне. – Будь человеком, поваляйся со мной.
Когда тебя несет на руках в постель сногсшибательно красивый парень, трудно возмущаться творящимся произволом. По крайней мере, я делала это не сильно убедительно.
Он уложил меня в кровать, сам лег рядом, подгреб под себя, повернув меня на бок, и, поцеловав в макушку, сообщил:
– Спим.
После этих слов его рука почему-то переместилась мне на грудь.
– Не наглей! – возмутилась я. Рука вернулась на талию. Я выждала, но больше никаких провокаций не последовало, и я расслабилась. Ладно, время еще есть, и понежиться в его руках – не самый плохой вариант скоротать время.
В объятиях Дениса было уютно, и, согретая теплом его тела, неожиданно для себя я уснула. Мы проспали, и собираться пришлось спешно. Захватив вещи и подарок, выехали. За руль сел Денис, а я решила подремать на месте пассажира.
– Вот где справедливость? Меня растолкала, а теперь сама дрыхнешь! – ворчливо возмутился Ден.
Странно, но, когда рано утром проснулась, сна не было ни в одном глазу, а вот после того как второй раз заснула, состояние было сонное. Несмотря на то, что проснулась первая и принялась поднимать Дениса, так как мы проспали, чувствовала себя невыспавшейся.
– Ну, хочешь, я поведу? – приоткрыв один глаз, поинтересовалась я.
– Спи уже, – ответил на это он, и я с чистой совестью закрыла глаз. На иной ответ и не рассчитывала.
Я знала, с чем связано его ворчливое настроение, – оторвала от компа и вынуждаю провести выходные на даче у Дианы. С ней у него отношения как-то не сложились. Пусть что один, что вторая в открытую свою неприязнь не выставляли, но чувствовалось, что они друг друга недолюбливают. Ну да ладно. Еще не хватало, чтобы они были в восторге друг от друга. Ревнуй его потом к подруге. Оно мне надо?
Телефонный звонок вырвал меня из дремы, и, не открывая глаз, я полезла в карман сумки, лежавшей у меня на коленях. Уверенная, что это Диана, ответила:
– Да. Едем.
– Людмила? Ты уехала?! Куда? – Голос Сатияра в трубке заставил меня открыть глаза.
– Простите, это не вам. Вы что-то хотели?
– Ты надолго уезжаешь?
– Завтра вернусь, а что?
– У нас завтра важный прием. Сняли весь ресторан. Ты могла бы выйти на работу?
– Почему я узнаю об этом только сейчас? – подозрительно поинтересовалась я. Например, Мария об этом приеме и моем участии в нем еще вчера знала, но мне никто не удосужился сообщить. Хотелось послать все к чертям и сказать, что меня не будет, но, поймав заинтересованный взгляд Дениса, сдержалась. Громкость в трубке была хорошая, и наш разговор он слышал. Важный прием – значит, и гости на нем будут присутствовать высокопоставленные. На таком приеме можно услышать много чего интересного.
– Я все объясню при встрече.
– Нет, сейчас! – твердо произнесла я. – Иначе можете не ждать, – позволила себе настаивать. Договором я не связана. И пусть этот случай вписывался в остальные, иногда он предупреждал меня о приеме за день, но меня настораживало, что я узнаю о нем в последнюю очередь.
– Людмила… – тяжко вздохнул Сатияр, но я молчала, ожидая продолжения. – Это важный прием, предполагается, что будет даже кто-то из высокородных. Заказчики хотели тебя, но я включил в договор еще двух девушек на случай форс-мажора. Вот только сегодня ко мне пришла Инна и, размазывая сопли, начала признаваться во внезапно вспыхнувшей любви, от которой у нее мозги отказали. От нее сексом разит за километр! И пусть она еще невинна, но я не могу такую девушку преподнести высокородному. Это будет воспринято как неуважение и оскорбление.