С 4 (СИ)

— Только того, что цена за ваше доверие окажется для меня чрезмерно высокой.
— Не желаете послужить на благо отчизне? Разве не в этом главная цель и стезя истинного дворянина?
— Я не рожден дворянином, ваше величество.
— Но стали им. А потому извольте соответствовать. Итак, я весь внимание, — вновь улыбка, а затем послышался тихий равномерный стрекот станка.
Борис рассказывал как можно лаконичней, стараясь не вдаваться в детали. Но, Александра такой подход явно не устраивал. Он внимательно слушал Измайлова, и время от времени задавал уточняющие вопросы. Уводил разговор в сторону акцентируя внимание на каких-то технических подробностях.
В частности его заинтересовал дизельный двигатель, его технические характеристики, сложность производства, срок службы узлов и агрегатов. Сильно разочаровал тот факт, что двигатель хотя и показывает отличные результаты, несет в себе слишком много болячек, являющихся причиной частых поломок. Потенциал велик. Тут никаких сомнений. Но его еще доводить и доводить до ума.
Не оставил равнодушным вопрос создания «Камуфляжа». Минуло уже три года с тех пор, как Борис создал свой первый артефакт. Но до сих пор никто не мог этого повторить. Измайлов постарался детально описать что именно он чувствует, при их создании, о чем думает и представляет перед мысленным взором. Высказал свои мысли по этому поводу, предложив создать для молодого одаренного художника среду, в которой он будет обречен влюбиться в корабли и пушки. И вот тогда, пожалуй из него выйдет толк.
— Да. Британцы и французы уже пошли именно по этому пути. По всему миру началась настоящая охота на молодых одаренных художников, — продолжая трудиться над изумрудом, произнес царь.
Борис замолчал было, не желая ненароком перебивать государя. Не сказать, что в нем проснулся пиетет перед вельможами или царственными особами. Просто, во-первых, это не прилично. Уж уважение-то к старшим в него вколотили еще в детстве. А его собеседнику было уже хорошо за три сотни лет. А во-вторых, дерзить особам обличенным властью было чревато и на Земле, что уж говорить о здешних реалиях. Дураком же Измайлов не был никогда.
Н-да. Пока не попал сюда, и у него не завелось персональное шило. А уж с тех пор он накуролесил столько глупостей, что мама не горюй. Одно только его стремление все время быть на острие чего стоит. И ладно бы это проявилось с момента обретения возможности возрождения. Так ведь нет.
Легкий ободряющий кивок государя, и Борис продолжил свой рассказ. И вновь не обошлось без особого интереса. На этот раз его вызвали минометы, тактика их использования и результативность. Слушая, Александр даже остановил работу станка.
Никаких сомнений, коль скоро это его заинтересовало, то он изучил представленную документацию и отчеты, написанные и рукой Бориса в том числе. Мало того, никаких сомнений, что опытные образцы уже проходят полигонные испытания. Но одно дело сухие строчки отчетов и доклады об учебных стрельбах. И совсем другое личные ощущения и выводы человека применявшего оружие непосредственно в боевых действиях.
— Значит, вы полагаете, что малокалиберные пушки не годятся для защиты от миноносцев? — зацепившись уже за следующий вопрос, поинтересовался Александр.
— Так точно, ваше величество. По моему убеждению, минимальным калибром для этих целей является семьдесят пять миллиметров. Лучше сто.
— Таких орудий нет ни у кого.
— Знаю. Но по прикидкам моих научных консультантов, этот калибр был бы оптимальным. Орудия должны получиться достаточно оборотистыми, скорострельность на уровне.
— А что там со снарядами? Вы увеличили их вес и заряд?
— Так точно. А так же, усовершенствовали взрыватели, которые теперь срабатывают и от удара о воду. Как результат, при накрытии цели и отсутствии попаданий, есть вероятность ранения незащищенного личного состава на палубе и мостиках.
— Кстати. В докладе указывалось, что кроме щитов на орудиях вы озаботились еще и личной защитой членов экипажа.
— Не только их, ваше величество, но и морских пехотинцев. Люди, это самый важный ресурс и я всячески стараюсь сберечь его.
 
Данный вопрос так же заинтересовал царя, и он остановился на нем особо. В результате, беседа ушла в сторону боевой подготовки комендоров и в частности наводчиков. Система обучения применяемая Борисом оказалась для Александра настоящим откровением. И уж тем более, результаты, которых они добивались.
В современном бою, на больших дистанциях, процент попаданий колебался в пределах двух процентов. На средних порой доходил до семи. Но наводчики Измайлова выдали результат вдвое на дальних дистанциях, и втрое на средних. Использование артефакта «Наводчик», способствовал еще лучшей стрельбе. А уж с появлением еще и «Камуфляжа» с соответствующими статами, и вовсе выводил результативность на недосягаемую высоту. О достижениях самого Бориса и говорить нечего.
После нашлись другие темы. Александра интересовало буквально все. Он проявлял интерес ко всем новинкам, и в какой-то момент уже позабыл о своем станке и драгоценной заготовке в нем.
— Борис Николаевич, мне известно, что от вас в казну поступило три с половиной миллиона опыта, а так же пятьсот тысяч рублей. По всему выходит, заграничный поход для вас вышел более чем прибыльным.
— Грех жаловаться, ваше величество. За этот год у меня получилось заработать более тридцати пяти миллионов опыта, и пяти миллионов рублей.
— Весьма существенно, если не сказать больше. И тем не менее, глядя на вашу Суть, я вижу, что до десятой ступени вам не хватает триста сорок три с половиной тысячи. Неужели вам жаль потратиться на себя? Или вы уже вложили куда-то весь свободный опыт?
— Никак нет, ваше величество. Он распределен между моими вассалами, и ожидает момента, когда в нем возникнет необходимость.
— То есть?
— Он предназначается для вложения в тех, кто будет готов пойти со мной рука об руку. Ведь для чего-то вы сделали меня своим вассалом. Что же до моего собственного развития, то за прошедший год я без особого напряжения сумел приобрести триста тридцать тысяч свободного опыта, и пятьсот двадцать обычного. К чему тратиться на то, к чему я итак приду, своим ходом. Конечно меня не тянет все свое время проводить возле мольберта, но и без него я обойтись не могу.
— Мне нравится ваш подход, молодой человек, — ободряюще улыбнулся царь…
Три часа? Они проговорили четыре. И если бы в мастерской не появился глава личной канцелярии Троекуров, имевший право входить без доклада, то, пожалуй, проговорили бы еще.
— Ваше величество, — многозначительно произнес действительный тайный советник.
— Н-да. Увлеклись, — бросив взгляд на настенные часы, произнес Александр. — Мы заканчиваем, Иннокентий Гаврилович.
— Да, ваше величество, — отвесив долженствующий поклон, Троекуров вышел за дверь.
Входить без доклада он конечно имеет право. Но это не значит, что и присутствовать при всех беседах. Впрочем, о сути произошедшего дальше он наверняка уже знал. Так что, ничего нового не почерпнул бы.
— Борис Николаевич, мы непременно еще вернемся к этому разговору, — снимая ободок с лупой, нарукавники и фартук, произнес государь.
При этом, Измайлов поднялся, отступив от стула на шаг. Не хватало еще сидеть в присутствии стоящей царственной особы. Тут вам не там. И вообще, дело к окончании аудиенции, поэтому нечего рассиживаться.
— А пока, хотел бы сказать, что ничуть не разочаровался тем обстоятельством, что предложил вам стать моим вассалом. И надеюсь, вы не откажетесь от титула Боярина.
 
Отказываться? Да щаз-з! Даже если бы он к этому не стремился, подобные предложения отказ не предполагают по определению. Максимум, что он может, это проявить скромность, что-то типа, мол, недостоин подобной чести.
Правда лог о предложении принять титул боярина перед Борисом не появился. То есть, это пока только слова. Если подобное выражение подходит по отношении царственной особы.