Паспортист (СИ)

— Оу, привет, — поздоровался я. — Выглядишь так, словно спала пятнадцать минут, знаешь?
— Часа три, на самом деле, спасибо, — сквозь усталость улыбнулась она.
Я докурил сигарету и сбил пепел. Мы медленным шагом направились к участку. Мои пальцы сами собой начали нервно крутить в руках размягчённый бычок, который я зачем-то понёс с собой.
— И почему же тебе так не спится, что ты приходишь погостить в участок? — поинтересовался я.
— Я сказала Гарри распознать номера машины и найти её владельца, — Мия медленно зевнула, прикрыв рот рукой.
Увидев её чересчур милый зевок, я также непроизвольно зевнул в ответ. Наверное, у меня это получилось не так мило.
— И ради этого ты приехала сюда? Эшли уже отправилась к той женщине, как её там… Бренди?
Мия улыбнулась, после чего я понял, что случайно назвал не совсем правильную фамилию. Да и не фамилию вовсе.
— И как у неё успехи? Слышно что-нибудь?
— Как бы тебе сказать, — замялся я.
— Что? — Мия оживилась по сравнению со своим состоянием пять секунд назад. — Что уже произошло?
Подойдя к парадной двери участка, я слегка поспешил вперёд, чтобы подержать перед ней дверь. Мы зашли внутрь.
— Ну, она довольно долго там что-то делала, а потом по рации зачем-то запросила подкрепление в заброшенный дом на Миртл Авеню, — рассказал я. — Походу, там ещё попутно случилась какая-нибудь заварушка, которую она решила разрулить по пути. Не знаю, что именно произошло.
— И когда она запросила подкрепление?
— Адам уехал за ней где-то минут двадцать назад.
— Мия, привет, — донёсся с середины зала голос Гарри, который как всегда соревновался в скорости говорения с самим собой.
Мия приветливо помахала ему рукой, чтобы не кричать в ответ через половину помещения.
— И когда Эшли вернётся? — она повернулась обратно ко мне. — Я пришла сюда, чтобы вместе с вами в первых рядах запечатлеть лицо Паспортиста.
— Я не знаю, можешь набрать её или Адама и… ох бля…
Резко отвернувшись от парадной двери, я начал медленно шагать в сторону коридора. Я хотел засунуть руки в карманы и обнаружил, что до сих пор держу бычок между пальцев.
— Что такое? — недоумевающе спросила Мия.
Я вовремя успел заметить, как в двери зашла смущённая, словно заблудившаяся девушка. Она начала скромно смотреть по сторонам, словно удивлённая столь активной жизни внутри полицейского участка. Её взгляд явно искал чего-то и, возможно, я даже догадывался, что ей здесь понадобилось.
— Знаю, у тебя не рабочий день сегодня, но если я очень сильно попрошу кое о чём, ты сделаешь это ради меня? — быстрее заговорил я, всё ещё стоя спиной к Мие и той девушке.
— В чём дело?
Я не видел Мию и не поворачивался к ней, чтобы не попасться на глаза той девушки. Но, судя по тому, как её голос развеивался по воздуху, мне показалось, что Мия озадаченно смотрит по сторонам.
— Там девочка зашла, сейчас стоит у дверей, потерянная такая, не знает, куда ей обратиться. Прими её.
— Зачем? Ты её знаешь?
— Просто помоги ей. Ты поймёшь, в чём дело, потом, — я зашагал к коридору уже более торопливо, но Мия оставалась стоять на месте. — И принимай её одна. Так надо. Пожалуйста.
***
Скрывшись из виду, я остановился в коридоре и развернулся так, чтобы увидеть Мию. Она дружелюбно подошла к той девушке и начала с ней о чём-то говорить. Я зашёл за угол так, чтобы в случае чего, они не смогли меня увидеть, если вдруг приспичит поглазеть по сторонам.
Девушка что-то обеспокоенно рассказала Мие, после чего та, пригласив её жестом руки, увела в сторону своего кабинета. Больше за ними никто не пошёл. Я вздохнул: одновременно с облегчением и с усталостью. Впереди предстоял не совсем удобный разговор…
Пройдя по коридору до конца, я свернул направо, открыл массивную железную дверь и вошёл в зал: довольно узкий, но длинный. Недалеко от двери стояла стойка, на которой лежало два пистолета и наушники. Впереди, в конце зала, стояло три манекена, обитых кевларом. Посредине туловища манекена красовалась специально нарисованная красная мишень.
 
С другой стороны, в паре-тройке метров у стола стоял Джеффри, с интересом разбирающий всякие пушки. Когда я закрыл за собой дверь, которая при этом издала нетихий хлопок, он повернулся.
— Как успехи? — сразу перешёл к делу я, пожав ему руку.
— Доброе, Дрейк, — медленно и доброжелательно заговорил он и указал на стол с пистолетами.
Если Гарри у нас говорил со скоростью Эминема, то Джеффри был довольно неторопливым в речи. Он всегда подбирал слова с умом, не ляпал лишнего и вёл себя довольно тактично, причём не только в разговорах. В отличии от суетливости Гарри, Джеффри никому на нервы не действовал. Всем он наоборот нравился.
— Что у нас тут? — спросил я, подойдя к стойке с пистолетами.
— Я изучил рельефы пуль и гильз, которые ты дал. По моему скромному мнению, он стрелял из 1911. Предположительно.
Джеффри всегда скромничал и подпитывал возможными сомнениям свои слова, когда речь заходила о спорных вопросах. Но все мы в этом участке знали, что это самый умный сукин сын, когда дела касаются оружия. Он мог ответить почти на всё.
— Что имеем? — я взял один из пистолетов и покрутил его в руке.
— Из этого стреляй в левый, потом со второго шмальни в средний. Я сравню нарезы на пулях, чтобы сказать тебе точно, — Джеффри надел наушники.
Я натянул наушники на голову и, особо не целясь, выстрелил в левый манекен. На весь зал прозвучал громкий хлопок, приглушенный для наших ушей. Снаружи никто его не услышал в силу звукоизоляции комнаты. Положив первый пистолет обратно на стойку, я спешно взял второй и повторил то же самое со средним манекеном. Обе пули торчали в уже изношенном и измученном кевларе.
Я обернулся к Джеффри, который прищурено смотрел на манекены, а его рот двигался, произнося какие-то слова.
— Что? — я снял наушники и вопросительно на него посмотрел.
— Говорю, стреляешь метко, — повторил он и тоже снял их.
Я оглянулся на манекены. И правда — в обоих мишенях почти у самого яблочка появилось по новой дырке. Как я и ожидал.
Раньше, лет пятнадцать назад, мой отец часто брал меня с собой на охоту. Как-то раз он поставил бутылку на не совсем ровно обрубленный пенёк, дал мне пистолет и сказал попробовать. Я прицелился, полностью уверенный в том, что попаду, но в последний момент, перед тем как выстрелить, опустил пистолет. Сказал, что не буду стрелять в бутылку, чтобы осколки не валялись по всей земле вокруг. Это испортило бы красоту леса, куда мы ходили, и навредило бы животным. Отец удивился, когда я это сказал. Ответил, что гордится моим принципом. Он знал, как я хотел пострелять, а я знал, что он не из тех людей, которые предлагают или повторяют дважды. В любом случае, тогда у нас не было с собой ничего, что могло бы пойти на замену бутылке, поэтому я так и не попробовал.
Когда мы пошли в следующий раз, он поставил на пенёк уже банку из-под консервов. Сказал твёрдо встать, крепко держать руки и задержать дыхание. Тогда я и попал в цель первый раз в жизни. Отец похвалил меня и с тех пор каждый раз, когда мы снова выходили, он учил меня этому делу. Моя меткость, по его словам, не обошлась без природного дара.
— Да я так, особо не старался, — махнул рукой я.
Джеффри направился к манекенам.
— Можешь пока выйти покурить, мне понадобиться несколько минут, — сообщил он, бережно вынимая пулю из кевлара.
— Спасибо за твою помощь, Джеффри. Я ценю это.
— Ты главное не дай себя угробить, раз уж ввязываешься в это дело, дружище, — обеспокоенно сказал он, отвлёкшись от дела. — Иначе это будет на нашей с Гарри совести. Ты же знаешь, мы типа должны не помогать тебе и вообще сказать Лилли о твоих планах.
 
— Знаю, — вздохнул я. — Мне посчастливилось работать с друзьями, которые меня понимают.
Я вышел из зала. На самом деле, Джеффри и Гарри для меня являлись не совсем друзьями. Скорее, хорошими коллегами. Но всё же, людям иногда приходится льстить.