Наследие из сейфа № 666 (СИ)
Помпезность холла сменилась суровыми пещерами подземелий, стальными рельсами узкоколеек и вагонетками. В которых они и прокатились с дребезгом и визгом: грохотала и звенела тележка, верещали и визжали мальчики, попискивала Петунья, цепляясь за Вернона, а тот мужественно молчал, крепко прижимая к себе супругу и держась сам за поручни, хотя всё-то у него екало и верещало внутри, когда тележка залихватски ухала в пропасть, стремясь убить своих пассажиров. Мимо летели корявые колонны сросшихся сталагмитов и сталактитов. Гарри спросил, глядя на них:
— А чем отличаются сталагмиты от сталактитов?
— Сталактиты растут с потолка вниз, как сосульки, — с радостью отвлекся дядя Вернон. — А сталагмиты, напротив, растут снизу вверх, навстречу сосулькам. Они, по сути, известковые отложения грунтовых вод, и за тысячи-миллионы лет образуют собой вот такие естественные колонны. Называются они, кстати, сталагнаты.
Гарри выслушал дядю с уважением, но Дадли не удовлетворился и недовольно задал свой вопрос:
— А покороче, папа?
— А покороче… — Вернон состроил зверскую рожу. — В слове «сталагмит» есть буква «м». Доволен?
— Да, — вздохнул Дадли и оглянулся на особенно толстую колонну, испещренную белесыми потеками известняка, ребристую и оттого похожую на ствол огромного дерева, вросшего в потолок. Несусветная цифра в миллионы лет не укладывалась в его пятилетней головке — это было для него запредельно.
Тележка, дребезжа и звякая всеми сочленениями, наконец-то остановилась, подъехав к одной из подземных платформ. Вернон посмотрел в потолок, прикинул время спуска и глубину и задумчиво спросил:
— А нельзя было содержимое сейфа просто доставить наверх, раз уж вы сказали, что это книга?
— Нельзя, — покачал головой Билли. — Сейф может открыть только наследник. Мы его не открывали.
— А как же вы прознали, что это большая толстая книга, скованная цепями и замкнутая на амбарный замок? — прищурился Вернон.
— По описи содержимого, — косо глянул на него Билли. Вернон сдулся — а, ну да, опись…
Вылезли из транспорта и прошли за Биллом в невысокую арку в недлинный коридор, в котором в ряд располагались всего несколько сейфов, номера на них наводили на некоторые размышления: №313, №13/6, №13, №666/13, №666 без дроби и так далее. Похоже, здесь в одном месте собрали все сейфовые ячейки с «несчастливыми» номерами. Подумав об этом, Вернон понимающе хмыкнул — ну-ну, в принципе, правильно. Если даже в простом мире эти числа вызывают суеверие, то чего уж о мире магии-то говорить?
Билли подвел Гарри к сейфу, на котором красовалась табличка с тремя шестерками и циферкой тринадцать, разделенными косой палочкой. Гарри понятия не имел, как такие циферки называются, но происходящее ему было интересно, и он, закусив губу, старательно таращил любопытные глазенки в ожидании чего-то нового и волшебного, ведь они спустились так глубоко, в дивные подземелья сказочных троллей и гоблинов! Билли наклонился к его лицу и заглянул в глаза.
— Гарри, положи, пожалуйста, свою ладошку на дверь. Просто прикоснись к ней и пожелай, чтобы она открылась.
Поняв, в чем заключается его задача, маленький Гарри опасливо воззрился на серую железную дверь с медной табличкой наверху и вскрытой панелью сбоку — там, видимо, была капсула с завещанием, дядя ему ещё дома объяснил всё: куда и зачем они едут…
Помедлив, Гарри осторожно приложил ладонь к стальной поверхности и вздрогнул, ощутив льдистую прохладу. Зажмурился и честно попросил, как это умеют только маленькие дети:
— Тётенька дверь, откройся, пожалуйста.
В месте соприкосновения ладони сталь потеплела и мягко засветилась, отзываясь на желание наследника. Потом волны тепла и света разошлись от маленькой ладони во все стороны по всей поверхности, что-то внутри её задрожало и загудело, затем громко щелкнуло, и вся громадная дверь тяжело отошла от рамы, сыпля пылью и вытягивая паутину с притолоки и косяка. Изнутри дохнуло затхлостью и таинством столетий — старый сейф очень долго хранил сокровище вместе с чарами вечного стазиса, которыми его навеки законсервировали.
Внутри, как увидел Гарри, был всего лишь невысокий пюпитр со стоявшей на нем книгой, крест-накрест оплетенной толстой цепью, сомкнутой посередке в перекрестье замком. Коричневая кожа имела очень теплый оттенок, по её поверхности словно играли янтарные лучики, падающие от золотых горячих угольков и застежки, жарко пляшущие на гранях рубинов, обрамляющих обложку по периметру книги. Нет, поправился восхищенный Гарри, не книга, а Книга с большой буквы, потому что так она называлась: над застежкой вилась вытисненная на коже надпись — «Книга Зверей».
Билли втиснулся в сейф сбоку от Гарри и, протянув руки, осторожно снял с подставки Книгу. Вынув её, он выпрямился, взвешивая громоздкий фолиант на руках, после чего, подумав, передал Вернону, решив, что груз слишком тяжеловат для ребёнка.
— Ключа нет, — заметил он как бы между прочим.
— Ничего, есть немало средств для вскрытия замков, — рассеянно отозвался Вернон, как и Билл до него, покачивая Книгу в руках, определяя её вес.
Домой вернулись не сразу: сначала долго и тщательно проверяли Книгу, цепи и сам замок на наличие всяких дурных заклятий-проклятий и прочих вредностей. Открывать не решались. Но любопытство же не уймется, пока не увидит хоть полглазком интересное! С разрешения Вернона на Книгу направили палочку и шепнули:
— Алохомора.
Ничего. Лишь ехидно сверкнули гранями рубины. Попробовали другое заклинание:
— Релашио!
Снова мимо — желчно мигнула золотая застежка, проглатывая заклинание. Маги и гоблины растерянно переглянулись, ничего не понимая. Билл недоуменно посмотрел на Кламберта.
— Что это значит? И разве она не гоблинской работы?
— Ну вот ещё, чтобы гоблины да морочились духовностью! — несогласно буркнул Кламберт. — Сиды это поработали, или ведды, или вовсе друиды… Магия очень древняя, едва ли моложе Полых Холмов.
— Но запирали-то её обычные люди, разве нет?! — пораженно воскликнул Билл.
— Так люди-то сами в необычное время жили! — страстно проговорил гоблин. — Тогда сам воздух был пропитан волшебством, все буквально дышали им, люди и волшебники жили дружно, не таясь, с ними жили говорящие звери и птицы, рыбы ходили посуху, да даже сама природа и та была разумной, мудро управляла погодой — ветры вели беседы с людьми, приводили тучи именно туда, куда попросят. Вот такое было чудесное время!..
Дурсли и Гарри с Билли только моргали, открыв рты, слушая напыщенную речь Кламберта, жадно впитывая знания о невиданных чудесах древнего волшебного мира. Эти сведения, кстати, заставили Вернона задуматься, и он, после некоторых раздумий, предложил свои умозаключения:
— Так, может, эту волшебную Книгу только наследник и сможет открыть? Раз её запирали с той конкретной целью?
Гарри, слыша это, тут же придвинулся поближе, горя нетерпением. Взрослые почтительно расступились перед мальчиком, попуская его к наследию. Родовой фолиант — наследие рода, семьи — словно бы дожидался его, маленького хозяина, наследника и друга, потому что при приближении мальчика Книга нежно зарумянилась: засияли рубины, разбрасывая пушистые искры, покрывая розовым багрянцем кожу и золотые уголки с застежкой. А когда Гарри коснулся пальцами цепи и замка, то последний звонко щелкнул, выпуская дужку из пазов. Звериная Книга была готова ко встрече со своим другом. Но Гарри не согласился. Он твердо и уверенно защелкнул замок. Поднял серьезные глаза на взрослых.
— Не здесь, — умоляюще произнес ребёнок. — Не то место и не то время.
Билли и Дурсли не поняли и с досадой смотрели на мелкого паршивца, обломавшего такие надежды, но гоблины вдруг с уважением склонили головы перед маленьким Мерлином, безоговорочно признавая его право. Из того же уважения банк предоставил лимузин самого Кламберта, чтобы доставить домой Дурслей и Гарри с полученным наследием. Всю дорогу Гарри поглаживал гладкую теплую кожу, трогал уголки и застежку, касался винно-красных рубинов и водил пальчиком по названию. Не забывал он и цепь с замком, прибывших, как и Книга, из запредельно-далекого прошлого. Дома он сказал всем: