Наследие из сейфа № 666 (СИ)
— А-а-а… — до Сириуса начало доходить, и он смущенно покосился на Люпина, который, стоя неподалеку, старательно грел уши. — Э… значит, ему туда никак?
— Никак! — заверил Гарри. — Человеку туда нельзя, да даже животных не всех туда можно, а только волшебных.
— А, ну, а Люпин, он ведь волшебник! — «озарило» Сириуса. Но Гарри покачал головой.
— Сириус, не выйдет, человеку, даже и волшебнику, в Книгу можно зайти ненадолго — в гости. Навсегда он не сможет там остаться, мне жаль, но Люпин и его волк — неразделимы. Я думал, что он войдет в Книгу волком, но сейчас вижу, что как волк он не волк, а одержимый. Ликант. Он очень опасный оборотень.
Вежливо кивнув Люпину на прощание, Гарри побежал к автобусу.
Одиннадцатый день рождения ознаменовался письмом из Хогвартса. Подобрав почту, Гарри принес её на кухню и, отдав дяде корреспонденцию, принялся за пудинг. Вернон, сортируя счета и открытки, коротко буркнул, протягивая Гарри пухлый конверт:
— Это твое.
Отложив ложку, Гарри взял конверт, открыл и погрузился в чтение. Прочитал и скуксился.
— Ну во-о-от… волшебству по учебникам учатся… Дядя Вернон, а ты отвезешь меня в Косой переулок? Надо купить учебники и волшебную палочку. Кстати… Тут в конце написано: «Ждем вашу сову не позднее тридцать первого июля». Дядь, это они о чем? Как я им сову отправлю, если у меня её нет?
— Психи! — пренебрежительно фыркнул в усы дядя Вернон. — А в Косой переулок тебя пусть Вижн проводит, иди, свяжись с ним, введи его в курс дела.
Гарри улыбнулся, доел последние две ложки пудинга и пошел к себе — писать письмо Вижну.
***
Тем временем далеко-далеко от Литтл Уингинга, в своем директорском кабинете, недоумевал Дамблдор. Сначала был нормальный адрес на конверте — никаких чуланов под лестницей, как предполагалось спервоначала, ведь Минерва уверяла его тогда, в ту памятную ночь, что хуже этих магглов свет ещё не видывал. Что толстый вредный ребёнок пинал маму оттого, что та не купила ему конфетку, что Гарри в этой семье будут обижать. Что ж, даже допуская плохое отношение, Дамблдор всё же предпочел отдать Гарри именно Дурслям, полагая, что как родственники, они позаботятся о мальчике, а не сдадут в работный дом.
Но Гарри вместо чулана обитал в нормальной комнате, кроме того, открыл и прочитал первое письмо, о чем директору честно доложил специальный артефакт. Хм? Нашествие сотен сов и чары Умножения на письма откладываются? Нет смысла атаковать маггловский дом, раз Гарри получил письмо. Ну, хорошо-хорошо, одной проблемой меньше. Ну и кого за Гарри отправить? Хагрида? Гм-м-м… лучше подождать. Если до конца августа Гарри не выберется в Косой переулок, тогда пошлем Хагрида или другого какого преподавателя, скорей всего, Минерву…
***
Гарри уныло тащился за Вижном, в который раз убедившись в том, что шоппинг — ужасно скучное занятие. Сначала Вижн проволок его по всем лавочкам, торгующими мелочевкой вроде сумок и канцелярских товаров. Перья гусиные и стальные, пергаменты, весы, скляночки… всё это позвякивало и шуршало в сумке на боку Вижна, сзади гремел и дребезжал сундук с котлом и книгами, чтоб их… И в сумку-то не упихнешь, иной фолиант размером превышал столовый поднос. Толстый, как диванная подушка, и тяжелый, как сто кирпичей, этот монстр назывался «История Хогвартса» за авторством Батильды Бэгшот. Её Гарри начал уже заочно ненавидеть — старая карга, не могла брошюрку накалякать?!
Увидев очередной магазин, Гарри чуть не взвыл благим матом — тряпочки??? Нет, пощадите! Но бессердечный Вижн ловко цапнул Гарри за подмышки и поставил на табурет рядом с каким-то белобрысым прыщиком.
— Едем учиться в Хогвартс? — жизнерадостно проворковала полная тётка, приступая к обмерке. — Не волнуйтесь, господин, у меня для вашего сына всё найдется!
Гарри осторожно покосился на Вижна, но тот, как и за весь день, и на этот раз спокойно отнесся к тому, что их считают сыном и отцом. Белобрысый прыщик, видя, что Гарри не один, так и не рискнул вступить с ним в диалог. Постеснялся. Обмерка-примерка-подгонка закончились, и Гарри спрыгнул с табуретки. Взглядом попрощавшись с белобрысиком, он покинул ателье мадам Малкин. Его ждал, слава богу, последний в этот день магазин — «Волшебные палочки Олливандера».
Старик с призрачными серебристыми глазами нагнал на Гарри жути, и он, страшно оробев, инстинктивно спрятался «за папу», держался за спиной своего провожатого. После вступительной лекции, которую Гарри прослушал, рассматривая стеллажи с пеналами, мистер Олливандер приступил к подборке подходящей палочки. Приносил пенальчик за пенальчиком, вынимал палочку, минуты две расписывал, из чего она, какого дерева и с какой начинкой, после чего торжественно вручал мальчику и, затаив дыхание, чего-то ждал. Гарри слушал, брал палочку и взмахивал ею, чувствуя себя малость идиотиком. По крайней мере, поначалу, потом втянулся, включил в себе музыку и спокойно дирижировал палочкой, это было хотя бы не так глупо.
Наконец какая-то -дцато-энная палочка отозвалась на магию Гарри, потеплев и засветившись в его руке.
— Гм… — глубокомысленно произнес мистер Олливандер. — Дуб и волос единорога. Одиннадцать дюймов, крепкая и спокойная палочка, верная помощница друидов. А вы очень странный клиент, мистер Поттер.
— Какой есть, — буркнул Вижн, выкладывая на стол семь галлеонов — стандартную плату за палочку.
Давно ушли Вижн и Гарри, «странный клиент», а Олливандер всё смотрел на груду опробованных волшебных палочек, среди которых лежала и та, которую он сделал по личному заказу Дамблдора. Палочка из остролиста с пером феникса просто не отозвалась на магию Гарри, оставшись мертвой и ненужной деревяшкой…
Прощай, Тисовая улица...
Оказавшись дома, Гарри первым делом разобрал покупки. Школьный сундук ему в комнату занес Вернон, поставил на пол в середине спальни и оглядел племянника. Желчно осведомился:
— Ну?
— Что «ну»? — прикинулся Гарри шлепанцем.
— Сову-то купили? — спросил дядя.
— Нет, — вздохнул Гарри. — Не нужна мне сова. А письма я вам буду с Зарей присылать или с Буяном.
Вернон только крякнул и стал молча смотреть, как Гарри тужится, кряхтит и пыхтит, пытаясь выволочь из недр сундука огромную книгу.
— Помочь? — не выдержал он. Гарри кротко отодвинулся, Вернон подошел и достал громоздкую «Историю». Оглянувшись в поисках подходящего места, положил её на прикроватную тумбочку и смутился — книга заняла собой всю поверхность. Но Гарри только хмыкнул, сочтя книгу отличной заменой столешницы. Места на тумбочке стало больше. Ещё немного посодействовав Гарри в разборке вещей, Вернон ушел к себе, а Гарри, полный понятного любопытства, открыл учебник Ньюта Саламандера «Фантастические твари и места их обитания»: ему было крайне интересно узнать, какие звери водятся в мире волшебников… Дракон, василиск, грифон, единорог нареканий не вызвали, а вот глизень, глиноклок, клабберт ввели его в полное недоумение — что за… хрен?
На всякий случай он вчитался в описание мантикоры. Вот что было написано про неё в учебнике Ньюта Саламандера:
Мантикора (англ. Manticore) (ⅩⅩⅩⅩⅩ) — очень опасное животное с головой человека, телом льва и хвостом скорпиона, обитающее в Греции. Своей свирепостью мантикора не уступает химере и так же редко встречается. Говорят, пожирая свою жертву, она тихо и сладко поет. Шкура мантикоры неуязвима практически для всех известных заклинаний, а удар её жала вызывает мгновенную смерть.
В 1296 году мантикора напала на человека, была поймана, но вскоре отпущена на волю, потому что напугала людей.
Недоуменно потаращившись на примитивное изображение бородатого дядьки с телом льва и скорпионьим сегментированным хвостом с жалом на конце, Гарри потряс головой, не глядя, протянул руку, придвинув к себе Книгу Зверей, раскрыл на странице с Мантикорой боевой породы и негромко позвал:
— Драконошпор, иди сюда…
Рисунок ожил, зевнул, сладко потянулся и вырос со страницы на кровать рядом с мальчиком. Гарри придирчиво оглядел его — желтое львиное тело, короткая колючая грива обрамляла хищную гротескную харю, ни на йоту не напоминавшую человеческую, а что-то совсем неописуемое, отдаленно похожее на кошачье, но с акульей челюстью, в пасти которой явно не помещался тройной ряд иглообразных черных зубов-жал, черным же было и жало на хвосте, вот он точно соответствовал описанию в учебнике, был абсолютно скорпионьим. Передние лапы боевой Мантикоры имели чудесное свойство превращаться в цепкие клешни, о чем описания почему-то нигде не было. Совершенно монструозный монстр, а не жалкое стилизованное подобие в учебнике. Кроме того, из лопаток на спину вытягивалась пара кожистых крыльев, украшенных черными загнутыми острыми шипами.