Вик Разрушитель 5 (СИ)
— Именно эта концепция и могла стать отправной точкой в поиске или создании живого Разрушителя, — я поерзал в кресле, чтобы хоть немного размять мышцы. — Мне кажется, не стоит искать в самых древних трактатах ключ к пониманию проблемы. Идея сформировалась позже, когда магия стала преобладающей силой и энергией на планете.
— Но от чего-то же нужно отталкиваться, — чародей по-настоящему заинтересованно глядел на меня.
— От минералов, несших отрицательную энергию. Минус, если говорить простым языком. Я носитель минуса, а вы, Александр Яковлевич — плюса.
— Создатели химер! — прищелкнул пальцем Брюс. — Химерологией одно время весьма увлекались в Европе… пока всех ее последователей не уничтожили. В семнадцатом веке о такой псевдонауке уже и не упоминали. Ах ты ж, Андрей Георгиевич, светлая твоя голова! Почаще езди в Ленск! Вон какую гипотезу мы с тобой сейчас сотворили!
— Полагаете, что первый человек с даром Разрушителя был создан искусственно? — я вытаращил глаза от такого намека.
Брюс расхохотался, похлопывая себя по коленям. Изрядно повеселившись, он вытер пальцем выступившие на глазах слезы и поднялся на ноги. Стал расхаживать по кабинету, изредка похмыкивая. А я, следя за ним, думал о том, что плакала библиотека. Встреча с главным чародеем затянулась.
— Н-да, Андрей Георгиевич, — остановился Брюс за своим креслом. — Вы меня сегодня изрядно взбодрили! Нет, я не верю в искусственное происхождение первых антимагов. Слишком натянутая версия, уводящая далеко в сторону. Но достойная того, чтобы ею заняться на досуге. Прошу прощения, княжич, что задержал вас. Библиотека в вашем распоряжении до шести часов вечера. Так что время есть. Кстати, можете поискать в фондах книги по химерологии. Там есть весьма интересные вещи, которые могут помочь в поисках истины.
«Ага, увидели во мне простачка, — хмыкнул я мысленно. — Ты, Андрюша, ищи истину, а мы потом тебя расспросим и выясним природу антимагии. Манипуляторы кругом, начиная от Мстиславских и заканчивая родным отцом. Да и Брюс такой же».
Читал в одном журнале, что в средневековой Европе четырнадцатилетние подростки попадали под действие законов и обязаны были платить налоги. Двадцатилетние короли водили в бой армии, в сорок могли стать дедушками, если, конечно, доживали до этого возраста. А чем тогда хуже боярские и княжеские Роды? Современная жизнь с ее интенсивностью требует быстрого взросления. Единственная преграда — это получение высшего образования. Но многие уже в двадцать лет занимают высокие должности при старших родственниках в фирмах, крупных компаниях и концернах.
К чему это? Кое-кто из влиятельных людей считает меня уже достаточно взрослым и самостоятельным, — рассуждал я, двигаясь в сторону библиотеки, после того как попрощался с Брюсом. — Поэтому «арбалетчики» и были настолько уверены, что я соглашусь на их предложение. В обход отца решили встретиться, кинули косточку и теперь ждут моего ответа. Отмечу — моего, а не князя Мамонова. Но здесь они ошиблись. Не собираюсь подставляться так глупо и делать из отца посмешище в светском обществе.
Да и не требуется от меня проявление небывалого героизма (или глупости?) и демонстративного показа своей Силы. Я не наследник императора, переживать за свою репутацию непобедимого бойца-антимага не стану.
Лучше еще раз внимательнее почитаю алхимические книги, чтобы запудрить мозги Брюсу. Пусть идет по ложному следу, который я ему показал с помощью дурацкой гипотезы про химерологов. Посмотрим, кто будет смеяться последним.
Глава 5
1
Император стряхнул с пальцев тягучие как смола язычки пламени на утоптанный снег и внимательно проследил, как происходит трансформация Стихийного плетения. Важно не дать им погаснуть и связать воедино в какую-нибудь форму. Огоньки притянулись друг к другу, образовав что-то вроде деформированного эллипса. Он легким движением пальцев заставил магоформу взмыть вверх и несколькими пассами придал ей форму бильярдного шара.
Сжирая кислород и растапливая снег, вал несся на Юрия, набирая ход подобно экспрессу «Сокол» по скоростной трассе Москва-Тверь, издавая тяжелый гул, сдавливающий барабанные перепонки у тех, кто наблюдал за тренировкой в сотне метров от площадки — свитских, телохранителей, смотрителей полигона.
Вдобавок к этому император присел на одно колено и врезал открытой ладонью по обнажившейся мерзлой земле. Поверхность пошла морщинами вдогон огню, выбрасывая в воздух лежалый дерн и мелкий грунт.
Под ногами Юрия ощутимо дрогнуло, но он успел отпрыгнуть в сторону, чтобы не попасть в «земной» капкан, одновременно комбинируя защиту от огненного шторма. Сформированный встречный пал ударил в алые языки пламени и стал пожирать его. В обычной жизни пожар давно бы успокоился, но магическая энергия Огня ведет себя совсем иначе. Победит та ипостась, которая изначально была напитана более прочными плетениями.
Цесаревич вложил в свою магоформу куда больше сил. Тонкие узоры сплелись в прочную силовую паутину, теперь сжимавшую конструкты отца. Со стороны битва огня не выглядела чем-то необычным, эпическим. Столкнулись между собой две стены пламени — что здесь такого? — и только самые внимательные могли разглядеть, как корежатся, деформируются, уничтожаются защитные и атакующие узоры плетения. Да и колоссальный магический фон, заполнивший все пространство в радиусе двух километров, выдавил птиц и животных за опасную черту. Звери чувствительны к проявлениям враждебной энергии, а люди могли обезопасить себя построением защитного купола, что и сделали чародеи императорского клана. Не хватало, чтобы у кого-то из наблюдающих мозги закипели.
Магия родственной стихии пожирала сама себя, а вот от ударов «земных» конструктов цесаревичу приходилось защищаться не только прыжками с места на место, но и следить, чтобы не быть нанизанным на каменные пики, вылетавшие в самых неожиданных местах. Все было серьезно, император не делал поблажек своему наследнику, методично и жестко заставляя того принять поражение или как можно быстрее найти противодействие.
Юрий Иванович, к его чести, не ушел в глухую защиту, а попробовал атаковать магоформами в виде молний, только огненными, не несущими в себе стихию Воздуха. Они обрушились на императора сверху, молотя без остановки почти минуту. Старший Мстиславский был вынужден отвлечься на досадную помеху, потому что ощущал свою победу. И все же, напрягшись, ему удалось создать вокруг сына непроницаемую стену, которая и смогла предопределить исход боя.
Перепрыгивая через расколы мерзлой земли и ямы, Иван Андреевич подошел к стене и насмешливо спросил:
— Признаешь поражение?
— Да, Ваше Величество, — донесся до него глухой голос сына.
— А не обманываешь? — решил подурачиться император.
— Зуб даю, — раздалось в ответ.
Они оба рассмеялись, и старший Мстиславский шлепнул ладонью по шершавому камню, после чего вся конструкция аккуратно осыпалась мелким щебнем под ноги цесаревичу, с гордым видом стоявшего со скрещенными на груди руками.
— Хорошо прыгал, аки заяц по поляне, — хмыкнул отец. — Наверное, всю энергию вложил, чтобы не провалиться под землю?
— Ну да, — чуть смущенно признался Юрий Иванович. — Каюсь, не просчитал твою тактику до конца. Думал, был расчет на быстроту и внезапность, а ты начал изматывать боем.
— Тактику иногда надо менять, чтобы не привыкли, — равнодушно откликнулся отец, направляясь в сторону одноэтажных строений, где их ждала банька и обед. Начальник полигона в камуфляжной полевой куртке с погонами майора уже вовсю суетился там, подгоняя работников, наводивших последние штрихи в предбаннике и в самой парилке.
Скинув защитные комбинезоны, прожженные и порванные в разных местах — цесаревич отметил, что отцу тоже досталось изрядно — они прошли в жаркое и сухое помещение, где полностью отдались власти пара и веника, периодически ныряя в круглую купальню с холодной водой, что находилась за дверью с противоположной стороны.