Игра на вылет (ЛП)

Лорен поежилась.
— Нет, я не смогу сейчас есть.
Я поднес тарелку к ней.
— Надо, Лорен. Мы и так находимся в невыгодном положении из-за твоего похмелья. Тебе нужна энергия.
— Ты выпил больше меня. — она хмуро посмотрела на меня. — Почему у тебя нет похмелья?
— Я пил пиво, и я не легковес.
— Как ты можешь так много пить и при этом играть в хоккей?
В ее тоне слышалась смесь негодования и неподдельного любопытства. Я рассмеялся.
— Кто сказал, что я все время пью?
— Ну, если ты можешь опрокинуть дюжину банок пива и чувствовать себя превосходно на следующий день…
— Пиво и крепкие напитки — две разных вещи, Ло. — ставлю тарелку ей на колени. — Ешь.
— Фу, меня тошнит от одного запаха этой рыбы.
Я решил принять участие в этом шоу, потому что это была уникальная возможность получить классный опыт, но я также хотел победить. И практически видел, как наши шансы на победу прямо сейчас летели коту под хвост.
— Ешь, — отрезал я. — И выпей больше воды. Ты сильная, Ло.
Она сузила глаза, глядя на меня.
— Не делай вид, что ты знаешь, какая я.
Я заложил руки за голову и подошел к Лорен, остановившись в нескольких футах и глядя на нее сверху вниз.
— Нравится тебе или нет, но я действительно знаю тебя. Знаю, что ты питалась бы «Лаки Чармс» и чизбургерами из «Макдоналдса» с маринованными огурцами, если бы была возможность. Знаю, что любишь фильмы ужасов, даже несмотря на то, что потом тебе снятся кошмары в течение нескольких ночей. Ты верна до мозга костей и мечтаешь построить приют для собак, когда выйдешь на пенсию.
Лорен встала, швырнув свою тарелку. Та с глухим стуком приземлилась примерно в десяти футах от меня, но я был слишком ошеломлен, чтобы смотреть на что-либо, кроме девушки.
— Я была верна тебе, и посмотри, к чему это меня привело! — ее голос вибрировал от ярости. — Прошло восемь лет, Арчер! Ты знал меня, когда мы были подростками. Я изменилась!
Пульс учащенно забился, когда я сократил расстояние между нами и заговорил тихим тоном, надеясь, что Лорен услышит, но камера этого не зафиксирует.
— Я знаю тебя, Ло. А ты знаешь меня. Мы жили и дышали друг другом в течение двух лет. Посмотри мне в глаза прямо сейчас и скажи, что я ошибаюсь.
Она взглянула на меня со слезами на глазах, секунды проходили в полной тишине.
— Я не хочу, чтобы мы проиграли, потому что я по глупости слишком много выпила, — наконец произнесла она, слезы катились по ее щекам. — Я в курсе, прошло всего двенадцать дней, но здесь очень тяжело. Я опозорилась вчера, когда разоткровенничалась, но, по крайней мере… — Лорен сделала паузу, закрыв глаза. — По крайней мере, хочу, чтобы это что-то значило.
Я не мог спокойно смотреть, как ей больно. Она излила свое сердце, потеряв бдительность, а я до сих пор переваривал ее слова. Инстинкты требовали заключить ее в объятия и заверить, что все будет хорошо, но я знал, что Лорен это было не нужно. Поэтому я сделал единственное, что пришло в голову — при включенных камерах поделился своими самыми глубокими чувствами точно так же, как и она.
— Это значит для меня многое, несмотря ни на что, — признался я, — выиграем мы или проиграем. Ты моя первая любовь, и я тоже думаю о тебе. Постоянно.
Новый поток слез хлынул из ее глаз.
— Правда?
Я кивнул, чувствуя себя неловко из-за того, насколько уязвимым позволил себе быть.
— Ты сильная, Ло. Самая сильная женщина, которую я когда-либо знал. Что бы они не задумали, ты справишься.
— Я сделаю все, что в моих силах. Но так много поставлено на карту…
— Ты имеешь в виду деньги?
Пауза. А затем Лорен кивнула. Мое сердце упало. Мне начинало казаться, что деньги имели второстепенное значение. Ее слова пролили свет на то, каким человеком стала Лорен, и это стало болезненным напоминанием о том, от кого я ушел восемь лет назад.
— Нам пора, — сказала она, отводя взгляд.
— Да. — я попятился от нее, чувствуя себя теперь неловко. — Только сначала наполним фляги.
* * *
Почти час спустя мы пришли на место соревнований. За всю дорогу не сказали друг другу ни слова. Я поступил чертовски глупо, обострив между нами отношения.
 
— Трибуны? — Лорен тихо охнула, оглядываясь на трибуны, установленные вокруг. — У меня плохое предчувствие.
Как и на каждом предыдущем конкурсе, один из ассистентов режиссера, на этот раз Сэл, выстроила оставшихся участников в ряд, чтобы камера могла охватить каждого из нас. Когда она поправила Лорен так, чтобы мы стояли ближе друг к другу, то прошептала ей на ухо:
— Дай руку. — Сэл вложила что-то ей в ладонь, прежде чем сжала ее в кулак. — Тайленол, — прошептала она. — Но я, если что, не при делах.
Лорен одними губами поблагодарила ее и отправила таблетку в рот, сделав большой глоток из своей фляжки.
Сэл, очевидно, слышала о нашем вечере от Наттера. Или, может, продюсеры просмотрели отснятый материал. Как бы то ни было, я оценил ее помощь Лорен и кивнул Сэл в знак благодарности.
— Проголодались, ребята? — спросил Джош, вступая в свою роль ведущего шоу, как только включились камеры.
Послышался рокот ворчания и утвердительных ответов. Я все еще был сыт после вчерашнего обильного ужина, и, похоже, наградой за победу в сегодняшнем соревновании будет больше еды. Надеюсь, мы сможем приберечь ее на потом.
— У меня полно еды для всех, — продолжил Джош, вызвав одобрительные возгласы двадцати оставшихся участников. — Но, возможно, это не та еда, которой вам так не хватает.
Празднование утихло, когда Джош снял белую скатерть, прикрывавшую группу блюд с серебряными крышками.
— Сегодня мы не будем проверять вашу физическую силу, — сказал Джош. — Все, что вам нужно, чтобы выиграть это испытание — крепкий желудок.
Бля*ь. Далее он объяснил, что мы должны будем отведать деликатесы со всего мира.
— Каждый участник должен съесть хотя бы одно из них, чтобы остаться в конкурсе, — сказал Джош. — И участник из каждой команды, который финиширует первым, получает очко. Очки будут суммированы в конце соревнования, и команда-победитель получит то, что, я думаю, все оценят по достоинству.
Он снял скатерть со столика поменьше, открыв куски мыла, контейнеры с шампунем и кондиционером и стопку пушистых белых банных полотенец.
Привести себя в порядок звучало заманчиво, но я всю свою жизнь ходил в походы, так что привык обходиться без душа. Однако, судя по страстному выражению лица Лорен, она жаждала заполучить эти туалетные принадлежности.
— Участницы женского пола начнут первыми, — скомандовал Джош.
— Черт, — пробормотал кто-то из парней.
— Если женщина в каждой команде закончит свои три порции, мужчина в этой команде сможет попробовать еще три порции. Мужчины, занимайте свои места на трибунах, и давайте начнем.
Лорен бросила на меня обеспокоенный взгляд, и я сжал ее руку.
— У тебя получится. Просто закрой глаза и проглоти это.
Я наблюдал с трибун, как Джош радостно открыл первое блюдо.
— Устрицы Скалистых гор, — объявил он, снимая крышку.
— Ура! Я люблю устрицы! — сказала, ухмыляясь, одна из участниц конкурса.
О боже.
— Ну, Джой, на самом деле это не устрицы, — добавил Джош. — Их называют устрицами Скалистых гор, но на самом деле это яички молодых бычков.
У Джой от шока отвисла челюсть.
— Я не буду есть яички!
Я боялся, что Лорен стошнит в кусты, когда я взгляну на нее, но выражение ее лица оставалось нейтральным. Когда истерика Джой усилилась, Лорен даже не моргала, поедая эту гадость.
— С меня хватит, — всхлипнула Джой, закрывая лицо руками. — Я больше не могу.
— Черт, — сказал ее партнер Шон Форт, вставая, чтобы последовать за ней, когда она быстрым шагом направилась вниз по берегу.
— Хорошо, мы продолжим с остальными участниками. Дамы, у вас в общей сложности две минуты, чтобы полностью проглотить свою порцию устриц и показать мне пустой рот.