Вальсы и счастливая свадьба

Поставив дочь на землю, Купер забрал у нее скребницу и услышал легкие шаги. Он поднял голову и увидел, что в конюшню входит Мередит. Все вокруг нее показалось Куперу ярким, чистым и сверкающим. Когда она подошла ближе, запахи ее тела, сена, влажной земли и лошадей слились для Купера в один приятный, почти пьянящий аромат.
— Почти половина девятого. Не пора ли Холли готовиться ко сну?
Они не договорились, какие конкретно обязанности будет выполнять Мередит. Нанять экономку оказалось значительно легче, чем жить с ней рядом. Купер никак не мог забыть, как его дочь держала в темноте руку Мередит. Нельзя допускать, чтобы Холли ждала его на лестнице, как прошлой ночью.
Присев перед дочерью, он заглянул ей в лицо.
— Мередит сказала мне, что ночью ты не засыпаешь, пока я не приду. Это правда?
Кончиком туфли Холли начала возить по земле клочок сена, потом через плечо отца поглядела на Мередит.
— Иногда, — пробормотала она.
— Долго?
Холли снова поглядела на свои туфли и кивнула.
Взяв дочь за подбородок, Купер подождал, пока их взгляды не встретились.
— Ты можешь сказать мне, почему?
Глаза у Холли заблестели.
— Я боюсь, что мне приснится дурной сон, а тебя не будет рядом.
Купер крепко прижал ее к себе — он всегда рядом.
Мередит предложила:
— Хочешь, я останусь наверху с тобой и почитаю тебе, пока папа не придет. Ты сможешь уснуть, если я буду рядом?
Купер поднялся.
— Я не могу просить вас…
— Вы наняли меня для того, чтобы я заботилась о Холли. А я люблю читать. Так что, почему бы нам не попробовать этот способ в течение нескольких ночей и не посмотреть, что получится?
— Что ты думаешь об этом, проказница?
Холли улыбнулась и кивнула.
— Иди к себе. Мы придем через несколько минут, — сказал Купер.
— Можешь не приходить, пап, Мередит расскажет мне сказку, у нее хорошо получается.
Купер даже немного расстроился — а он-то предвкушал, как сам будет читать дочке сказку на ночь.
— Я все же приду и подоткну тебе одеяло.
Погладив Цыганку, Холли вышла из конюшни.
— Вы ей понравились, — тихо произнес Купер.
— Она мне тоже понравилась. На листке ежедневника я прочла, что завтра утром у нее сеанс физиотерапии. Хотите, я ее отвезу?
Это и было именно то, чего он хотел. Чтобы кто-нибудь помог ему наверстать упущенное в бизнесе и в жизни.
— Не знаю, почему мне так трудно позволить вам выполнять работу, для которой я вас нанял, — пробормотал он.
— Наверное, потому, что для того, чтобы я могла выполнять свою работу, вам нужно немного меньше следить за Холли.
Купер чувствовал непреодолимое влечение к Мередит, и ему пришлось напомнить себе, почему он так заботится о своей дочери.
— Я никому не доверяю Холли. Когда-то я доверил ее матери, и это оказалось ошибкой. Я не повторю ее.
— Вы разделяете с женой опеку?
Даже воспоминание о Тине не заставило его отвести глаза от губ Мередит.
— Ее мать имеет право свободно посещать свою дочь, и в дальнейшем она собирается это делать.
Цыганка понюхала плечо Мередит, и та похлопала лошадь по шее.
— Холли вспоминает об аварии?
— Только когда видит дурные сны.
— Не возражаете, если я поговорю с ней об этом?
— Не возражаю, если это поможет ей лучше спать.
— Я бы хотела также поговорить с ее учительницей.
Мередит была деятельна и внимательна, и Купер почувствовал, что начинает ей доверять.
— Поторопитесь, ее можно будет застать в городе только до следующей недели. Она каждое лето навещает свою сестру в Канаде.
— Почему Холли не пыталась наверстать упущенное?
— Авария была серьезной, слишком серьезной, чтобы в первый месяц, пока она находилась в Нью-Йорке, думать об учебе. Когда она приехала домой, я хотел только, чтобы она как можно больше времени проводила на солнце и выздоровела. Поэтому не настаивал на том, чтобы она училась, — ответил Купер.
— Вы пережили трудное время, — мягко произнесла Мередит.
Она понимала, какая беда чуть не постигла Купера.
Светлые волосы Мередит золотились в свете фонаря, а ее глаза были такими же зелеными, как самые зеленые листья в середине лета. Она находилась на расстоянии вытянутой руки от Купера, и так же, как и прошлым вечером, он спросил себя: а что, если он поцелует ее?.. Как она поведет себя?
 
Нет, он должен взять себя в руки!
— Я буду признателен вам, если вы завтра отвезете Холли на сеанс физиотерапии, — с трудом произнес Купер.
— Буду рада, — пробормотала Мередит и вышла из конюшни, оставив Купера с ощущением, что он отказался от своих намерений как раз вовремя.
Потому что одного поцелуя ему бы наверняка не хватило.
На лестнице послышались шаги Купера, и Мередит затаила дыхание. Тогда, в конюшне… Она была уверена, что Купер собирался поцеловать ее. И даже хотела этого, что это с ней вдруг? Брайан заставил ее почувствовать боль измены. Выкидыш испепелил ее душу. Так зачем ей сейчас думать о поцелуях, не говоря уже о большем? Близость с Купером ей не нужна. Со времени развода Мередит жила вполне счастливо без мужчин. Откуда тогда это желание поцеловать Купера Мэрфи?
Она услышала, как он остановился в комнате Холли. Потом его шаги по гостиной снова заставили сердце забиться чаще. Когда он постучал в ее дверь, она перевела дух, встала с кресла-качалки, прошла через комнату и открыла дверь.
Светлая рабочая рубашка с закатанными рукавами контрастировала с загорелыми руками и темными волосами Купера. Сильный, честный, надежный.
— Холли заснула после того, как я снова вышел? — спросил он.
— Я проверяла дважды. Она спала крепким сном.
Взгляд карих глаз Купера медленно прошел по лицу Мередит и задержался на ее губах.
— Я… ммм… упаковал ее сумку для завтрашнего сеанса. Ей нужен купальник для бассейна. Бумажку с адресом вы найдете на сумке.
— Все будет хорошо, Купер. Мне позвонить, когда мы вернемся домой?
— Нет. Как вы сказали, я должен доверять вам… относительно Холли.
Воздух между ними вдруг снова будто сгустился.
— В конюшне я чуть не поцеловал вас, — хрипло произнес.
— Я знаю, — пробормотала Мередит.
— Я надеялся, что это желание исчезнет.
— Но оно не исчезло? — спросила она, слегка задыхаясь.
Купер покачал головой:
— Определенно нет.
Медленно, как будто давая Мередит возможность передумать, Купер наклонил голову. Мередит стояла не шевелясь, и он на несколько секунд легко коснулся губами ее губ. Это был робкий поцелуй, и он заставил ее жаждать большего.
Но Купер уже поднял голову.
— Спокойной ночи, Мередит. До утра.
Когда он ушел, ей пришлось схватиться за дверной косяк, чтобы не упасть. Купер скрылся у себя в комнате и закрыл дверь.
Они были чужими друг другу, но она страстно желала, чтобы он ее обнял. Полная бессмыслица.
Мередит закрыла дверь и скользнула в постель. Но, даже выключив свет, она все еще видела перед собой лицо Купера.
Когда на следующее утро Холли пошла пожелать Цыганке доброго утра, Мередит позвонила Бекке в «Эвергрин Фаундэйшн», где та теперь работала под начальством своего мужа Люка.
Мередит и ее младшая сестра, Паула, всегда считали, что мать Бекки вышла замуж за их отца из-за его богатства, поэтому держались от нее, так же как и от Бекки, на почтительном расстоянии. Только после того, как в жизнь Бекки вошел Люк Хобарт, Мередит узнала ее по-настоящему. Теперь ей казалось, что они родные сестры.
— Привет, Мередит, — откликнулась Бекка. — Что случилось? С бабушкой все в порядке?
— С бабушкой все замечательно, — заверила ее Мередит. — Паула о ней заботится.
Паула поселилась с бабушкой после того, как обе женщины решили стать компаньонками: они купили ресторан Бекки, когда та вышла замуж за Люка и переехала в Коннектикут.
— Бекка, я звоню, потому что мне нужна помощь. Я в Нью-Гэмпшире, у Купера Мэрфи. Он взял меня на работу! Но прошлым вечером я попыталась приготовить ужин и опозорилась.