Сломленные (СИ)

— Но это же чушь! — перебил Неас. — Как можно в такое поверить?
Арип укоризненно покачал пальцем.
— Ты, верно, уже забыл, как Ферксия существовала до прихода императорской семьи. Люди в стране, окруженной эльфами, служили рабами: они строили города и крепости, растили урожай, следили за скотом и служили домашними питомцами для высокомерных эльфийских лордов.
— Но ведь Ферксия развязала войну! Они устроили настоящую бойню, поэтому их и наказали.
— А вот об этом строители империи умолчали. Люди с малых лет растут в полной уверенности, что это они жертвы сотни лет рабства. Ты никогда не убедишь ферксийца в обратном. Дальше, — потребовал Арип. — Осталось три.
— Единство.
— Верно! — Арип шагнул вперед, потрясая перед собой кулаками. — Чтобы так быстро расти, ферксийцам важно сплотиться. А что бы сплотиться…
— Нужен общий враг, — закончил Неас. Принципы империи приводили его в растерянность. — Но если врага не будет? Ферксия развалится?
— Поверь, враг всегда найдется. Так держится власть в империи. И Оттону это известно. Он как пастух ведет людей нужным ему путем. Сплоти противников, и Ферксии придется туго.
Неас нахмурился.
— Почему люди так доверяют Оттону?
— Империя не скована религией, но человечеству всегда нужно верить во что-то, иначе оно перестанет чувствовать себя защищенным. — Арип подошел к полке, взял старую книгу и открыл на нужной странице. — Вот, девятьсот сорок пятый год Старой эры. Ферксийцы отвергли богов, разрушили храмы. «Религия — для слабых духом невежественных глупцов, — цитировал Арип слова первого императора. — Отныне ферксийцы будут верить лишь в силу оружия. Нельзя властвовать над миром, если веришь, что есть кто-то выше тебя». — Арип громко захлопнул книгу, создав в воздухе серое облачко пыли.
— Оттон знает, как заставить людей делать то, чего он хочет. Он воплощает собой идеалы империи, — продолжил вещать Арип. — А теперь назови пятый принцип.
— Абсолютная власть императора, — ответил Неас.
Арип встал напротив стола и оперся на него руками. Суровый взгляд не сходил с лица сына. Он чуть наклонился.
— Но знаешь ли ты, в чем истинные причины появления империи?
Неас пытался отыскать ответ в голове, но находил одни противоречия. Казалось, у Ферксии причины вовсе отсутствовали.
Отец заметил непонимание в глазах Неаса.
— Не торопись с ответом.
— Почему?
— Чтобы дать ответ, нужно понимать людей. Ты еще слишком мал. Сейчас меня заботят твой сон и тренировка. Вэл сказал, что ты испугался.
Как ответить? То, что он стал другим, звучало нелепо, но он так же понимал — ему не победить без знаний. Отец мог их дать.
Запинаясь, Неас рассказал все о сне, и что с ним произошло на занятиях с Вэлом.
После рассказа Арип погрузился в глубокие раздумья. Он потер гладкий подбородок.
— Хм-м, прообраз будущего или блики прошлого?
Неас обеспокоенно посмотрел на отца.
— Я…не понимаю. Что значит прообраз будущего?
Арип взял лист бумаги и карандаш. Одним ровным движением он нарисовал прямую линию и несколько точек на ней.
— На главной линии времени есть поворотные события, от которых отходят варианты будущего. — От каждой точки Арип провел десяток дуг. — Возможно, ты видишь одну из вероятностей.
Неас беспокойно заерзал на стуле.
— Почему возможно?
— Это может быть и прошлое и настоящее. Но я убежден: тот человек и ты — связаны.
Неас нервно сглотнул. Связан с этим сумасшедшим?
— Я…я не хочу, пап. Ты можешь прогнать его, можешь разорвать связь? Ну хоть что-нибудь?!
Арип помедлил с ответом.
— Не могу. Незнакомец — послание. Кто-то или что-то хочет показать тебе нечто важное.
****
Летний вечер, закат. Рядом с городской площадью Фоуста возвышалось здание. Каменная двухэтажная постройка служила ферксийским командирам домом, где полдюжины человек решали, в какую сторону двинутся войска. В одной из комнат второго этажа за широким круглым столом, заставленном стопками книг, в богатых креслах сидели трое мужчин. Двое из них в алых плащах. Ферксийцы, словно совершенные статуи: без шрамов на бледных лицах, без морщин и увечий, черные длинные волосы бережно убраны в хвост и перевязаны красной лентой, равнодушные взгляды устремлены на Арипа.
 
— Что тебе нужно, Арип? — спросил один из них — со знаком пылающего солнца с каплей крови на горжете. Символ Верховного полководца Оттона.
— Реймонд, отпусти меня и Неаса. Я уже отдал все записи, книги и дневники — все! Больше ничего нет.
Скрип кресла. Второй ферксиец положил ноги на стол. Арип заметил на его лице притворную улыбку. Тот скрестил руки на груди, гадко провел языком по ровным зубам.
— Твой хлам нас не интересует, — льстивым голосом сказал он. — Хранилище, Арип. Мы ищем оружие для войны.
Арип расхохотался.
— Реймонд, кто этот птенец? Он понимает, что несет? Нет никакого оружия!
Реймонд медленно поднялся.
— Тогда и от тебя нет проку. Оттон велел сжечь тут все, если ты не отдашь нам то, чего он требует. Эта писанина, — ферксиец взял со стола дневник Арипа. Реймонд мельком пролистал страницы и разорвал книгу пополам, — и гроша не стоит.
Арип сжал кулаки. В душе он понимал — безумцы не отступятся.
— Мы торчим в этой дыре из-за тебя, старик, — обвиняющим тоном произнес второй ферксиец. — Ты…
Реймонд молниеносно подскочил к говорливому юнцу и со всего размаха вдарил ногой по креслу. Тот вылетел с насеста и шлепнулся на пыльный пол.
— А-а! — ферксиец схватился за ушибленный зад, — Реймонд, какого дьявола?
Боевой офицер презрительно окинул глазами товарища.
— Ты безмозглый мальчишка, Конрад. Перед тобой сидит не старик. Благодаря ему империя существует. Еще одна вольность, и я устрою для тебя коридор позора!
Конрад тотчас затих; пылающий злобой взгляд не сходил с лица Арипа.
— Но он прав, — продолжил Реймонд, — мы тут из-за тебя. Память о былой дружбе удерживала меня от необдуманных действий.
— Я отдал все…
Реймонд зарычал, выдернул кинжал из ножен и воткнул в стол.
— Два года! — выкрикнул ферксиец. — Столько мы разоряем Илларию за твой отказ подчиниться. Оттон развязал войну из-за тебя, Арип. У тебя в голове, — Реймонд надавил на висок, — скрыта правда.
— Он просто забыл, что случилось с Хельгой, — подал голос Конрад. Его лицо скривилось в гнусной ухмылке. — Возможно, Неас что-нибудь знает.
Комната наполнилась холодом. Конрад выдохнул столб горячего пара.
— Еще слово, — сквозь зубы прошипел Арип, — и я снесу тебе башку, сопляк. Посмеешь тронуть моего сына и узнаешь, что бывает с теми, кто поднял руку на мою семью.
Реймонд успокаивающе выставил ладонь.
— Стой, Арип! А ты, — офицер посмотрел на Конрада, — выметайся.
Серые глаза Конрада расширились от изумления.
— Я капитан! — возмутился ферксиец.
— Ты бельмо на глазу и заноза в моей заднице! Вон!
Конрад, стиснув челюсти, подчинился приказу.
— Арип, не вынуждай меня трогать Неаса. Твое упрямство уже стоило жизни Хельги…
Волна энергии отбросила Реймонда в конец комнаты. Ферксиец с громким треском влетел в стену, оставив в ней внушительную вмятину. Мощный удар бывшего друга чуть не раздавил ему легкие. Он с усилием поднялся.
— Не смей упоминать ее имя, Реймонд! — угрожающе произнес Арип.
— Арип, ты же знаешь — бежать некуда. Оттон не оставит тебя, а я буду вечно волочиться за тобой, пока ты не свернешь мне шею. Открой Хранилище.
Арип готовился ударить вновь, но горькие воспоминания о смерти жены остановили руку. Он устало развалился в кресле.
— Я просто не могу, — ответил маг. — Ты даже не представляешь, чего просишь.
Реймонд стряхнул грязь с плаща и поковылял к выходу. Злость переполняла его до краев. Ферксиец сжал дверную ручку так, что костяшки пальцев побелели.
— Человечество заслужило свободу, а ты просто позоришь нас. Даю тебе пять дней.