Антигерой Антилюдей (СИ)

— Понял… — всё, что я сказал, взглянув на кровь, которая полилась у неё из носа, — давай не будем лишний раз трепаться. Веди меня на смерть, я выполню любой твой приказ.
… Лучшее, что я могу в текущей ситуации — это идти за ней. Дезертирство не выход.
Я убеждаю себя в этом, чтобы чувствовать спокойствие. Ведь если не верить ей — человеку, который дважды исцелял меня своей кровью, то никому.
…
— Извини, Борис, мне нужно кое-что проверить.
Сказав это, я подошёл к Борису и взял его на руки…
Двухметровая, тяжёлая, жирная, мускулистая туша… И я мог поднять его, хоть и не очень легко. Ощущение, будто поднял на руки собаку.
Двадцать пять силы — это очень немаленькая цифра.
— Проверяешь свои возможности? — поинтересовалась Лера.
— Да. — я кивнул, — можешь ударить меня?
Борис, явно раскрасневшийся от такого моего жеста, занёс кулак… И тот прошёл мимо.
Я быстрый… И реакция как у кошки.
Тело у меня сильное. Я бы сказал, сверхчеловечески сильное. Воин, который всю жизнь готовился сражаться с сильнейшими противниками на мечах. Это уж точно не тело толстяка, который к сорока совсем соскуфился.
— С моими усилениями ты будешь почти вдвое сильнее. Но даже этого не хватит, чтобы ты мог на равных сражаться с паладином. Раньше, в твоей наилучшей форме, тебе едва удавалось сдерживать его натиск.
— Даже это — охренеть. Ты был прям чудовищем, Рик. Прям всадник войны… — Норт похлопал меня по плечу.
У Норта, на удивление, очень тяжёлая и крепкая рука. Совсем не такая, какую я бы ожидал при его комплекции.
— Норт. Можем поспаринговаться перед началом?
— Эм, не. Я, пожалуй, пас. Не хочу переутомляться перед боем.
Этот худой человек был одет в тяжёлый латный доспех. На его левой руке был ростовой щит, а в правой — короткий меч, тонкий правда.
— Он прав. — Лера кивнула, — давайте. Скоро начнётся…
Она вытянула руки в нашу с Нортом стороны.
— «Киралис энрим фаэртарус. Кулиа о гариэн, то фазарил кираралис. Бортэас о горентрам. Заорис, то фороам бирус…»
Она читала какое-то очень долгое заклинание, в то же время вырисовывая странные магические круги в воздухе. Золотые… Красивенько.
Она и сама очень красивая. Признаться, я опять заворожён.
И опять я расстроился от её слов. Ну затупил…
Впрочем, это уже всё неважно…
Ведь сейчас я возвышаюсь над полем боя, стоя позади Норта, который прикрывает меня от летящих пуль.
Адреналин так будоражит, что я буквально ничего не слышу… Лишь звук своего дыхания и обезумевшее сердцебиение. Тело такое тяжёлое… И так не хочется умирать.
Я беру в правую руку пистолет, снимая его с предохранителя… Кажется, это предохранитель.
Я умру, я точно умру…
Ни в прошлом мире, ни тут, мне так и не удастся пожить нормально…
Су.
Ка.
— Пора, Рик… Я понимаю, что тебе страшно, но помни. Пока я рядом — никто тебя не тронет! Я — твой щит! А ты — мой меч! Вперёд!!!
И я кивнул.
Щит Норта засиял, и тот помчался вперёд, как самый настоящий таран, смея со своего пути всех выбегающих на нас солдат с винтовками и штык-ножами. А я бежал за его спиной из всех своих сил, считая единственным безопасным местом в этом мире.
Дыру в обороне за нами мгновенно закрывают, но мы выходим на площадку, где враги не успели разбить свои силы.
Я слышу, как позади себя свистят пули. И чувствую, как одна из них едва-едва касается моего уха, от чего я перестаю что-либо слышать, а по шее растекается нечто тёплое. И слава богу, только по шее.
Кавалерия бежит прямо на нас.
Несколько человек с тяжёлых белых латах обнажают свои мечи… И я вижу, как одному из них прямо в разрез шлема попадает пуля… Но он остаётся в живых, врезаясь в Норта…
Тело Норта уносит на несколько метров, после чего он падает…
Самоубийство. Вот, на что нас отправили.
Умрите, но задержите врагов хотя бы на минуту.
… И Норта уже не стало.
Враг совершает атаку по мне, и я едва успеваю прикрыться от его удара клинком своего меча… Это успел даже не я, а память моего тела. То, что осталось от прошлого владельца.
 
И оно же использовало:
«Укрепление», «Заострение».
…
Я прихожу в себя через секунду… Я лежу на земле, а рядом лежит чья-то рука.
Не моя… Слава богу…
Я поднимаюсь на ноги, правой рукой хватая с земли кровоточащую руку. А затем, я смотрю на картину маслом: четыре бело-золотых рыцаря на белогривых, закованных в сталь конях окружили меня. Один из них держится за свою отрубленную руку, но от боли не кричит.
Вокруг нас я ощущаю странную энергию, а затем слышу выстрел, который отлетает будто от воздуха… Барьер. Точно барьер.
— Вот мы и встретились вновь, Белый Кровожор. — говорит один из этих паладинов, слезая со своего коня, — я ждал реванша с тех пор, как ты лишил меня руки.
… Ага… Ясно.
— Ну, пусть твой друг встаёт в очередь. — я подношу его отрубленную руку ко рту и высасываю ту кровь, которая там есть… И я не чувствовал ничего более мерзкого.
Нет, пить-то можно, просто, в сравнении с Лерой, это как из лужи напиться… Бе.
Выкинув эту руку, я взял меч в обе руки.
— Т-так мы уже сражались?
— Да, вчера, кровожор. Ты уже забыл меня? — этот воин встаёт напротив меня, обнажая свой длинный меч.
Почему попав в иной мир, мой первый противник — это один из элитных бойцов противника?
Хотя… Я тоже переродился не обсосом первого уровня.
Я взглянул на лежащего рядом Норта… Двигается. Жив…
— Не-а! — ответил я, резко вскинув пистолет и сделав выстрел, который тут же отлетел от его доспеха.
Значит, пуля не пробивает…
Паладин тут же метнулся ко мне, делая короткий, изящный выпад, совсем нехарактерный двухметровому уроду в тяжелейших доспехах.
Чудом, я вижу его удар и делаю шаг назад. А затем идёт укол, который рассекает мне бочину… Но неглубоко.
Я отвечаю халтурным взмахом меча, от которого он прикрывается своим щитом, и затем, этим же щитом, впечатывает мою грудь в барьер.
Воздух покидает мои лёгкие вместе с силами как-либо ответить на удар, протыкающий моё плечо… Жжётся, чудовищная, абсолютно бесчеловечная боль в спине и плеча едва ли не сводят меня с ума…
— Последнее слово, исчадие?
Но… Я победил.
— Пу-пу-пу… — я стиснул зубы, — пососи.
«Укрепление», «Заострение».
БАХ!
И тело этого паладина падает на землю…
Его щит, под которым я просунул руку с пистолетом, немного давит. Но, откинув его тело, я смотрю на оставшихся трёх…
Пуля пробила его доспех, вошла в шею и пробила позвоночник. Минимальная дистанция, максимальное усиление… Не зря я все очки вложил в магию.
К тому же, рана не такая уж и глубокая. Не зря я использовал укрепление на
Они уже разгоняются на меня, как вдруг…
БАХ!
В голову того же, что и ранее, попадает пуля, и он наконец-то сползает с лошади.
Я прицеливаюсь в ещё одного из них.
«Укрепление», «Заострение».
БАХ!
Он защищает своё тело щитом.
А вот его лошадь с пулей в голове больше не поскачет. Он падает, придавленный своим же конём. Ноге паладина точно очень весело.
Вывода два.
Первый — я могу наложить два усиления за раз. Это хорошо…
Второй — заострение не в прямом смысле заостряет предмет, а повышает его пробивную способность. Тоже классно.
Последний оставшийся на ходу разворачивает лошадь, подскакивает к своему товарищу, спрыгивает и пытается его спасти. Этот паладин, даже будучи одноруким, рискует собой, чтобы спасти товарища.
Я навожу пистолет, но… Не могу нажать на курок.
Пусть бегут. Если я могу не убивать их, то пускай.
Но, в следующий момент, мне в грудь попадает пуля.
Придавленный уродец достал пистолет и выстрелил в меня. Я вздрагиваю и спускаю курок, отвечая на выстрел несколькими выстрелами.