Ребенок генерального, или Внеплановое материнство (СИ)

Лика ненадолго призадумалась, а затем, искренне улыбнувшись, произнесла:
— Все-таки не зря он мне понравился с самого начала. Настоящий принц. Да, я довольна.
Я подошла к Лике и порывисто ее обняла, поцеловав в макушку. Возможно, та кошка не была лишней, и в итоге все сложилось просто прекрасно.
А вечером, уже лежа в своей кровати, когда Лика давно спала, я написала Бестужеву. Анализировать, зачем именно я это сделала, мне не хотелось. Потому что желание мое было почти низким: я стремилась поиздеваться над человеком. И именно в этом было труднее всего признаться самой себе.
«Лика очень просит фотоотчет».
«Фотоотчет чего?»
«Того, как устроилась Лисса, конечно же».
«Ты уверена?»
«Конечно!»
«Ок».
Что «ок» — он отправит фото котенка или что? Я даже на кровати присела. Диалог вышел не таким, какой я задумывала. Посмеяться над Бестужевым не получилось. Фото, кстати, тоже не спешило приходить, а затем на экране замигал входящий вызов. Видеовызов.
— О боже!
Я подскочила с кровати.
Как же я теперь объясню Яну, почему Лика… Лика, которая хотела фотоотчет, спит?
Но деваться некуда, не ответить значило струсить, а это уж точно не про меня. Я быстро прочесала волосы пальцами, взбила прическу и надавила на «принять вызов», не забыв еще и ворот пижамной футболки оттянуть.
  
Глава 12 
 
Бестужев попытался скинуть с себя кошку, та не поддалась. Точнее, Лисса сначала с него спрыгнула, но тут же забралась обратно к нему на ноги. И да, на его кровать! Ян все еще никак не мог осознать, как же он так попал, что в его квартире теперь обосновалось это рыжее и, судя по всему, наглое животное. А Смоленская еще и поиздеваться над ним решила.
Ян перевел камеру и увидел, что маленькая кошка уже не просто лежала на его ногах, но еще и намывала свою морду лапами. Жуть. Мгновение, и картинка на экране телефона сменилась.
— Ох, Лисса, — радостно произнесла Майя, девушка тоже лежала в кровати, Ян узнал наволочку. Это бирюзовое постельное белье он уже видел в сторисах Смоленской.
— Такой фотоотчет подойдет?
— Я смотрю, она просто прекрасно устроилась. Греет тебя в кровати. Неожиданно.
— А что Лика? Не хочет посмотреть? — ровно спросил Ян, хотя очень хотелось съехидничать, потому что он прекрасно знал: Лика спит.
Бестужев обменялся сегодня номерами телефонов с дочерью, и перед тем, как лечь спать, Лика отправила ему сообщение с пожеланием приятных снов. Без единой ошибки. А ведь она в школу только в сентябре пойдет.
Только подумав об этом, Ян опять отложил от себя документы, свернул рабочие вкладки на ноутбуке и занялся поиском информации о школах. Конечно, такое можно было поручить помощнице или матери, да и вообще до этого самого сообщения Ян не задумывался о том, что Лике нужна школа. Хорошая школа. Но в итоге Бестужев решил, что это пока важнее работы. И все это время, пока ему не написала Майя, Ян изучал списки столичных общеобразовательных учреждений.
Какая уж тут работа?
Главное, чтобы с такими простоями и таким количеством выходных у него еще остались деньги на престижную школу, поиском которой он сегодня занимался. Хотя… это Ян, конечно, преувеличивал.
— Лика… она… Она…
— Спит, — все же не стал издеваться Ян над Майей и перевел камеру на переднюю.
— Да… ох. — Увидев его, Смоленская округлила глаза и немного приоткрыла рот.
— Наверное, она попросила о фото перед сном?
— Что? Ах… да. Да, она, когда пошла спать, попросила меня… — Майя врала и не краснела, хотя…
Ян прищурился и даже телефон к лицу приблизил, словно ему так было плохо видно. И при более детальном рассмотрении мужчина убедился: покраснела, да еще как.
— Я завтра опять к вам приеду.
— Что?
— Я не пойму, у меня динамик плохо работает?
— Нет. Просто… Зачем?
— Чтобы пообщаться с дочерью. По-моему, это логично, Майя. Я забрал бы Лику на день к себе, но, наверное, ты будешь против такого быстрого развития событий, да и Лике, возможно, будет неудобно. Еще и мама…
— Мама? Какая мама? — Брови девушки взметнулись вверх.
 
— Моя мама, Майя. Она тоже уже очень хочет познакомиться со своей внучкой. Но я понимаю, что для Лики все это стресс и ей надо привыкнуть пока хотя бы ко мне.
Майя кивнула, затем еще раз, и Бестужеву стало очень интересно: это она сейчас его слова в голове прокручивала или с чем-то своим соглашалась?
— Хорошо, приезжай. В офис мне завтра опять не надо?
— Да, в офис мы завтра не едем.
И это "мы" звучало до того странно, что Ян, сам того не ожидая, почувствовал словно смущение. Словно — потому что это была совершенно неожиданная для него эмоция и… забытая. После этого мужчина сразу же сбросил вызов, и опять на его глаза попалось рыжее животное.
Ян послушал свою мать второй раз в жизни. И второй раз очень об этом пожалел. Первый он и вспоминать не хотел, но сегодня… когда она с воодушевлением защебетала, что котенок — это лучший подарок для девочки, он ей поверил.
Да и вообще он сам к ней пришел за советом. Хотя не делал так лет двадцать, да и в десять он тоже не особо обращался к ней за помощью, но именно сегодня, после того как сообщил результаты теста ДНК Майе, Ян выгнал Степана взашей из своей квартиры и поехал к матери за город. То ли посоветоваться, то ли поделиться — Ян сам до конца не понимал.
Мать оказалась в шоке, но быстро нашлась и всучила ему котенка. Да еще и в паре с жуткой розовой переноской.
— Вообще, это подарок для дочери Литвиновой, но, Ян! У меня есть внучка. О Гос-по-ди! У меня есть внучка, — практически пропела тогда его мать и в придачу к котенку дала еще и бумаги на него. — Это лучший подарок. Особенно для девочки. Игрушка куда-нибудь завалится или испортится, а это живое существо, и оно всегда будет напоминать Лике о первой встрече со своим отцом. 
О том, что то самое живое существо очень даже могло сдохнуть и не оставить после себя ничего, Ян промолчал, не хотел травмировать маму. Да и к тому же она и так сильно переживала из-за того, что уронила сегодня Фиби (самую любимую свою кошку).
Да, Бестужев оказался прав на все сто процентов. Как только он сказал матери о том, что она уже не просто мать, но и бабушка почти семилетней внучки, из рук матери вывалилась кошка. Справедливости ради, с кошкой ничего не случилось, это даже падением и не назовешь, но мама перепугалась.
— Ну что, поедешь обратно? — Ян прищурился, глядя на рыжее чудовище, на что то ему недовольно мяукнуло что-то и спрятало нос, закрывая свою морду лапами.
Это же надо было так докатиться.
Хотя… ради дочери он потерпит. Однозначно.
Странное слово, которое чем чаще произносил Ян, тем все сильнее ему нравилось.
— Дочь, — повторил он уже вслух. Было в этом что-то особенное. А казалось бы, всего лишь обычное слово.
Ян выключил ноутбук и раз, наверное, в пятый согнал кошку со своих ног, дернув ими, но эти движения опять оказались бесполезными: животное, совершенно не имевшее гордости и, судя по всему, мозгов тоже, опять запрыгнуло к нему на кровать.
Слава богу, в этот раз кошка не стала забираться на самого Яна, а уснула рядом. На это мужчина даже закрыл глаза и не стал выгонять бедное создание из своей комнаты. Хотя мог… мог бы. Особенно если бы знал наперед, что, когда проснется утром, первым, что он увидит, будет кошачья жопа, а рыжий хвост будет лежать вообще на носу у Яна…
Рыжее чудовище перебралось к нему на грудь, пока мужчина спал, чем уничтожило его настроение на весь день.
— Границы, Лисса! Личные границы — ты понимаешь, что это такое? — прошипел он на кошку, уже даже не удивляясь тому, что докатился до этого.
Он вслух говорил с кошкой.
Потому что промолчать, когда видишь в глазах животного явную обиду, оказалось чертовски сложно. А именно с обидой на него и смотрела Лисса этим утром после того, как мужчина разбудил ее, да еще и согнал с себя. Она словно не верила в это, а Ян не верил, что на полном серьезе анализировал мысли кошки.