Ребенок генерального, или Внеплановое материнство (СИ)

Ян поджал губы, со всей силы сдерживая улыбку, ему до отчаяния захотелось сейчас рассмеяться. Громко и от души.
— Так и? — Мужчина быстро ударил по электронному табло, отправляя стеклянный лифт на этаж ниже, все еще глуша зарождающийся в груди смех.
— Майя Смоленская, — с гордостью проговорила девочка, а Яну наконец-то расхотелось смеяться.
По имени он эту сотрудницу не вспомнил, а вот по фамилии…
Только два дня назад он в холле их офиса столкнулся с симпатичной молоденькой блондинкой, которая ему кого-то напоминала.
Обычно у Яна была отличная память на события и лица. Даже сегодня он достаточно быстро вспомнил, кого именно ему напоминала Лика. А вот с новой сотрудницей, чей испытательный срок уже подходил к концу, никак не получилось вспомнить. Он даже поднял ее дело. Про ребенка в нем, кстати, не было ни слова. Но зато, увидев ее фамилию, Ян понял, что действительно пересекался, только не с ней, а с ее старшей сестрой. Судя по внешней схожести и фамилии.
Глубже копать он не стал, удовлетворившись и этим. Сестра — не сестра, ему уже не было до этого дела. Главное, чтобы не промышляла в свободное от работы время тем же самым, чем и Смоленская-старшая. Хотя… Если не в рабочее время, то почему нет? Бестужева это не должно было волновать, ведь с самой Майей он никогда не встречался. Слишком молоденькая она — только из института выпустилась.
Оттого и удивительно, что у нее была такая взрослая дочь. Может, поэтому в анкете она и не указала этих данных?
Во сколько она ее родила? В пятнадцать? В четырнадцать?
— А тебе сколько лет? — спросил Ян одновременно со звоном лифта, оповещающим их о том, что они приехали.
— Семь, — гордо улыбнулась Лика.
Ян бы еще спросил, сколько же лет ее матери, но в этот момент та самая Майя влетела в лифт, створки которого буквально мгновение назад распахнулись, и уже обнимала девочку, тесно прижимая ее к себе.
Наверное, она заметила их сквозь прозрачную кабину лифта, Ян же по сторонам не смотрел и был полностью поглощен разговором с Ликой. Удивительное дело. Бестужев не уставал поражаться сам себе.
— Лика, я же просила тебя, — зашептала девушка, целуя дочь то в щеку, то в макушку, то в ладошки. Слишком хаотично и быстро.
Ян не поспевал за ее движениями, но почему-то пристально и очень жадно их разглядывал. Аж во рту пересохло. Бестужев невольно потянулся к горлу, но быстро отдернул руку и двинулся к выходу из лифта, успев опять хлопнуть ладонью по серебряному электронному табло. Створки чуть было не начали закрываться, отсекая его, Майю и Лику от всех. Хм-м… Было в этом что-то такое.
— Я… я… — начала жалобно оправдываться девочка, когда ее мать все же поднялась и потянула Лику из лифта. — Он такой красивый, прозрачный… я думала немного покататься, — виновато произнесла Анжелика, опустив взгляд.
Но как только Майя поцеловала дочь в макушку, девочка оторвала взгляд от пола и бросила его на Яна. И не было в ее глазах ни капли вины или раскаяния, только вагон хитрости и еще больше довольства тем, что ее проказа удалась.
Ну точь-в-точь как у его матери, когда та, вытащив его на ужин под каким-нибудь очень важным предлогом, знакомила с очередной потенциальной невестой, а после чуть ли не потирала руки, что Ян из-за своей природной воспитанности не мог себе позволить нагрубить матери и малознакомой девушке, а потому ему приходилось вежливо себя вести и приветливо общаться с какой-нибудь дочерью очередной маминой подруги до самого окончания ужина.
— Горе ты мое луковое, — протяжно выдохнула девушка, наконец-то выпрямившись, а Ян понял, что до сих пор за ней неотрывно наблюдал. Мужчина отступил на шаг и огляделся.
Что удивительно, и тут приемная пустовала.
Начался апокалипсис, а он его пропустил, потому что заработался?
Где все его работники?
— Ох. — Майя вздрогнула, да так сильно, что показалось, будто она вообще подпрыгнула на месте, а затем затравленно посмотрела на него. Кажется, только сейчас девушка сообразила, с кем именно приехала в лифте ее дочь. А Ян же, кажется, начал говорить сам с собой вслух. — Здравствуйте, Ян Даниилович. А все… в конференц-зале. Там же Эмма Яковлевна. — Час от часу не легче. — Явка обязательна, — совсем уж тихо добавила Майя, задвинув Лику себе за спину, и оглянулась как раз в сторону конференц-зала. — Я просто заметила, что Лики нет, и…
 
Ян кивнул, желая, чтобы она прекратила объясняться, но, видимо, не слишком убедительно у него это получилось. Смоленская продолжила оправдываться и за себя, и за сотрудников, и даже за то, что всех позвали, а его нет. И как только догадалась-то?
— Мама, а там кошечка была! Представляешь… — громко проговорила девочка, перебивая свою мать.
Бестужев быстро глянул на Лику и понял, что та, в отличие от матери, смекнула, что он не хотел все этого слушать.
Ян вообще был из тех людей, кто мало говорил, предпочитая делать. Да и слушать он тоже не любил. Если бы что-то важное, четкое, по интересующему его делу, а не бессвязный поток: «Что вижу, то и говорю».
— И она разбилась! Теперь там остались только слоники, две совы, волк и пантера.
Вот. Четко и по делу. Прямо опись его имущества провела. Имущества, о котором он до недавнего времени и не догадывался. Что ж… сов Ян оставит себе, пантеру и волка, так уж и быть, тоже, а вот слоников может отдать Лике. Они же вроде как милые, так что должны понравиться ребёнку… или нет?
Черт, почему он вообще сейчас об этом думает?
Ян нахмурился и опять посмотрел на Анжелику. Неужели у него проснулся родительский инстинкт и ему пора задуматься о семье? Да не-е-т, рано ещё. Ему всего тридцать три, первоочередных планов и задач у него ещё лет на десять, не меньше.
— Я вам все возмещу! — выкрикнула Майя, заставляя Бестужева перевести взгляд на неё. — Простите… — тут же осеклась девушка и перешла почти на шепот: — Простите за статуэтку. Мы с Ликой купим вам такую же новую, — проговорила она с запалом и шире распахнула свои и без того огромные глаза.
Что интересно, говорила она сейчас вполне искренне, и Ян твёрдо уверился в том, что вряд ли она промышляла тем же, чем и ее сестра. А потом он сам себя и осек.
Какого он вообще думает об этом? Да ещё и во второй раз за какие-то десять минут.
— Не нужно мне ничего возмещать. Статуэтка стоит копейки. — На самом деле он понятия не имел, сколько та стоила, но отчего-то уверен был, что недёшево. — Майя, просто приглядывайте за дочерью лучше.
Ян уже шагнул к лифту, но потом все же застопорился и, оглянувшись, задал девушке вопрос, который его беспокоил:
— А почему в вашем личном деле ничего не написано о том, что у вас есть ребёнок, Майя?
  
Глава 2 
 
— У вас есть ребёнок, Майя? — строго поинтересовался наш генеральный, глядя мне за спину — на Лику.
А до меня доносились его слова словно сквозь вату. Он посоветовал мне лучше приглядывать за дочерью и назвал меня по имени.
Откуда он знает, как меня зовут? Вообще о том, что я здесь работаю? Я же так… на птичьих правах — на испытательном сроке, первую неделю которого я уже завалила.
После обращения генерального ко мне по имени я немного упустила нить нашего диалога. Да что там нить, я по-идиотски вообще все прослушала. Поняла только, что спрашивал Ян Даниилович о Лике, наверное, пытался сосчитать, во сколько же я ее родила, и так и не смог. Да и немудрено. Когда Анжелика появилась на этот свет, мне было четырнадцать и я оканчивала восьмой класс. Да и не рожала я ее вовсе.
— Так… так получилось, — с трудом ответила я, предчувствуя своё скорое увольнение.
Я не уследила, и Лика залезла в кабинет генерального! Уму непостижимо.
Почему из всех возможных она выбрала именно его кабинет?
Весь офис сейчас на собрании. Заглянула бы она к кому-нибудь другому — и осталось бы незамеченной. Но у Лики словно нюх на тех самых кошечек.
А ведь я ещё утром знала, что не стоит брать Лику с собой. Не кончится это добром, но выбора у меня как такового и не было.