Виктор III. Развязка (СИ)
— Я не большой любитель приключений, — сознался Люпен. — Позвольте, я провожу вас, сударь.
До меня донеслись звуки шагов, а потом скрип лестницы. Спускаются на первый этаж.
— И кого мы тут подслушиваем? — раздался позади меня лисий голосок Вероники.
Я от неожиданности чуть до потолка не подскочил. Прямо в прыжке развернулся и увидел довольное лицо девушки. Она уже оклемалась, и точно кошка бесшумно шастала по дому.
— Никого, — поспешно ответил я, прижав руку к колотящемуся сердцу, готовому выпрыгнуть из груди.
— Жаль, а то я уже хотела тебя простить. А ты мне нагло врёшь в лицо, — притворно огорчилась девушка и тяжело вздохнула, из-за чего её грудь раздвинула края фривольного домашнего халатика с рюшечками.
От пикантного зрелища у меня сразу же пересохло во рту, а к детородному органу прилила кровь из всего тела. Даже ноги подогнулись, а голова закружилась.
Всё же я сумел промычать:
— Я… я случайно здесь оказался и случайно услышал, как Люпен разговаривал с сударем Каралисом.
— И о чём они говорили? — сразу же заинтересовалась любопытная Вероника, которую следовало бы назвать Варварой.
— Учитель сказал, что больше не будет пытаться вернуть Руку, — хрипло произнёс я.
— А, ерунда, — разочарованно отмахнулась девушка и вдруг мы оба услышали трезвон телефонного аппарата. — А вот это уже может быть интересно…
Магичка шустро поскакала в гостиную, словно и не валялась вчера полудохлым лебедем. А я, повинуясь стадному инстинкту, бросился за ней.
Однако нас обоих опередил дворецкий. Но не потому что он был шустрым старичком, а из-за того, что его комната располагалась на первом этаже.
Дворецкий взял трубку, произнёс своё стандартное приветствие и спустя пару секунд проговорил:
— Добрый день, ваша светлость. К сожалению, его милость сейчас находится вне дома. Он провожает гостя. Да, непременно. Я сообщу ему, дабы он вам срочно телефонировал. Всего доброго, сударь.
— Маркиз Меццо? — спросил я после того, как старый слуга положил трубку на рычажки.
— Он самый, Виктор, — кивнул дворецкий и посеменил прочь.
— Интересно, что маркиз хочет от барона? — облизала губы девушка. — Не дай бог опять свою дочурку нам подбросить желает. Господи, не допусти этого чудовищного деяния!
— Сматываемся. Я слышу шаги учителя.
Нас из гостиной, как ветром сдуло. Но сдуло недалеко — в соседнюю комнату. Да ещё мы дверь приоткрыли, дабы лучше слышно было. Интересно же.
Люпен стремительно вошёл в гостиную, взял трубку и вежливо попросил телефонистку соединить его с особняком маркиза Меццо. Та исполнила волю аристократа. Но ему ещё пришлось ждать около двух минут, пока к аппарату подойдёт маркиз.
— Добрый день, ваша светлость, — поздоровался учитель. — Слуга сообщил мне, что вы желаете переговорить со мной.
Дальше барон лишь слушал. И на его лице одна эмоция сменяла другую. Волнение, лёгкий испуг, задумчивость, капелька облегчения, корысть и снова задумчивость.
— Маркиз, мне нужно поразмыслить над вашим предложением, — проговорил химеролог и спустя пару секунд положил трубку.
Он заложил руки за спину и принялся мерить шагами гостиную. Его лоб прочертили глубокие складки, а губы кривились, словно он шёпотом разговаривал сам с собой. Но затем шёпот поднялся до вполне различимого бормотания.
—… Опасно, очень опасно. Но с другой стороны — какие деньги. Хватит на новую лабораторию… да много на что хватит. Однако Велибург придётся на какое-то время покинуть. Хоть Император и не должен вмешиваться, но бережёного, как говорится, бог бережёт. Всё же я нутром чую, что надо бы отклонить предложение маркиза. Но как? Он же потом не забудет мне этого. И даже не сыграет роль то, что я помог ему вернуть дочь…
Барон опять понизил голос. И я подался чуть ближе к двери. А Вероника и вовсе — со спины навалилась на меня. И тут случилось страшное — подточенное болезнью тело дало слабину. Я под весом девушки не удержался на ногах и рухнул на дверь. Та широко распахнулась, после чего мы с Вероникой ввались в гостиную и грохнулись на пол.
— Боже, как в дешёвой комедии, — простонал я, потирая ушибленную коленку.
— Это всё он! — тотчас наставила на меня палец, лежащая рядом Вероника. — Я не хотела подслушивать. Вы же меня знаете, ваша милость. А он, словно сатана, искусил меня. Вы же и его знаете, учитель.
— Я вас обоих знаю, — грозно изрёк барон, застыв посредине гостиной. — Вы стоите друг друга. Я даже не буду разбираться, кто кого искусил. Накажу обоих.
— Накажите, бесспорно, накажите, — проговорил я, вставая с пола. — Но сперва поведайте нам о предложении маркиза Меццо. Слёзно молим.
— И много вы уже услышали? — заломил бровь аристократ и уселся на кресло.
— Достаточно, дабы понять, что маркиз затевает нечто опасное и желает видеть вас в одной лодке с ним, — произнес я, одернув жилетку. — И, наверное, я не буду далёк от истины, ежели предположу, что Меццо решил нанести удар по роду Ройтбургов. Других врагов у него сейчас нет.
Люпен несколько удивлённо посмотрел на меня, а затем вздохнул и сказал:
— Да, всё именно так. Конечно, он не стал прямо говорить об этом по телефонному аппарату. Но с помощью намёков и экивоков дал мне понять, что действительно собирается разделаться с Ройтбургами. Посему он приглашает верных ему магов принять участие в этом мероприятии, ибо у Ройтбургов сейчас больше хороших бойцов.
— А что же Император? — поинтересовалась Вероника, которая поправила причёску и грациозно присела на диван.
— Маркиз заверил меня в том, что Император будет смотреть в другую сторону.
— Как в случае нападения герцога Лима на род Штальгезе? — припомнил я историю, случившуюся два года назад. Тогда между этими семействами тоже были жаркие споры. А закончилось всё тем, что Штальгезе отправились к праотцам. Выжившие же спешно покинули Гардарику. Ну а Император сделал вид, что поверил в то, что на семейное гнездо Штальгезе будто бы напали какие-то культисты, а пережившие нападение представители этого рода сознательно клевещут на честнейшего герцога.
— Да, Меццо сказал, что всё будет именно так, — подтвердил мою мысль Люпен. — Ройтбурги многим, как кость в горле.
Глава 10
Глава 10. Неприятный сюрприз.
Последние минут десять я восседал на кресле и с восхищением смотрел на Веронику. Она пошла красными пятнами, сверкала глазами и охрипшим голосом убеждала барона в том, что он должен взять нас с собой. Учитель всё-таки решил, что выгоднее и полезнее будет помочь Меццо. Однако, как вы поняли, нас он брать упорно не желал. И вот сейчас магичка отдувалась за всех приёмышей. На её крики в гостиную сбежались все: Эдуард, Марк, Фауст и даже дворецкий. Но потом старый слуга ушёл, решив, что это не его дело. Прочие же заворожённо наблюдали за спором барона и магички.
— Ваша милость, не вынуждайте меня! — верещала девушка, размахивая руками. — Не вынуждайте меня бить посуду! А я ведь могу! Ещё как могу!
— Может, — поддакнул я, сложив руки на груди.
— Ага, — вторил мне басом Марк.
— Она горазда, — вставил Эд.
— Такое уже бывало, — со вздохом напомнил химер, который всей своей лысой бледной кожей впитывал потрескивающий от напряжения воздух.
— Не надо бить посуду, — буркнул барон, хмуря брови. — У нас и так проблемы с финансами.
— Тогда не доводите меня до этого! — ликующе выплюнула Вероника, почуяв ветер победы. — И лично я могу пригодиться в нападении на особняк. Вы же не забыли, что перед вами редчайший маг пространства?
— Ладно, я возьму вас всех с собой, — сдался химеролог.
На моей памяти его впервые кто-то переспорил. И даже не понадобились умные, логичные доводы. Хватило девичьих криков, напора и беззаветной веры в свои слова.
— Браво! — заорал я Веронике, вскочил с кресла и стал хлопать в ладоши.
Парни присоединились ко мне. И мы наградили магичку слитными аплодисментами. А она выставила вперёд ножку и поклонилась.