Град разбитых надежд (СИ)

  
 Сумеречный Эльф 
 
Град разбитых надежд 
   
Часть I
   
Глава 1. Алый Глаз
 
Джоэл шел по Кварталу Ткачей, когда повстречал смерть.
Но обо всем по порядку. Кошмар начался раньше. Джоэл точно не помнил, может, за год до всего этого, может, за месяц. Без разницы, ведь город уже сотни лет выживал среди тянущегося кошмара.
* * *
Смеркалось, сперва ночь обещала быть спокойной, но вновь зажегся Алый Глаз Змея. В этот вечер слишком ярко и рано. К тому же в груди теснилось нехорошее предчувствие. «Сомнамбулы снова разгуляются, проклятье Хаосу. Думал, высплюсь перед допросом в психушке, ан нет, они сегодня точно разгуляются», — со злостью рассуждал Джоэл, меся грязь на разбитой мостовой.
До смены оставалось три часа, ноги зябли в старых сапогах, клонило в сон, как обычно. Но Охотникам не полагалось больше пяти часов. Для поддержания бодрости выдавали кофейные зерна — вот уж великая награда. Жесткая оболочка неприятно скрипела на зубах, когда их медленно разжевывали. Джоэл сплюнул горькую кашицу и нырнул под ветхую каменную арку, попав в Квартал Шахтеров.
Эту часть города он изучил хорошо, здесь родился и вырос среди закопченных стен и разлагающихся помоев. Годами в полутрущобных районах ничего не менялось: все та же отваливающаяся штукатурка двухэтажных халуп, все те же работяги и нищие.
Все так же много заданий для Охотника на сомнамбул, потому что в этой части Вермело счастливые сны не водились. Но Джоэл находил в таком постоянстве успокоение. Он точно знал, где чья лачуга, а значит, мог просчитать, где появятся новые кошмары. Образы из них вылезали тоже знакомые, пусть и омерзительные. Еще он без труда находил дорогу в лабиринте проулков даже в полной темноте. Да, Джоэл утешал себя этим унылым постоянством.
Иногда оно раздражало: в дрянном трактире на Рыбной улице неизменно подавали крысятину. Рыбы там отродясь не пробовали. Улица носила старинное название, которое с трудом различалось на выцветших табличках, потому что до пришествия Хаоса в конце нее красовался порт. И оттуда гигантские корабли под белыми парусами уходили прямо в океан. Что такое океан? Джоэл за тридцать семь лет так и не узнал. История про корабли давно превратилась в легенду. Ныне улица упиралась в тупик каменной стены. За которой царила смерть.
Никто не ведал, сколько веков или тысячелетий назад пришел Хаос, потому течение времени не совпадало в разных его уголках. Джоэл предполагал, что город, вернее, осколок огромного города, выживает — или медленно умирает — уже около двухсот лет. Значит, так возможно существовать, в этом зловонном скоплении лачуг и оживших кошмаров. Хотя крысятина в жидкой подливе от этого не делалась вкуснее. И нетрезвая публика в трактире не становилась приятнее. Джоэл молча ел, посматривая на сомнительных типов, которые уже примерялись к его кошельку. Отважные же щипачи, если потянутся к собственности охотника.
— Все экономишь? — раздался насмешливый голос. Воры тут же поморщились и потеряли интерес к одинокому посетителю, сосредоточившись на разбавленном пойле. Двоих охотников они бы не осмелились ограбить.
— А ну, пошли отсюда! — грозно шикнул на них вошедший, хотя сам буквально светился беззаботной радостью. — Эй, хозяин, подай-ка ваше фирменное блюдо!
— Ли, — сухо поприветствовал Джоэл вошедшего напарника. — Да, экономлю. А ты, можно подумать, в квартале богачей живешь и в их рестораны ходишь.
— Отчего же не ходить? Копить нам все равно не на что: ни дома, ни семьи не полагается. — Ли небрежно рассмеялся, отчего в его темных глазах заплясали медовые искорки. — Был я там однажды, у богачей: те же крысы, только подлива пожирней. Но знаешь… Иногда рыба, иногда курятина. Иногда даже баранина. А здесь крысы и крысы.
— Это не крысы! — проворчал краснолицый трактирщик, поднося тарелку с сомнительным месивом. Обманывал он, наверное, самого себя.
 
— О! Как я забыл: это же фирменные тараканы!
— Еще слово о нашей стряпне — и я выставлю вас, господин охотник, — в шутку пригрозил трактирщик.
— Только попробуй, — негромко стальным тоном предупредил Джоэл, с неодобрением качая головой: — Ли, что за ребячество?
— Сегодня я говорю только правду и ничего, кроме правды. Это по случаю… э-э-э… какой там сегодня праздник по календарю древних людей? У них было много праздников! А у нас-то…
Долговязая фигура Ли в новом черном плаще с серебристой вышивкой выглядела лишней в провонявшем тухлятиной трактире. Джоэл не понимал, зачем так выряжаться перед боевым дежурством. Кропотливую работу слепнущих золотошвеек уже к утру могли испортить чьи-нибудь острые когти. Джоэлу хватало короткого форменного плаща темно-серого оттенка. Ли же вечно что-то выдумывал. Они условились встретиться в безымянном трактире на Рыбной улице, вроде многие так поступали, но Ли и здесь устроил балаган.
— Ладно, бери уже крысятину и не выступай. Нам еще всю ночь патрулировать, — отмахнулся Джоэл, пока Ли заботливо пристраивал щегольскую треуголку на краю замызганного стола.
— Вечно ты угрюм, как Хаос, — рассмеялся напарник, вольготно садясь напротив и закидывая ногу на ногу.
— По-твоему, лучше рубить сомнов с радостной улыбкой? Тогда меня, пожалуй, загребут в психушку, — осклабился Джоэл.
— Взбодрись! Может, наконец пригласишь куда-нибудь Джолин.
Джоэл вздрогнул. Память хлыстом прорезал образ. Эти огромные синие глаза, маленькие руки, нервно вцепившиеся в дверной косяк. Сколько растерянности и загадки таилось в ней. Джолин тревожила холодный рассудок. Приходилось напоминать себе, что она — просто часть нелегкой работы, а не что-то большее.
— Заткнись, Ли, — ответил сдержанно Джоэл. — Я не собираюсь ее никуда приглашать. Джолин просто… нуждается в помощи.
— О, и какой же? — съехидничал Ли.
— В помощи охотников, болван. Ты и сам знаешь, что мы находим в Ловце Снов возле ее дома. Что-то в том районе нечисто.
Ли изменился в лице, больше не паясничал, и в крупных глазах потухли медовые искорки. Тонкие губы вытянулись в плотно сжатую линию. Повисла пауза, наполненная безотчетной тревогой.
— Во всем городе нечисто, — ответил совершенно серьезно Ли.
— Иногда ты не такой идиот, каким хочешь казаться, — одобрительно кивнул Джоэл, намекая, что все еще готов выслушивать шутки и подколки. Если они не касаются Джолин. Нет, о ней лучше вообще не говорить перед дежурством.
— Вот опять, Джо, доброго слова от тебя не дождешься! — посетовал Ли, картинно всплеснув длинными руками. В такие моменты он корчил смешные рожицы, поигрывая густыми каштановыми бровями. От его ужимок даже мрачный напарник невольно улыбался. Возможно, поэтому они и сработались. Уже пять лет вместе патрулировали разные части города.
Только при мысли о грядущем карауле Джоэл растерял скудные крупицы веселости. Дурное предчувствие продолжало грызть червячком беспокойства. Сумрак уже облепил первые этажи приземистых зданий. Тени сгущались, а небо теряло грязно-горчичный оттенок, его заполняли тревожные алые разводы. Змей Хаоса поворачивался другим глазом. Желтый Глаз по привычке старых времен символизировал день. Он и светил ярче, и давал подобие тепла, как загадочное солнце из легенд. Но Красный… Считалось, из-за него и начались все беды Вермело.
«Кто сегодня превратится в сомна? Кем он окажется? Мерзким преступником или законопослушным гражданином?» — прикидывал Джоэл. На его памяти попадались обращенные из самых разных слоев общества. За семнадцать лет службы он понял одно: сомнамбула дремлет в каждом. И в бедном, и в богатом, и в молодом, и в старом. Снаружи все пытались выглядеть порядочными, но внутри у каждого водилась разная гниль. Закон их мира, закон их города да и вообще жизни.
Так прозябал Вермело — древняя столица, центр промышленности. Вернее, осколок древней столицы, сохранивший чопорные нравы прежних времен. Так он себя представлял официально, с лицевой стороны. А с изнанки проступали все формы извращений и тяги к саморазрушению.