Измена. Простить или отомстить (СИ)

Дверь я захлопнул, и шум воды стих.
— Идём на кухню, родной.
— Погоди, я вещи разберу.
— Я сама, — припадочно хохотнула Вероника. — Ты устал, голоден, иди.
— Что-то прячешь? Да погоди, не лапай меня. Я в спальню, вещи разберу, многое на стирку нужно. И подарочек захвачу, у меня для тебя сюрприз.
Шаги. В спальню.
Ну нет! Он сюда идёт, топая как Халк. Вещи разбирать? Это, получается, он в шкаф заглянет? А я тут сижу как раз.
Тихо, как мышка, попытался спрятаться за бабским платьем, но вешалка противно скрипнула.
— Хмм…
— Славочка!
— Отойди!
— Слава, хороший мой, не нужно!
— Ника, отойди, не доводи до греха, — рыкнул этот Славочка, и распахнул шкаф.
Надо мной возвышается… ну и рожа! Это, блин, Аквамен какой-то: волосатый, громадный и злющий вдобавок ко всему. Я и сам отнюдь не задохлик, и могу подраться, но мне нужно руки беречь.
Ну, Ника, удружила!
— Мужик, ты всё не так понял, — начал я и он выдернул меня из шкафа, схватив за плечо и здорово его вывихнув. — Я просто знакомый Ники.
— Да я вижу что ты не незнакомец, — рыкнул он. — А еще ты будущий труп!
— Эй, я просто зашел чтобы проконсультировать твою жену. Хирург я. Пластику обсуждали. Ауч, — попытался я отскочить от удара, но по щеке он мне съездил. — Стопэ, я ментов вызову… эй…
Плечо прострелила боль от врезавшегося кулака. Та же участь постигла скулу и нос, из которого потекла кровавая юшка. Лицо горит от ударов. Пытаюсь дать сдачи, Ника причитает что-то раздражающее и глупое. Нет бы всё отрицать, а она блеет «прости, Славочка, прости»…
Дура! Раз уж вышла замуж за гамадрила, так и нефиг гулять от него!
— Щас, — удар по ребрам. — Ты, — меня впечатали в шкаф, выбивая воздух. — Сдохнешь! Давно спите?
— Да не трахаемся мы!
— Тебя из окна сбросить? — рявкнул Халк-Славочка, зарядив мне еще один мощный хук, от которого я съехал на пол. — Ника!
— Слав, прости, родной. Не бей его больше! Это я всё!
Дура, ну какая же дура! Нужно всё отрицать. Даже когда всё очевидно, можно отбрехаться, а она… овца, блин!
— Давно мою жену пялишь? — и на меня посыпался град ударов.
Ника повисла на своём громиле, а я попятился на выход, заляпывая подранную одежду кровью.
— Славочка, стой, хватит, пожалуйста! Я всё тебе объясню, не бей его! Смотри, в каком Дава состоянии, он еле идет…
— Дава?! — заорал мужик. — И давно ты мне рога наставляешь? Эй, Дава, тебе конец!
Я нашел в себе неведомые силы, и ураганом вымелся из квартиры. Как спустился вниз не помню, обнаружил себя уже в машине.
Из носа юшка вытекает, скулы начало разбарабанивать. Всё болит, одежда превратилась в рванину.
— Ника, дрянь, — прорычал, и выехал с парковки дома, к которому больше не вернусь ни за что. — Любит она меня, жить не может, угу!
Злость распирает. И, черт возьми, обидно мне всё это! Мне пела о чувствах, лгала, получается!
И из-за бабского вранья я дней десять буду разукрашенным ходить. Чтобы я еще хоть раз связался с замужней бабой?! Нет, теперь буду пробивать их!
Блин, — хлопнул по рулю, вспомнив что теперь я верный муж навсегда. Теперь уж точно только Лиля, больше никаких Вероник!
Телефон вибрирует. Достал его на светофоре и выругался.
«Ну и где ты ходишь? Я как дура жду тебя в ресторане, все про тебя спрашивают. Только попробуй не прийти!»—прочитал сообщение от Лили.
Точно. Юбилей ресторана Дэна и Сони. И Лилька там одна.
ЛИЛЯ
«Дава побит. По рукам Славик его не лупил, силу контролировал, но отхватил Давид неслабо. Ох и вид у него был, когда я сказала что замужем))))»—прочитала я сообщение от Вероники, и в свою очередь накатала Даве гневный месседж.
Пусть на себе прочувствует, как чувствует себя обманутый человек. И узнает, что бывает, когда так неразборчив в связях.
Написала Давиду еще одно сообщение, а затем еще одно, показывая что мои нервы из-за ожидания на пределе.
— Лиля, великолепно выглядишь. А Давид где? Оперирует? — подошёл ко мне Данил.
 
— Нет, скоро будет.
Меня расцеловала его жена, похвалила платье. А я стояла с ними и думала: знает ли Даня про измены Давида? Денис точно в курсе, а Данил… да тоже, наверное.
А их жены?
А наши родители?
И как долго я ходила с ветвистыми рогами?
— Простите, — отошла я от них.
Хотела у стеночки постоять, но увидела Соню, жену Дениса. Она одна, выглядит потерянной. Может, она тоже в курсе гулянок Давида, но я не могу к ней не подойти.
— Сонь, привет. Прости что сразу не подошла и не поздравила с юбилеем ресторана. А Денис где? — спросила, поцеловав подругу в щеку.
— Денис?
— Сюрприз, наверное, готовит. У вас же в пятницу праздник?
— Да, даже двойной, — изогнула Соня губы в грустной улыбке. — Юбилей ресторана сегодня, а в пятницу... Ах, нет, у Дениса свой праздник, а на наш с ним он плюнул. Ладно, прости, — махнула она рукой. — Спасибо за поздравление, Лиль.
— У тебя что-то случилось?
Соня затравленно посмотрела на меня. Никогда я её не видела в подобном состоянии. Она всегда была в гармонии с самой собой и с остальными. Видимо, семейные проблемы, или еще что-то…
Соня сжала мою ладонь, и вдруг ахнула.
— Давид пришел. Ты посмотри на него! — кивнула она мне за спину.
Глава 32
Мамочки.
Я предупреждена и была готова, но как же он до ресторана доехал?
На месте Давида я бы плюнула на все договоренности и рванула ссадины обрабатывать, а он…
Все уставились на моего мужа. Он, будто по красной дорожке идет, окруженный вспышками и журналистами, улыбаясь разбитыми губами, приблизился ко мне.
— Привет, милая. Извини, что задержался. Сама видишь.
— Что случилось?
— Упал.
— Упал? — поразилась. — На чьи-то кулаки?
— Это всё неважно, Лиля, — Давид глянул по сторонам. Неловко поправил драный пиджак. — Главное — я пообещал. И я здесь.
— Что-нибудь выпьешь? — изогнула бровь.
— Пожалуй. Умоюсь только, ладно?
Проводила мужа рассеянным взглядом. На красноречивые лица знакомых только головой покачала.
Невероятно.
В любой другой день я бы перепугалась и потащила мужа в больницу, охала бы над ним, жалела.
А сейчас внутри какие-то смешанные чувства. От мстительного удовлетворения до желания забрать Давида домой.
Мы только начали.
Не время давать слабину.
Наткнулась на высокую мужскую фигуру, шагнувшую в зал, и невольно улыбнулась. Двинулась навстречу.
Макс в простой черной футболке и брюках, таким я его видела сегодня утром. Похоже, сразу с работы сюда.
Подмышкой он держит большой букет роз.
— Всё-таки приехал? — приблизилась и потрогала его татуированную руку. — Ну как тебе?
— Праздник, как праздник, — усмехнулся он и окинул взглядом зал. — А где хозяйка?
— Соня… — тоже оглянулась. — Не знаю. Уехала, кажется.
— Тогда это тебе, — Макс вручил мне букет. — Самой красивой скрипачке из всех, кого я знаю.
— Много скрипачек знаешь? — хихикнула и прижала к груди цветы.
— Я тоже слушаю музыку, Казанцева, — он усмехнулся. — Куда присядем?
— Пойдем, — повела его к столику.
Нарядная официантка принесла меню. Раскраснелась от комплиментов Макса, пока заказ записывала.
Он лениво откинулся на стуле и в упор посмотрел на меня.
— Ну?
— Что? — смутилась.
— Как с Давидом? — спросил он. И глянул поверх моей головы. В темных глазах мелькнуло удивление. — Да ладно.
Обернулась.
Муж вернулся в зал. Но умывание не помогло, его спасет только живая вода. Скулы распухли, нос тоже, Давид снял рваный пиджак, но и рубашка пострадала. Воротничок оторван и пара пуговиц.
— Кто его так?
— Один справедливый человек, — ответила, не сводя глаз с мужа. К нему подошел Даня, шутливо пихнул в бок.