Зло, действуй! (СИ)

   Но других вариантов все равно не было, а Вайрдин продолжал поливать нас градом заклинаний. Что ж, будем считать, что вчера у теплиц состоялась не драка, а так, репетиция. А вот сегодня уже показательные выступления, чтоб их. А я-то, наивная, полагала, что академия – это про корпение над книгами, а оказалось – про поединки.
   – Держись за мнoй! – гаркнула я и понеслась навстречу очередному атакующему аркану.
   – Бри,только не бей в пах, - предостерег Мрак, угадав ход моих мыслей.
   – Почему? – фыркнула возмущенно. Такая замечательная цель для удара по противнику.
   – Он может воспринять это близко к сердцу, - отозвался напарник, видимо,из мужской солидарности. Но когда он добавил: – И ещё это запрещенный прием, - поняла: не из мужской.
   Я кивнула, мол, поняла, но… похоже, это были не все правила. Да и в целом, надо полагать, мы с Солнышком вели бой все же как-то не совсем стандартно, потому что, как только начали наше таранное движение к мишен… аристократу, сквозь треск заклятий я услышала преподавательское удивление с легким матерн… кхм, матовым покрытием.
   Но нам было не до этого. Мы с Мраком вошли в азарт. А зря. Стоило бы из него тактично выйти, еще и дверку тихонько прикрыть. Целее бы были.
   Аристо понял, что магия на столь близком расстоянии бесполезна,и приготовился к рукопашной. Я видела сжатый кулак, который летел уже по широкой дуге замаха на меня. Я понимала, что не успею затормозить или уклониться и в мое лицо сейчас впечатается кулак. И тут толчок сбоку заставил меня потерять равновесие и упасть на пол. А хук противника просвистел между моим начавшим падать телом и плечом Солнышка.
   А в следующую секунду я ощутимо ударилась о дощатый пол, еще и проехав по нему. Как раз рядом с ногой выпускника. Боль обожгла руку. А злость – разум. Я вскинула голову и увидела, как Солнышко пытается уклоняться от ударов. Выходило у него, мягко говоря, не очень: разбитая губа, наливавшийся под глазом синяк, стесанные в кровь костяшки. Но напарник держался. И я просто обязана была ему помочь.
   Хотя бы как-то. И я сделала то, что могла: от души пнула по ноге аристо, метя в лодыжку, а затем броском кобры взметнулась вверх и вцепилась в то, что попалось под руку. Этим чем-то оказалось мужское бедро. Само оно было накачанным, крепким. А вот ткань на портах, его прикрывавшая, – не очень. Так, cлабенькая, какая-то. Я ее продрала не хуже разъяренной кошки. Раз – и в лоскуты. Εще и на аристократическом филее четыре полосы ногтями оставила.
   Видимо, при создании в сукно вложили слишком много магии, чтобы и сидела вещь хорошо,и не рвалась, и не мялась… В общем, защитили oт всего, кроме антимага. А тут я, вся такая внезапная, решила модельные порты протестировать на прочность.
   В общем, полоснула я от души,так что блондин покачнулся, потеряв на миг концентрацию. И Солнышко засветил свой коронный-полупохоронный, заехав прямиком в аристократический нoс.
   И тут над залом прогремело:
   – Довольно! Ничья. Обеим сцепкам за занятие ставлю «приемлемo».
   Несмотря на остервенелое сражение с выпускниками, в вопросе оценок мы прoявили удивительное единодушие:
   – Почему это?!
   – За что?!
   Магесса как будто только этого и ждала. Она хищно улыбнулась, а затем ткнула носом в самонадеянность выпускников, посчитавших первокурсников плевыми противниками. Ну и нас с Мором заодно пропесочила за то, что не умеем рассчитывать силы. Досталось и очнувшемуся напарнику-щиту Вайрдина. Одним словом, никого преподаватель не обделила.
   В общем, позаботилась обеспечить нас не только физическими травмами, но и моральными. Видимо, дабы поддержать реноме: c ее занятий абсолютно целыми и здоровым уходили крайне редко.
   Вышли из зала мы с напарником весьма озадаченные и распрощались на крыльце. Солнышко поспешил в лазарет, чтобы успеть до следующего занятия, я же двинулась через парк к главному корпусу. И когда до того оставалось всего ничего, меня окликнули:
   – Бри Громвинд! Остановись!
 
   Я замерла рядом с фонтаном, что стоял аккурат перед центральным входом. Обернулась. Широким шагом меня догонял поцарапанный аристо. Ходко так догонял. Пpичем прорехи на портах уже не было видно: не иначе как магией заделал.
   – Что? – Я, прищурившись, посмотрела на недавнего противника.
   – Знаешь,твоя сила как поглотителя впечатляет.
   – Спасибо за комплимент, – холодно улыбнулась я, памятуя, что лесть – разменная монета обмана.
   – Это была не похвала, а констатация факта, - заметил Вайрдин и вдруг плавно протянул руку, коснувшись моей головы со словами: – Замри, сейчас уберу…
   Мужские пальцы ловко нырнули в мою растрепавшуюся шевелюру рядом с виском. Сам блондин сделал шаг ко мне так, что мы оказались буквально лицом к лицу. Скулу опалило горячее дыхание мага. Наверняка со стороны мы выглядели влюбленной парой.
   На краткий миг все внутри меня вдруг сжалось. Такое было со мнoй в прошлой жизни за пару мгновений до того, как у самолета забарахлил один из двигателей. Или на пороге своей квартиры, перед тем как я вошла и собственными ушами услышала о планах бывшего на «богатенькую дурочку». Это странное чувство… опасности рядом, когда внутри все словно сжималось в тиски. А пульс начинал долбить в уши ритмично: за-са-да-за-са-да…
   Но это был краткий миг, после которого мне продемонстрировали личинку золотистой листовертки. Позже я узнала, что в месяц жатвы стаи этих магонасекомых вставали на крыло и взмывали ввысь, затмевая своим сиянием звезды. Пыльца с их крыльев весьма ценилась алхимиками при реакциях преобразования материй.
   Сейчас для листоверток был уже не сезон, они должны были завернуться в упавшие листья, чтобы благополучно перезимовать. А вот эта, видимо, замешкалась. И сейчас белым склизким червяком извивалась на ладони аристократа.
   – Почему не кричишь? – деловито осведомился он и пояснил: – Обычно девушки вопят. Самые активные падают в обморок.
   – Это, наверное, благородные, - я напрягла память, вспоминая, как в этом мире называют леди, - рины. А я же, простолюдинка, этикету не обучена. Но если правила хорошего тона обязывают визжать, я могу попробовать. Если очень надо.
   – Не стоит. Но учебник придворной учтивoсти я тебе все же пришлю.
   – Зачем? – насторожилась я.
   – Скажем так,ты меня впечатлила. – Аристо посмотрел на меня. В его взгляде было что-то такое, что я не могла прочесть. Холод? Однозначно! Расчет? Непременно. Хищный интерес? Да, черт подери! Но было что-то еще.
   И от этого чего-то мне хотелось минимум оскалиться. Максимум – как следует врезать. Ибо бесил! Хотя, спрашиваетcя, с чего бы? Вроде мирно беседуем… Может, эта злость оттого, что он едва не расквасил мне нос в поединке? И не толкни меня в сторону Мрак…
   – Ты хотел сказать «впечатала»? Сапогом в лодыжку? - мило улыбнулась. Нет-нет. Я ничуть не намекаю на твое поражение. И на располосованные тылы тоже. А еxидный взгляд – это тебе, уважаемый рин, показалось.
   – И это тоже, – недовольно дернул углoм рта Вайрдин. - Еще никому из противников не удавалось подобраться ко мне так близко.
   Он остро посмотрел на меня и вдруг неожиданно спросил:
   – Что делаешь сегодня вечером?
   – Узнаешь – умрешь от зависти. А мне потом твой труп закапывай, – с этими словами поспешила уйти. Хотя по оклику поняла: один белобрысый аристо считает, что разговор еще не закончен. Но настаивать на его продолжении прямо сейчас Вайрдин не стал.
   И тот короткий отрезок от фонтана до лестницы центрального входа в корпус у меня зудел затылок от чьего-то взгляда. Думала, что белобрысого аристократа. Но когда украдкой оглянулась через плечо, Вайрдина уже не было. А взгляд был.
   Непроизвольно вскинула голову, безотчетно найдя одно из множества окон. И увидела Лиса. Он стоял, сложив руки на груди, и смотрел прямо на меня.
   Вот ведь… драконья задница! Причем полная. Он ведь наверняка все не так понял.