Бес сознания 2 (СИ)

Я кошусь на Эллу. Значит, поймала Скунса и заставила рассказать о лаборатории. Вот это дела! Я даже загордился Эллой. Надо же — одним махом столько проблем подкинула светлякам. Вот это я понимаю: отомстила так отомстила.
В Краснодар мы приезжаем к утру. В квартире остался только Мишка, Семен и мать Вовы. Мы их не будим. Элла отправляется досыпать, а я есть. Нужно набирать массу.
За день холодильник заметно опустел, что неудивительно, учитывая количество жильцов. По крайней мере, очень надеюсь, что это не Семён все схомячил, оставшись без контроля.
Перекусив котлетами с остатками оливье, отправляюсь на боковую. Предварительно отношу в спальню Семена сейф и компьютер, ясно давая понять, чтобы приступал к делу, как только проснется.
Просыпаюсь я ближе к обеду. Даже удивляюсь тому, что вырубился так надолго. Мое тело ведь и так почти все время в отключке. Зачем ему столько спать?
Со стороны кухни доносится аппетитный запах сырников, слышатся женские голоса. На кухне нахожу Мишку и Алису, улепетывающего за обе щеки сырники со сметаной. Значит, Вова с Алисой уже успели вернуться. А потом выясняю, что не только Вова: у плиты замечаю Саньку и Варвару Никитичну, которые и напекли этих сырников. Еще здесь Элла — моет посуду и демонстративно не замечает меня. А вот Семена и Вовы не видно.
— Доброе утро, Леня, — весело здоровается Саня. — Садись завтракать.
— Доброе, — отвечаю и попутно хватаю горячий сырник. — А остальные где?
— С утра заперлись в маленькой спальне, — вздыхает Варвара Никитична. — Даже не завтракали. Что-то там чинят. Прибор какой-то.
Киваю и отправляюсь к мужикам. Но по дороге меня догоняет Санек.
— Что там у вас вчера случилось в Ростове? — шепотом спрашивает Саня. — Это правда, что вы со Стриж убили Банши?
Я только утвердительно киваю, а затем тоже задаю вопрос:
— А ты чего вернулась?
— Как это чего? — сердито упирает руки в боки Санек. — Сам говорил, что мы команда, что мы в одной лодке, должны держаться вместе. Не? Да и вообще, я мать отвезла, убедилась, что она в безопасности, а затем с Палычем вернулась в Краснодар. Ты меня вчера вообще, что ли, не проверял?
— А должен? — чешу в затылке.
— Нет, — бурчит Саня. — Но вообще, если честно, я вернулась, чтобы подгонять вас, потому что надо скорее занять Башню. У меня, вообще-то, учеба. Да и мама весь мозг выела, когда узнала, что я в разборки бандитские влипла. Я просто не могла там оставаться. Она бы свела меня с ума.
— Так, понятно, — киваю я. — Может это даже к лучшему, что ты здесь.
— Разумеется к лучшему! Как вы без меня? — вполне серьезно восклицает она и стучит в дверь, где по идее сидят ребята:
— Эй, тут Лёня проснулся, открывайте! — командует Саня.
Отпирает мне дверь какой-то уж слишком возбужденный Вовчик. Захожу в комнату, Санька за мной не идет, а уходит на кухню. Первое, что вижу крайне серьезного Семена за компьютером, перед ним лежит тот самый обнулитель с экраном которого он все время сверяется.
— Ну как у вас успехи? — спрашиваю я.
— Все получается, — шепотом отвечает Вова, по всей видимости, чтобы не отвлекать Сему. — Протестировали на моем пэку. Рейтинга мне немного подняли. А еще фамилию меняли на Иванова, а потом обратно. Умко не заметил. Не думал, что наш Семен такой умник.
— Еще какой! — усмехаюсь я и обращаюсь уже к Семену: — Может, ты все-таки подробнее расскажешь? На что мы можем рассчитывать?
— Да, — деловито кивает Сема и поворачивается ко мне: — Нужно придумать вам биографию, дату и место рождения. Тебя смогу протащить через систему Монгольской республики. У них Умко не так давно, в системе много дыр. Да и многие предприятия еще в бумажном веке. То есть, место рождение, школа, работа — все будет монгольское. Ну а дальше начну вас перемещать: республика Киргизия, затем Беларусь, а после уже Кубанская республика.
— Мы с Мишаней разве похожи на монголов? — ухмыляюсь я.
— Ну, не очень, но и в Монгольской республике полно славян и скандинавов. Так что ничего удивительного.
 
— Что еще? — спрашивает Семен самого себя и бросает взгляд на монитор. — Так. Вы будете беспартийными, якобы из-за частых переездов. Через партию вас проще пробить. Ну а еще, по всей видимости, вы с Михаилом будете родственниками. Миша несовершеннолетний и соответственно не может быть самостоятельным.
— Хорошо, пусть он будет моим сыном, — соглашаюсь я.
Вова и Семен одновременно в непонимании улыбаются.
— Ты не смахиваешь на отца Михи, — качает головой Вова. — Во сколько ты его родил? В десять лет?
— Да, Вова прав, — соглашается Семен. — Максимум на старшего брата тянешь. Я тебе сделаю возраст в районе двадцати двух лет, Мише оставлю его настоящий. А ваши родители якобы погибли в катастрофе. Подходящих погибших без проблем найду в Монголии. А еще на тебя оформлю полную опеку.
— Ладно, пусть так будет, — киваю я. — Что еще?
— Еще статус и рейтинг. Сразу говорю, что пока ставлю вам сервус. До опера лучше медленно и постепенно вести. Ну а когда зарегистрируешь сверхспособности, это уже и не понадобиться. Нужно провести Мишу по школам, оценки выставить, рейтинг по общественной деятельности прогнать. Ну а тебе еще специальность придумать. Пожелания есть?
— Специальность, — задумчиво тяну я и с ностальгией вздыхаю: — Раньше я работал в офисе, а до того и вовсе был профессиональным спортсменом. Но это мне больше не светит, как я понимаю. Так что мне без разницы. Делай, что захочешь.
— Слесарь подойдет?
Не отвечаю, а отмахиваюсь и киваю, потом говорю:
— Ты уж побыстрее заканчивай, да мы поедем с Мишаней и Башню займем.
Семен ответить мне успевает, в разговор вклинивает Вовчик:
— Чащовского сегодня после трех перевозят в СИЗО, мне с утра написал Бессонов. Это будет наш единственный шанс убить его. Потому что уже в СИЗО мы его до суда не достанем. Но зато он вполне себе сможет даже оттуда достать меня.
— Значит, сегодня, — вздыхаю я. — Но, может быть, все-таки успеем с Мишаней занять Башню?
— Не-е-е, — тянет Семен, не отрывая взгляда от голографического монитора. — Тут работы еще непочатый край. Нужно зачистить все следы, рейтинги провести, обучение, оценки... А тебе вообще всю жизнь с рождения создавать. И это все вручную! Это мне возиться два, а то и три дня -не меньше.
— Э-э-э, нет, это слишком долго, — возмущаюсь я. — Быстрее нельзя?
Семен окидывает меня каким-то грустным взглядом, вздыхает:
— Можно, но это мне придется сидеть весь день и всю ночь.
Натягиваю неодобрительную улыбку:
— А у тебя разве какие-то еще дела на сегодня имеются?
Семен снова вздыхает и, понурив голову, бурчит:
— Нет.
— Давай, Сема, — подхожу и подбадривающе хлопаю его по плечу. — Мы в тебя верим! Дерзай!
Затем поворачиваюсь к Вовану.
— Когда точно Чащовского перевозят и откуда?
— Точного времени не знаю, только место. Придется следить. Я собираюсь выезжать прямо сейчас.
— Ну уж нет. Ты не поедешь, — возражаю я. — А если там будут люди Чащовского? Да и твой браслет. Ты забыл? Когда Чащовский сгорит, несложно будет сопоставить твое нахождение рядом с местом преступления. Нет, ты однозначно остаешься.
— Но я должен увидеть, как он умрет! — зло возражает Вова.
— Не должен, — спокойно отбриваю я. — Достаточно самого факта. Ты не будешь подставляться и точка.
— И что? Поедешь сам? — в недоумении спрашивает Вова. — У тебя пэку пока что нет. А если патруль остановит?
Задумываюсь. Я ведь и вправду уже потратил все остолбенение и, если остановят, могут быть проблемы.
— Я поеду с тобой! — заявляет невесть как подкравшаяся сзади Саня.
— И чем мне твое присутствие поможет? — усмехаюсь я. — Да и светляки могут снова объявиться.
— Но мне тоже нужно как-то открыть свою сверхспособность. И насколько я поняла, открываются они исключительно в стрессовых ситуациях. Когда напал Палач, не вышло. Может быть, в этот раз получится?