Бес сознания 2 (СИ)

Какое-то время мы молчим, затем Элла поворачивается ко мне:
— Ну, я тебе все рассказала. Теперь и ты поведай: как так вышло, что у лутума оказались такие сверхспособности? Я бы послушала твою историю.
Я молчу, пытаюсь мысленно соорудить какую-нибудь правдоподобную историю. Но додумать не успеваю, впереди стоит патруль ДПС и парень гаишник машет нам полосатой палкой, указывая на обочину.
— Черт! У меня пэку нет, — говорю я, быстро пытаясь придумать, что делать.
Элла сбавляет скорость, начинает прижиматься к обочине и косится на меня:
— Попробуем выкрутиться, — говорит она, — только не вздумай использовать сверхспособности.
Я не отвечаю. Ага, не вздумай! В рейтинговый лагерь я совсем не собираюсь. И если все выйдет из-под контроля, у меня не останется выбора.
 Глава 20 
Автоинспектор поправляет фуражку, достает документы и демонстрирует нам корочку в окно. Элла опускает стекло и натягивает на лицо вежливую улыбку:
— Мы что-то нарушили? — спрашивает она.
— Нет, обычная рядовая проверка. Покажите ваш пэку, — и бросив на меня подозрительный взгляд, добавляет: — И пэку вашего пассажира.
— У моего пассажира нет пэку, — спокойно объясняет Элла, протягивая на сканирование гайцу свою руку. — Я везу эго в центр Возрождения партии Прогресса.
Гайец хмуриться и сканирует ее пэку, и вдруг резко меняется в лице.
— Элла Стриж! — радостно восклицает он. — Я вас без серхкостюма и не узнал.
— В повседневной жизни неудобно носить геройский костюм. Скажу по секрету, в нем как в бане — жутко жарко.
Гаец с пониманием усмехается, внезапно отдает Элле честь и говорит:
— Проезжайте, Элла, не смею вас задерживать! — и уже смущенно добавляет: — А автограф можно?
Элла снисходительно кивает и быстро расписывается у него в блокноте.
Я облегчённо выдыхаю, когда она отъезжает от поста.
— Ну вот, — довольная собою говорит Элла, — и закон нарушать не пришлось. Что бы ты без меня делал? — она усмехается и игриво подмигивает мне.
Ну вот, опять флиртует.
Чтобы избежать от нее неудобных вопросов, которыми она наверняка меня закидает, я начинаю громко зевать и ссылаться на усталость, а после притворяюсь спящим.
Спать я, конечно, не собираюсь, но нужно проверить ребят.
Быстро пробегаюсь по подопечным. У всех все в порядке. Вовчик общается с мамой на кухне, Мишаня с дочерью Эллы рубится в какую-то видеоигру в гостиной, Семен спит.
Санька с матерью уже прибыли в квартиру Палыча и обустраиваются. Судя по тому, что они с матерью за пять минут наблюдений не проронили ни слова, неприятный разговор у них уже состоялся. Самого Палыча нигде не видать, видимо, он уже уехал.
Нужно будет с ним завтра обязательно встретиться и побеседовать, прежде чем идти на разговор с Елецким. И будет неплохо, если у нас с Мишаней к этому времени уже будут пэку, и мы сможем занять Башню.
До зубного скрежета надоели эти светляки. Быстрее бы уже начался этап Атаки. Я даже готов помогать Палычу, чтобы помешать им обрести Иммуна, ну или как там у светляков они называются.
После я возвращаюсь в свое тело, но продолжаю прикидываться спящим весь путь. Сам того не замечаю, как начинает клонить в сон, и в итоге я выключаюсь.
— Просыпайся, мы уже в Ростове! — толкает меня Элла в плечо, и я открываю глаза.
— Ну ты и соня, — с укором говорит Элла. — У тебя в роду, наверное, были ленивцы?
— Нет, — усмехаюсь я. — Просто организм еще от наркоты не восстановился. Кстати, а не расскажешь, зачем вы травите лутумов этой дрянью?
Элла хмурит брови и строго отвечает:
— То, что я больше не являюсь членом партии Прогресса, не дает мне право разглашать их секреты. Я подписала контракт и не могу разглашать эту информацию.
— Да ладно тебе, — усмехаюсь я, — расскажи, я никому не скажу.
— Ну что за детский сад, Леонид? — закатывает Элла глаза и неодобрительно качает головой, затем смотрит на монитор навигатора и добавляет: — Скоро будем на месте.
Мы действительно подъезжаем к дому Семена через десять минут. К тому времени на улице уже окончательно темнеет, что нам только на руку. Значит, никто не заметит полетов Эллы над домом.
 
Во внутренний двор не заезжаем, паркуемся неподалеку. Тонированных минивэнов светляков вроде бы не видно.
Отдаю Элле ключи от квартиры Семена, детально объясняю, как попасть в потайную комнату, рассказываю, что в квартире могут быть скрытые камеры. Она натягивает на голову капюшон ветровки и затягивает шнурки так, что остаются видны только глаза. Элла забирает ключи и выходит из машины. Слегка подпрыгнув уносится вверх.
Ждать мне ее приходится довольно долго. Я уже начинаю переживать, что у нее что-то случилось, и что в квартире могла быть засада. Вот только Элла светлякам не нужна ведь. Хотя они могут взять ее в заложники и пытать, чтобы выведывать место нашего нахождения.
В тот самый миг, когда я уже всерьез начинаю думать, чтобы отправиться за ней и даже выхожу из машины, она резко приземляется прямо передо мной.
— Готово, — слегка запыхавшись, говорит она, указывая мне взглядом на машину и намекая, чтобы я открыл багажник.
Компьютер и сейф ей держать явно тяжело.
Открываю багажник и быстро забираю у Эллы ее ношу.
— Отлично, молодец, — говорю я, — теперь можно и обратно.
— О-о-о, нет, — категорично тянет Элла. — Я ночью никуда не поеду. И вообще, я бы выпила, сегодня был тяжелый день.
— А ты не боишься оставлять Алису так надолго с едва знакомыми людьми? — с укором спрашиваю я.
Элла корчит кислую мину:
— Не тебе учить меня, как воспитывать детей, — огрызается она, но затем, словно бы оправдываясь, добавляет: — Алиса привыкла, что я надолго отлучаюсь. Я сейчас ей позвоню и узнаю, как там она. Но ты прав, лучше поедем обратно. Только, чур ты за рулем! — она тычет в меня пальцем. — А выпьем уже когда вернемся в Краснодар.
Я не возражаю, хотя у меня нет ни прав, ни пэку. Думаю, она и сама должна это осознавать.
Я завожу и трогаюсь с места, а Элла звонит дочери и какое-то время с ней говорит. Но под конец разговора ее голос становится настороженным, а затем и вовсе напуганным.
— Сейчас, нужно перезвонить Семену, кажется, он что-то нашел, — торопливо говорит Элла, и сразу же набирает его.
Включает видеозвонок, и я тоже слышу их разговор.
— Тебе нужно избавиться от пэку, — без всяких вступлений, говорит Семен. — Я, как и попросил Леня, искал информацию по Банши. Так вот, сегодня буквально пару часов назад на семью сотрудника Республиканской службы безопасности напали. Его жена со взорванной головой. Сын и он сам пропали без вести. По официальным данным, он главный подозреваемый в убийстве жены. Но я думаю, что это Банши. Думаю, она его похитила, чтобы получить доступ к данным Умко. Она хочет получать данные твоего пэку. И если я не ошибся, учитывая, сколько времени прошло, скорее всего у нее уже эти данные есть.
Я быстро осматриваю машины, следующие за нами. Ни одна из них у меня не вызывала подозрений, так как я и так следил за всеми машинами: что по пути сюда, что и теперь. А сейчас мы вообще выехали на главную трассу, и тут одностороннее движение — все едут в одном направлении. Никто не пытается нас догонять или обгонять, все едут спокойно, а впереди и вовсе грузовичок — еле тащиться, а мы всей колонной тянемся следом.
— Алиса, — плохо слушающимся голосом произносит Элла. — Вы должны срочно убираться из квартиры.
— Мы уже все решаем, — отвечает Семен. — Вова сейчас увозит Алису к Саше за город, пэку Алисы мы спрячем, у нас есть глушилка. Но мы думаем, что, если бы она искала твою дочь, уже давно бы бала здесь. Она явно отправилась за тобой, ты должна выкинуть свое пэку и как можно скорее.
— Я поняла, — торопливо отвечает Элла. — Скажи адрес, куда повезут Алису, мы тоже поедем туда.
Семен только было начинает отвечать, как грузовик перед нами вдруг резко во что-то врезается. Я успеваю затормозить, но в зад нам прилетает новенький москвич, а в того врезается в свою очередь Нива.