Бес сознания 2 (СИ)

В помещении стоит запах гари. Но он тут же сменяется ядовитой вонью Скунса. Я только и успеваю краем глаза заметить, как он в ужасе улепетывает прочь, оставляя за собой зеленоватый след газа.
Поднимаю глаза, взглянуть на труп Дарьи Банши. Трезубец работал на всю мощь, и после такого пламени никто не мог выжить, поэтому ожидаю увидеть там только горстку пепла.
Но Банши не превратилась в пепел и даже не стала обуглившейся головешкой. На ней сгорела одежда, ее косматые волосы исчезли и теперь лысая голова Дарьи покрыта копотью, как и все остальное тело. Но на самой Дарье ни единого ожога.
Да что же за чудовище эта Банши?! Ее же вообще ничего не берет.
Она начинает подниматься на ноги. Ее лицо перекашивается от прескверной безумной улыбки.
— Тупицы! Партия Света вколола в меня столько своей экспериментальной гадости, что меня теперь ничего берет, — сипло и победоносно говорит Банши, не сводя с меня глаз.
И как это она догадалась, что поджарить ее пытались именно мы?
— Не хотела тебя убивать, жирдяй, — вздыхает она, — но теперь видимо придется. Такие назойливые мухи, как ты, вечно все портят.
Она напрягается всем телом, набирая в грудь побольше воздуха. Я активирую остолбенение. Все в тот же миг застывают.
Надо было сразу использовать эту способность, как только Семен взрывной волной вышиб окна. Но хорошая мысля, как говорится...
Я поднимаю Семена на ноги и несусь на Банши. С разбегу толкаю ее, и она вылетает в окно.
Если уж и это не сработает, тогда пусть с ней разбираются светляки и прогрессовцы. А я пас, мне и без того проблем хватает.
Я стою и смотрю на ночной город. Внизу слышится вой приближающихся сирен. Пытаюсь разглядеть тело Банши внизу, но слишком темно и высоко, чтобы что-либо разглядеть. Снизу слышится рокот, прямо напротив нас зависают черные небольшие дроны. Они влетают внутрь помещения, заставив меня оборачиваться. Дроны целятся маленькими камерами, как любопытные насекомые, осматривая все вокруг.
Проходит несколько секунд, и все отмирают: начинают копошиться, стонать, молить о помощи.
— Все в порядке! — парень сверх машет дронам рукой. —Они сбежали, я их сейчас догоню.
И он тут же на сверхскорости срывается с места, взметая по пути мелкий мусор и осколки.
Здесь только и остается, как молчаливо сматериться. Ну мать вашу. Сверхскорость? А раньше нельзя было ее использовать? Вышвырнуть, например, Банши в окно? Или поимка преступников лишь предлог, а сам он попросту свалил отсюда подальше?
Нет, совсем мелкие и никчемные герои в этой партии Прогресса. Их тут была целая куча и никто толком не смог справиться с сумасшедшей крикуньей и вонючкой. Тоже мне сверхлюди. Та же Элла тоже свалила, хотя могла взять эту Банши и вышвырнуть в окно. Видимо, герои они только на камеру.
— Давай-ка, Семён, свалим отсюда под шумок, — говорю я. — А то сейчас набегут прогрессовцы, начнут допытываться про пиромантию. А тут еще и эта Банши рассказала, что мы ее выпустили. Вряд ли Стриж, когда узнает, спасибо тебе скажет.
— Да, пожалуй, ты прав, — спешит согласиться Семен.
Затем он резко разворачивается и шагает прочь.
Мы выходим в коридор, мимо проносится толпа охранников.
— Вы не ранены? — спрашивает кто-то из них у нас.
В ответ Семен только отрицательно качает головой.
— Нужно, чтобы вас осмотрел врач. Никуда не уходите, — и сказав это, охранник уносится дальше по коридору к месту происшествия.
Мы с Семеном долго ждем лифта, наконец створки разъезжаются и оттуда вылетает Инга и еще несколько человек медиков.
— Семен! Вы как? У вас кровь! — восклицает Инга, обеспокоенно осматривая его.
— Да все со мной в порядке! — пытается отмахнуться Сема от подлетевшего к нему медика.
— Я все равно должен вас осмотреть, — настойчиво произносит медик.
Семен, кажется, поддается, но меня такое не устраивает, я его уже исцелил, незачем тратить время на осмотр. Забираю контроль.
— Я сказал, со мной все в порядке. Окажите помощь другим. Там некоторые оглохли и сознание потеряли. А у кого-то и вовсе голова взорвалась! — сердито отвечаю я, всем своим видом давая понять, чтобы от меня отвалили.
 
Медик даже слегка отшатывается, когда я все это вываливаю на него. А я, не дожидаясь дальнейшей реакции, захожу в лифт.
К счастью, нас больше никто не трогает, и мы спокойно доезжаем в лифте до первого этажа.
— И куда мне ехать теперь? — спрашивает Семен. — А если партия Света снова нападет?
— Сомневаюсь, что они тебя тут караулят сутками напролет. А поедешь ты в квартиру, где сейчас остальные. И завтра утром мы все вместе, как и планировали, поедем в партию Жизни и вступим в нее.
— А где эта квартира находится?
— А, ну да, точно! Погоди минутку, сейчас быстро сгоняю и узнаю адрес.
И только я собираюсь уйти, как Сема меня останавливает:
— Нет, не бросай меня! — категорично восклицает он. — Там же еще этот — вонючка. А еще охрана. Не уверен, что меня просто так выпустят.
— В смысле — не выпустят?! Ты что? В заложниках у них?
— Ну-у-у, Инга — это администратор сверхлюдей, она мне говорила, что лучше пока не выходить из штаба. Мол, это ради моей безопасности и все такое.
— Но ведь и удерживать здесь они тебя не могут? — возмущенно интересуюсь я.
— Наверное не могут, — неуверенно тянет Семен.
Лифт распахивается. Здесь в вестибюле сплошной погром и кровище — последствия вероломного вторжения Банши и Скунса. У входа стоит несколько карет скорой помощи, все помещение заполонила милиция и охрана. А еще валяются трупы, и стоят носилки с черными закрытыми наглухо мешками.
— Если бы знал, что Банши на такое способна, ни за что бы не нажал тут кнопку и не выпустил ее, — окинув всю эту картину взглядом, говорит Семен.
— Твоей вины здесь нет, — возражаю я. — Партия Света не должна была ее держать взаперти. Дарья Банши числилась мертвой. Она должна была понести наказание по закону, а не сидеть в лаборатории светляков. Это на их совести.
— Эй, Разрушитель! — вдруг окрикивает кто-то Семена.
Ты посмотри, не успел стать сверхом, а уже по геройскому псевдониму зовут.
Семен оборачивается и натыкается на мужчину в строгом костюме с нашивкой партии Прогресса и надписью служба безопасности.
— Ты ведь был там наверху во время происшествия? — спрашивает безопасник.
— Начальник охраны, — глупо улыбается Семен, а говорит это мне. Но затем сразу же отвечает начальнику: — Да, я там был.
— Пойдем со мной, пока милиция не начала тебя допрашивать. Расскажешь, что там произошло, — он хватает Семена под руку и, даже не дав тому опомниться, быстро начинает уводить его из вестибюля.
Ну и на кой черт он сказал, что там был?
Забираю контроль и останавливаюсь, вырывая руку:
— Честно говоря, мне нечего рассказывать. Я был в туалете, затем услышал странный звук, а потом от этого звука у меня чуть мозги из ушей не вытекли. Я потерял сознание, а после все закончилось. И вот я здесь.
Безопасник удивленно вскидывает брови и снисходительно улыбается:
— Не глупи, я лично видел тебя через камеры видеонаблюдения. Зачем ты лжешь?
Так, ладно, надоели. Я уже предчувствую, чем это закончится. Мы Семеном от партии Света ушли, от безумной Банши ушли, и от тебя партия Прогресса тоже уйдем.
Активирую остолбенение. Да, понимаю, что камеры по-прежнему работают и в вестибюле их не менее десяти с разных ракурсов. Да и само остолбенение своим радиусом действия в пятнадцать метров захватывает далеко не всех. Но мне плевать! Надело осторожничать.
Милиция, медики, охранники, которые не попадают под способность остолбенения, изумленно переглядываются, пытаясь сообразить, что происходит и почему все замерли.
Я тоже изображаю крайнюю степень удивления, а сам потихоньку пячусь к выходу.
И вот мы уже на улице, торопливо улепетываем, быстро оставляя позади штаб прогрессовцев.
Сейчас они, конечно, придут в себя и бросятся нас догонять. Но я твердо намерился свалить отсюда куда подальше и пусть только попробуют приблизиться.