Бес сознания 2 (СИ)

— Про лутумов сверхов я ни разу не слышал, — озадаченно тянет Вова.
— Я как бы тоже, — поддакивает Саня.
— Но разве такое возможно? — задаю вопрос и сам отвечаю: — Нет, невозможно, потому что сверхом может стать любой. Эфирная мутация никак не может быть избирательной. Значит, и среди лутумов должны быть сверхи.
Решаю давать периодически слово и Семену, так как он здесь самый мозговитый. Вдруг что-то годное посоветует. И Семен тут же говорит:
— Боюсь, что лутумы сверхи попадают вот в такие вот лаборатории, из которой мы сами вчера еле ноги унесли, — мрачно говорит он, потом спрашивает: — Ты это для Миши интересуешься? Не думаю, что такой вариант ему подойдет. Его отпечатки наверняка уже в базе, и стоит ему только появиться на пороге рейтингового лагеря...
Сема не заканчивает фразу, тут и так все понятно.
Молчу, понимаю, что скорее всего, он прав, обдумываю, не выдерживаю и восклицаю в сердцах:
— Че ж так сложно то все, вашу мать!
Возвращаю Семену контроль, пусть сами общаются, мне нужно это как-то переварить.
А я ведь уже губу раскатал на то, что смогу официально и законно вернуться к жизни в новом теле. А тут такие препятствия: год пахать в лагере, да еще и силу придется скрывать. Нет, столько времени у меня нет. И как же мне вытаскивать самого себя из этого никчемного статуса?
Нет, все-таки поторопился я с выбором тела.
— Погоди? Я правильно понимаю? — настороженно говорит Сема, кажется, обращаясь ко мне: — Получается, когда я открыл сверхспособность, ты ведь должен был получить тело. И, по всей видимости, ты его уже получил. — Сема понижает голос и осторожно спрашивает: — Лень, твое тело имеет статус лутум?
— Да, — раздраженно отвечаю я.
— О-о-о-о черт! — восклицает Саня и всем туловищем поворачивается к нам с переднего сиденья.
— Ну и влип ты мужик! — усмехается Вован, потом добавляет: — И где твое тело? Может, уже перепрыгнешь в себя и предстанешь торчать в наших головах?
— Угу, — поддакивает Саня, — а то никакой личной жизни! Никакого личного пространства!
— В какой плоти?! — возмущается Семен. — Лутумам в город нельзя. Его поймает первый же патрульный пост или какой-нибудь бдительный товарищ сдаст. И тогда Леню тут же отправят в рейтинговый лагерь или вышвырнут в мусорный город. А как мы уже поняли сейчас ему в лагерь никак нельзя. Да и в мусорник тоже как бы нежелательно.
— Ну, мы едем не в город, — беззаботно говорит Вова. — Наше убежище далек-о-о за городом. Так что там его никто не найдет. — Вова кивает и указывает взглядом куда-то в окно.
Мы все озадаченно смотрим туда, а там: бескрайние ещё не скошенные пшеничные поля и где-то в самом вдалеке стоят три металлических ангара.
— И что это за убежище? — спрашивает Саня.
— Небольшой ангар, — говорит Вова. — Отсюда его не видно, он спрятан чуть дальше за теми тремя. Дементич выкупил его у местного главы колхоза под личные нужды. О нем знали только он, Грач и я. В живых остался только я. Значит, теперь о нем знаю только я.
— А как же по документам? — настороженно спрашивает Сема.
— Какие к черту документы? — возмущенно усмехается Вован. — Этот ангар принадлежал колхозу партии Жизни. Просто глава колхоза подтасовал все так, будто ангар износился и его снесли. По документам его вообще не существует.
— Везде сплошная коррупция, — вздыхает Саня, — не удивительно, что партия Жизни пришла в упадок с таким-то управленцами.
— Как только вступим в партию, займемся тем, чтобы этот глава был уволен и наказан, — поддакивает ей Семен со всем рвением.
Я отбираю контроль:
— Нет, ребят, я конечно, рад, что вы с таким воодушевлением уже обсуждаете дела и проблемы партии, но давайте будем честны — этот продажный глава нам сегодня считай, жизнь спас. Куда бы мы подались без этого ангара?
Ребята замолкают, и так мы молчим всю дорогу, пока не приезжаем к небольшому ржавому ангару.
— Ну вот и приехали, — говорит Вован. — Добро пожаловать в наше тайное убежище.
 Глава 2 
Вовчик быстро отыскивает ключ, спрятанный под большим камнем неподалёку, открывает ворота, а после загоняет москвич прямо внутрь темно ангара.
 
— Сейчас, подождите, — говорит он, выскакивает из машины, а мы остаемся сидеть.
Несколько минут он там что-то возится, а затем под крышей ангара одна за другой загораются лампы дневного света.
Половина помещения отгорожена стеной из профлиста, что за ней — не видно, а вот вторая половина оказывается гаражом. Здесь есть смотровая яма, а еще стоит авто — черный внедорожник, такой же какой взорвался вместе с головой Дипломата, но он почему-то без колес и номеров.
Еще здесь вдоль правой стены стоит несколько старых крашенных обычной краской сейфов, которые открываются ключом. В подобном сейфе мой дед хранил свое охотничье ружье. Не удивлюсь, если и в этих сейфах оружие. И если так, это может оказаться очень полезным.
— Выходите, — кричит Вован и подает знак рукой, а сам скрывается в проходе за разделительной стеной.
Санька тут же выскакивает, а Семен продолжает сидеть, только дверь открывает и голову из машины высовывает.
— И как я выйду? — растерянно и обиженно спрашивает Сема.
— Я могу твой перелом подлечить, но может неправильно срастись, — говорю я.
— Лучше не надо, — бурчит Сема.
В эту секунду возвращается Вова с лопатой, у которой треугольная рукоять сверху, вместо держака, и протягивает Семе.
— Пока что вместо костыля, — говорит он.
— Спасибо, — вздыхает Семен и забирает лопату.
Просыпается Мишка. Без единого слова выползает из машины и завороженно осматривается.
Тем временем Вова помогает Семену встать и приладить лопату на манер костыля. Приходится снять полотно, чтобы остался один черенок с рукоятью. Сема примеряет костыль, засовывает подмышку, делает несколько шагов. Не то чтобы удобно, да и нога болит во время движения, но передвигаться с горем пополам все же можно.
Возвращается из-за стены возбужденная Саня:
— Прикиньте, там даже душ и туалет есть, — говорит она.
— Ага, — подтверждает Вова, — Дементич это место сделал на случай, если от ментов придется прятаться или от врагов. Тут можно полноценно жить. Есть даже небольшой запас еды и денег. Правда, я не знаю где.
— Повезло нам, однако, — невесело тянет Сема, поправляя выскальзывающую рукоять лопаты.
Я забираю у него контроль и говорю громко, чтобы все услышали:
— Раз вы теперь в безопасности, я пойду и проверю своё тело. Разузнаю в каком я месте и насколько далеко от вас.
— А мы что будем делать? Просто сидеть здесь и бездействовать? — хмурится Саня.
— Нет, я тоже остаться тут не могу, — резко отвечает Вован. — Завтра пятница и я должен вернуться в Краснодар.
— Так, — говорю я, тыча в Вову угрожающе пальцем Семы. — Раз это уже завтра, значит, будем в первую очередь разбираться с тобой.
— А как же моя мама? Учеба? У меня, вообще-то, тоже есть дела и жизнь! — возмущается Саня. — Может, как-то побыстрее решим эту проблему. Если нужно вступить в партию Жизни, чтобы нас не трогали, так давайте сделаем это! Я готова хоть сегодня! — с энтузиазмом восклицает она, а потом резко кривит кислую мину и тянет: — А! У вас же пэку нет. Черт!
— А у меня даже тело есть лишь формально, — добавляю я. — Пока мы не решим эти проблемы, уходить из убежища опасно.
— Но Вова же собирается выйти! — снова начинает бунтовать она.
— Он выйдет без пэку и только потому, что у него реальная проблема. Мне будет легче, если я буду знать, что остальные в безопасности. И мне будет намного проще помогать ему и использовать мои способности исключительно на него. Так что вы остаетесь здесь, и это не обсуждается.
Саня раздраженно фыркает, сердито скрещивает руки на груди и бурчит:
— Идем, Семен, сделаем что-то с твоей ногой.
— А ты медик? — спрашивает восхищенно Мишаня.
— Нет, но я проходила в универе курсы оказания первой медицинской помощи. На отлично, кстати, сдала. Так что давай, Сема, осмотрим твой перелом.