Тихоня из 11 "Б" (СИ)

Захожу в переписку, пока еще одностороннюю и открываю его:
“Я правильно понял, что ты девушка? По фото можно разглядеть волосы по плечи”.
Дурацкая улыбка приклеивается к моим губам.
“Вижу, что ты в сети”, — прилетает следом еще одно сообщение. — “И читаешь сообщения”.
Руки чешутся, как хочется что-нибудь написать. Подстегивает еще то, что он не знает с кем ведет переписку. А я знаю.
“Привет” — отправляю первое свое сообщение.
“Привет! Кто ты?” — прилетает тут же.
“Тихоня” — первое, что пришло в голову, отвечаю.
“Ок. Пусть так”.
“Это твоя собака? Что за порода?” — ничего лучше не придумываю.
“Да. Рич. Кокер спаниель английский”.
“ Всегда мечтала о собаке” — отвечаю быстро. И это чистая правда.
“Хотела? Спасибо за подсказку” и улыбающийся смайлик. Следом “Что мешает завести собаку?”
“Сложно. Есть причины”, — отвечаю.
Повисает тишина. Я не пишу, и он тоже. Попялившись в экран еще пару минут, закрываю ноут и ложусь спать.
Новый день начинается стандартно, и я уже к этому привыкаю. Быстрый завтрак. Мама пытается впихнуть в меня что-то максимально сытное. Я же попросту не могу есть. Тимоха довольный носится. Сергей по пути закидывает меня в лицей. Все как всегда. Погода радует. С самого утра солнышко. Улыбка сама по себе кривит мои губы.
Направляюсь в школу. На встречу выбегает Катя и проносится мимо меня, чуть не задев своей сумкой. Я оборачиваюсь, интересно же куда она так торопится. И вижу как она бежит на встречу Ермолаеву. Виснет на нем.
Мда.
Хмыкаю про себя и тороплюсь влиться в толпу учеников и попасть внутрь здания. У пары явно нет тормозов, раз свои отношения демонстративно выставляют на показ.
После занятий я созваниваюсь с куратором Машей. Объясняю ей ситуацию по уборке. Она воспринимает это позитивно.
— Умничка, — говорит в трубку. — Надеюсь ты не одна решила наводить порядок?
— Эм, — оглядываюсь, как раз, когда из школы выходил мой класс.
Лев с парнями, Катя с подругами.
— Я с ними еще поговорю, планирую поговорить с ребятами, надеюсь, что они согласятся, — вздыхаю. Вот в Кате я не уверена вообще.
— Но могут быть проблемы. Мы уже пробовали прибраться. Даже не генеральную уборку, а влажную провести. Он категорически отказывается.
И девушка рассказывает мне, что случилось с Федором Ивановичем и почему он отказывает в этом.
Мы обсудили график посещений. Остановились на двух-трех днях в неделю. И третьим днем будет суббота. А в четверг я попробую обговорить план уборки с самим Федором Ивановичем. Очень хочется верить, что он не будет против. Ну действительно, дышать легче станет.
На следующий день я вылавливаю Льва после уроков. Пришлось влезть в их разговор с пацанами. Вернее, как влезть. Стою в стороне. А когда он оглядывается я машу ему рукой. Пацаны тут же начинают смеяться и улюлюкать.
— У тебя новая подружка? — доносится вопрос.
Лев отмахивается от них и подходит ко мне.
— Я по поводу завтра и субботы, — начинаю.
— Сваливаешь? — усмехается и прищуривает взгляд. — По глазам вижу, нашла причину.
Вот может же быть таким гадом!
— Не поверишь, — фыркаю я, — жду, когда вы оба свалите, — говорю и мое настроение с ним обсудить дальнейший план действий проваливается ниже плинтуса. Появляется жуткое ощущение, что это мне одной надо. Им же для галочки.
Разворачиваюсь и направляюсь на выход. Здесь ловить мне нечего. Поправляю сумку на плече. Пытаюсь собраться с мыслями как быть дальше.
— Да ладно, чего ты? — догоняет меня Ермолаев. — Шуток не понимаешь? — равняется со мной и подстраивается под мой шаг. А сделать ему это не очень просто. Я ниже его, наверное, на голову. А он вон, здоровый какой. — О чем хотела поговорить?
— Завтра нужно будет поговорить с Федором Ивановичем об уборке.
Лев вздыхает.
— Ну правда. Маша сказала, что он всем отказывал. А не убирались у него уже несколько лет, как умерла его жена.
— Думаешь мы в состоянии помочь? Может тут нужен психиатр? Или еще кто? — бубнит парень.
Я резко останавливаюсь и уставляюсь на него.
 
— Думай что говоришь! Еще не дай бог при нем это ляпнешь!
— Я совсем по-твоему отбитый? Нет, у тебя определенно с юмором проблемы! — возмущается.
— Может, потому что он у тебя хромой? — не сдаюсь и обойдя его тороплюсь к выходу с территории лицея.
На автобусной остановке почти никого. Но вскоре появляется и Ермолаев.
— Откуда ты такая появилась в нашем классе? — заговаривает первым.
— Мне тебе свою биографию рассказать? — усмехаюсь.
— Ладно, не хочешь говорить не надо, только вот этим своим взглядом дырку в моем лбу не сверли, — хмыкает.
Я еле сдерживаю улыбку и отворачиваюсь.
В автобусе занимаем места рядом. И каждый пялится в свой телефон. А по пути домой идем практически нога в ногу. И когда мне уже нужно свернуть к дому Лев говорит:
— Я понял, что про уборку тебя нужно поддержать. Поговорю с Шиловой, думаю там тоже проблем не будет. А вообще этот дед странный.
— Он нормальный. Просто одинокий, — пожимаю плечами.
— Ясно, — усмехается. От этого на щеке появляется ямочка. Наши взгляды пересекаются. Он вдруг подмигивает. — Ты видимо спец по одиноким. До завтра тогда, — и неторопливым шагом направляется к своему дому, что находится по соседству.
Я, тряхнув головой, тороплюсь к подъезду. На душе птички поют. Надеюсь нам удастся уговорить деда на уборку.
  
Глава 7
 
Четверг выдался хорошим, теплым днем. Учеба мне нравится все больше и больше. Ирина Васильевна поймала меня в коридоре лицея и похвалила. Сказала, что преподаватели мной довольны.
Настроение на высоте. А еще я настроилась на положительный результат переговоров с Федором Ивановичем.
— Тихонова, — в коридоре меня вылавливает Шилова. — Стой, с тобой говорю.
Останавливаюсь и оборачиваюсь. На меня летит блондинка.
— Лев мой парень, — выдает, зло смотря на меня.
Я оглядываюсь по сторонам. Недалеко ее подружки и из нашего класса, и из параллели.
— Мне то что? — спрашиваю, возвращая взгляд к ней.
Высокая, наверное, такая же, как и Ермолаев. Кукольные черты лица со злым прищуром не красят ее внешность. Злая барби. Другого определения и дать не могу.
— Держись от него подальше, Тихонова, — шипит девушка, схватив меня за руку, больно сжав пальцы.
— А то что? — ведь обязательно должны последовать угрозы.
— Увидишь, — зло кривит губы.
— Знаешь, — вздыхаю, выдернув руку из ее захвата. Боюсь ли я ее? Не знаю. Очень хочется верить что ее угрозы это лишь страх за свои отношения и не более того. Но если она действительно видит во мне соперницу… А я ею не являюсь, вот вообще, даже в мыслях! — Мне нет дела до тебя, твоего Ермолаева и прочей ерунды.
— Тогда учти, у твоего деда я к уборке и пальцем не прикоснусь. Ты у нас такая инициативная, вот и разгребайся сама, — приближает ко мне свое лицо и тыкает пальцем в плечо. — Усвоила?
— И даже переварила, — отвечаю ее же тоном. По-другому и быть не могло.
Она еще раз окидывает меня своим взглядом полным презрения и махнув своим подружкам оставляет меня в покое.
Выдыхаю. Спокойствие это далось мне не просто. Я не конфликтный человек ни разу. И держать лицо вот при таких обстоятельствах ох как непросто. Это значит Ермолаев переговорил с ней об уборке, и та подумала, что я влияю на ее парня.
До дома Федора Ивановича добираемся все вместе. Я с Машей, Лев с Катей за нами. Маша пообещала мне помочь с уговорами деда. А после уйдет. У нее очень много работы. Все-таки быть волонтером очень большая ответственность и трудоемкая работа.
Федор Иванович принял нас с улыбкой. Снова предложил чай попить. Но мы отказались и все устроились в зале.
— Федор Иванович, — начала я. Бросила взгляд на парочку, что сели на диван и о чем-то шептались. Вернее, трещала без умолку Шилова, Лев же молчал и лишь изредка кивал и улыбался. — Мы хотели бы прибраться у вас, — перевожу взгляд на пожилого мужчину.