На изломе доверия (СИ)
И подошел к кофеварке, налив и себе напиток. Выходит, сразу заправил приготовление на двоих, подумав и об Алине. Ценно… Но она так и торчит у двери, ни туда, ни назад не сдвинувшись.
Поднесла чашку ко рту, сделав первый глоток. Обернулась, посмотрела на зеленую траву, которую первые лучи раннего летнего солнца едва согревать начинали. Все же еще очень рано. И что такого, если она выйдет хоть на крыльцо, вдохнет свежего воздуха? Евгений же сказал, что это можно, и их люди следят за всем…
— Отойди оттуда, коп*, — будто мысли ее прочитав, вдруг над самым ухом повторил Дред.
Но не потому, что он нежданно так близко оказался, вздрогнула, едва кофе не расплескав! Обернулась, буквально впившись в него через прищур, а мужчина, теперь уже в упор на нее уставившись, ухмыльнулся, явно довольный эффектом.
— Что глазами стреляешь? Я ж тебя не мусором или ментом назвал, все уважительно, по новым традициям, — хохотнул Дред с явным сарказмом.
*после реформы милиции в полицию, в Украине автоматически и без обоснования, прижилось американское сокращенное определение новых патрульных «коп».
Глава 7
Первой реакцией была растерянность — откуда он знает?!
Разве Евгений не гарантировал ей, что этот киллер никогда не узнает о том, кем Алина является?! Обманул? Все-таки подставил?
Но… У нее не имелось времени на панику или мысленные упреки тем, кто должен был легенду гарантировать. Да и как понять, не прокололась ли сама? Сейчас не могла в обратном поручиться.
Ситуация требовала ответа немедленно, и она точно не собиралась позволить думать, будто ее можно запугать! Хватит. И без этого непредсказуемого отморозка проблем достаточно.
— С чего вдруг такие выводы? — как можно спокойней поинтересовалась, прикрывшись чашкой и надеясь, что та не выдаст появившуюся дрожь в руках.
— Серьезно? — будто не поняв, что ее удивляет, заломил бровь Дред. И как-то внезапно оказался впритык к ней.
Нет, ясно, что ногами подошел. Однако, реально, он двигался слишком стремительно для ее измочаленного и дёрганого мозга. Сейчас Алина точно не сдала бы ни одного норматива, тут спорить бессмысленно. Ей было нужно восстановление. Вместо этого же она только новые и новые испытания получала… Что ж, у жизни иные планы, приходилось собирать в кулак и волю, и то, что от себя привычной осталось.
— Это не так и сложно, как вы себе воображаете, — вновь нависнув над ней так, как совсем недавно в ванной, мужчина будто оттеснил, сдвинул Алину чуть в угол. Как отсек от двери.
Уводил с обзора камер? Или от выхода во двор отрезал? Зачем-то покрепче вцепилась в чашку руками.
— Я слежу за новостями, Т-а-ня, хоть и сижу тут… — что ж, теперь было ясно, что этим тоном он изначально давал ей понять, как смешно их притворство с его точки зрения. — Два дня… Кошмары по ночам, стресс. Ты сама сказала, — свысока хмыкнул Дред, словно на очевидное указывая. — Расстрел всех сотрудников в отделении — громкая тема, из каждого чайника сейчас репортеры трубят. Да и не только они, не можешь не понимать. У нас тоже шорох поднялся…
Он будто еще немного вперед подался. Ей не нравилось это напирание его тела, характера, самой ауры, хоть Алина и не из тех, кто верил бы в подобное. Как в ледяной шторм попала, по ощущениям! И при этом в жар бросило от адреналина! Мурашки по спине и волоски на всем теле словно дыбом встали. Как в помещение трансформатора зашла, ей-богу! От него батарейки можно заряжать!
Но, елки-палки, Дред будто специально пытался ее подмять! Не столько физически сейчас, сколько морально. Установить доминирование. Прием, про который она была в курсе. Но даже не думала ранее, что, столкнувшись, может быть так сложно сопротивляться в подобной ситуации. Ранее у нее не существовало проблем с характером и устойчивостью. Сама кого угодно перегнуть могла, даже когда внутри боль и раздрай. Теперь же… Как надломилась.
Или конкретно в нем проблема? Не сталкивалась еще с такими людьми?.. А Дред, мгновенно же уловив, продолжал наступать, слабину продавливая больше и глубже.
— Значит, есть выжившие все же, — он смотрел в ее глаза сверху вниз, будто отслеживая внутреннее сопротивление, пытаясь закрепиться морально в ее голове, навязать свою волю. В чем только? — Да и сопоставить твое появление, кипиш Евгения и общую суматоху, которую они тут развели, чтобы все подготовить… Подселить тебя в дом, где уже есть объект, зачем? Светить среди своих не хотят — это очевидно, потому что крота подозревают — раз. Твоя выправка, привычка все анализировать, выяснять — два, да и просто… У меня хватит опыта, чтоб мента сходу определить, — будто немного с превосходством и насмешкой ввернул Дред по итогу.
Но вот его взгляд при этом, как в голову ее ввинчивался все еще, словно пытался мысли отследить, просчитать реакцию, чтоб и это обернуть в свою пользу. Ее чашка между ними уже телами обоих зажата, как последний барьер. Он слишком близко! В груди сердце начало биться с частотой, которая точно пользы не принесет, и в животе свело тяжестью, аж до удушья какого-то. В голове стучит пульс, мешая толком сориентироваться в мыслях.
И все-таки…
Ну… как бы, она не то чтобы поверила. Не могла объяснить, чисто интуитивно, казалось. Ощущался и не подвох, но будто сомнение некое, или ее сама ситуация в целом напрягала капитально? Искала оправдание для себя? Таки где-то прокололась?
Да елки-палки! Что ж удивительного, если и так?!
— Почему я во двор выйти не могу? — спросила реально с претензией. Немного топорно, быть может, но чего уже!
Решила идти напролом, как и он, ничего при этом не отрицая и не объясняя. Мало ли, что каждый себе в голове придумать может…
А Дред… у него во взгляде усмешка блеснула, вот поспорить могла! Как разбавив то отмороженное, ледяное выражение этих странных глаз, но не то чтоб согрев при этом. И только потом губы чуть дрогнули, скривившись в подобии ухмылки.
— К нашим «хозяевам» кто-то приехал двадцать минут назад, — как ни странно, ответил ее сосед. — Еще не разобрался, кто. Впервые эти появились. Настолько ли ты в них уверена, что готова туда выйти, позволив себя со всех сторон изучать? — взгляд его холодных глаз в нее впился с новой силой, рассматривая, препарируя теперь с неким иным, но не менее интенсивным интересом.
А Алина… как под воду ухнула, нежданно с обрыва упав. Черт. В том и проблема, что не была готова. Ее сейчас выбивало из адаптации что угодно. И да, с доверием к кому-либо, даже к СБУ, — большие проблемы. И Дред это явно уловил. Использует теперь?
— Разве они и так за нами постоянно не наблюдают? — все еще пыталась сохранить бравурный вид, спокойно пожала плечами… облив пальцы кофе из чашки, про которую успела забыть.
Чертыхнулась, отставила на подоконник, в углу у которого они и стояли… И только тут поняла, что они теперь впритык друг к другу. Тело к телу, уже и без минимальных препятствий. Напряжение будто дугой по нервам замкнулось кольцом, натурально колотит! А Дред и не думает отступать.
У Алины во рту пересохло от усилия, каждая мышца в теле скручена накалом, будто пружина.
У него усмешка стала шире, расползаясь по лицу, точно, как трещина по льду, изламывая странным образом рельеф грубоватых скул и щек, покрытых темной щетиной.
— А готова ли ты к тому, что тебя, как соучастника в нападении, изучают? — поинтересовался, словно без особого смысла, а сам при этом глаза не отводит.
Что?! Уставилась на него, вскинув голову. Высокий, а из-за того, что совсем близко, она себя ощущает слишком крохотной, не способной противостоять. Но ведь пытается, и…
Нет… К такой мысли Алина оказалась не готова! Как ведро ледяной воды ей на голову вывернул, и теперь с интересом следил за реакцией.
Господи! Он ей натурального маньяка стал напоминать, даже с поправкой на род деятельности этого мужчины. Именно с психическим акцентом. И от этого совсем не по себе как-то… Особенно потому, что не могла придраться к его логике, хоть и лихорадочно искала сейчас аргументы. Сама головой двинулась после всего?