На изломе доверия (СИ)

Вцепилась в коротко стриженный затылок, давит, на себя сильнее тянет! Закинула ногу ему на бедро, чем он тут же воспользовался, подхватив, сжал загребущими руками ягодицы, усадил целиком на авто, накрыл собой так, чтоб не выбралась уже точно… Вся под ним! А солнечное сплетение каким-то нереальным, изглаживающим желанием изнутри рвет, чтоб еще плотнее, еще надежней заполучить.
Дьявол! Так вот, чем его так проняло: и она натуральным пламенем полыхает! Пожар по коже от резких касаний перекидывается, то ли с него на нее, то ли с Алины на каждый нерв и клетку Дмитрия растекается лавой! Охренеть! Обоих спаяло, сплавило, бросив друг на друга, как бушующие морские волны на скалистый берег накидываются в шторм, с ревом, яростью…
Рванул с остервенением пуговицу на ее джинсах, рывком сдирая с женских бедер вместе с бельем. Алина с такой же силой его джинсы вниз потащила, явно утопая в потребности снять этот накал не меньше, чем Дреда колотило.
А у него пах ломит же натурально! Член колом стоит, пульсируя едва не до боли необходимостью немедленно ворваться, по яйца вонзиться в это тело, хоть как-то унять невыносимый внутренний зуд, выедающий мозг!
И судя по тому, с какой силой Аля в его плечи короткие ногти вонзила, то и ей было не до тормозов.
Речь сейчас и близко не шла о нежности или мягкости. Какое там! Обоих трясет!
Они сжимали, стискивали, давили, прикусывая губы, царапая кожу от жадности, оставляя алеющие следы-полосы. Дыхание будто рвалось сквозь глотки и зубы, обдирало им гортань. А при этом же молчат оба, будто разом одичали, утратив способность адекватно изъясняться, все до примитивных порывов скатилось, до хриплых и надсадных стонов.
Навалился сверху, пальцами вцепившись в ее короткие волосы на затылке, фиксируя, впился алчно в рот, чуть не в глотку Алине языком забираясь — тупо сожрать ее хотелось. И тяжело, давяще, одним движением ворвался членом в распахнутые перед ним бедра!..
Она была мокрой. И это охренительно здорово, учитывая ситуацию… В том смысле, что не он один тут головой двинулся капитально. Это делало происходящее немного терпимей для его разума.
А вот внутреннего зверя, сейчас всем в Диме управляющего, совсем ничего не напрягало: он даже от царапин, которыми она плечи ему исполосовала, вскидывая бедра навстречу каждому толчку, особый кайф получал!
Безумие! Причем, заразное, очевидно, охватившее обоих в секунды. Испепеляющее!..
В ушах грохочет пульс бешеными ударами крови по черепу, в грудной клетке не сердце, а дизельный мотор от непонятного и незнакомого ему напряжения ревет. А Дима таранит ее бедра, своим пахом вдавливаясь почти до боли, и не может даже притормозить немного!  Горло, грудь рвет не от нехватки воздуха, а от того, что, даже трахая ее, ему этой девчонки внезапно мало!
Да что за дурдом, мля?!
А нет сил остановиться и обдумать! И он сильнее толкается в горячее, влажное тело, ловя нирвану от того, как то охватывает его член, сжимая, высасывая, с ума сходит от хлюпающих звуков ее явного возбуждения…
Алина, и когда кончила, не закричала. Взяла и укусила его за шею, как еще яремную вену зубами не прокусив, блин?! Погнала по каждой его мышце разряд.
А Диме это только больше безумие разожгло. Дернул, сжав пальцы, оторвал от своей шеи, снова жадно и жестко на губы напав. Он выдыхает — она вдох делает, и наоборот, ему воздух выдыхает назад, опаляя рот!
И… вот не поверил бы полчаса назад, но едва сил и мозгов хватило выйти вовремя, мля! Вообще адекватность исчезла напрочь! Забыться жаждалось до дрожи, потеряться в неожиданном кайфе и не думать ни о чем…
Но все же на последнем издыхании логики сжал член свободной рукой, прижавшись к ее животу пульсирующей головкой. Трясет! И где его хваленая ледяная выдержка, а?! Не в состоянии прекратить бедрами на нее наваливаться толчками.
Буквально двумя движениями дошел до пика, даже слишком возбужденный… А, ехан*** бабай, хотелось бы в ней внутри остаться и кончить без всяких оглядываний…
Замер, распластав собой по капоту. Нет сил сдвинуться.
 
В голове — выжженное пепелище, пустыня, где только ветер свистит. Ни единой здравой мысли, ни одного понимания, что дальше и как устранять теперь последствия этой гребанной вспышки-срыва?!
И ее глаза, вдруг уставившиеся ему в лицо с таким выражением, словно мир вокруг рухнул… И, само-собой, именно Дмитрий в этом виновен, бл***!
Одно радовало — рыдать Аля точно не собиралась… А вот продолжить орать на него была бы, судя по виду, не против.
Ты смотри, не попустило… Видно, у нее еще дольше секса не было, чем у него, если и теперь рвет вены и жилы накалом, хотя кончила, он же ощущал.
У Дмитрия вон вместо позвоночника сейчас желе, казалось, а в животе какое-то теплое солнечное марево притаилось. Ни фига не хочется… Тем более продолжения разборок.
Но разрулить ситуацию как-то нужно, понимал.
  
Глава 19
 
В голове — пропасть. Чувство, словно с Эвереста сорвалась, так, как в мультфильмах показывают, и сейчас летит вниз. И черт знает, когда то дно будет… В ушах звенит. Ни единой мысли. Про осознание речь еще вообще не идет.
А вот паники и испуга от случившегося — океан!
В груди вдруг плеснуло такой волной ужаса и растерянности, диким непониманием своего порыва и этого чувственного безумия, что Алина напряглась каждой клеткой! Что с ней творится, мамочки?! Саму себя не узнавала…
Полыхнуло в глубине зарницей истерики, перекрывая телесное удовольствие, которого не рассчитывала и не ждала тут получить, если уж по чести говорить. И от этого дико… стыдно.
А ведь хотела того, что случилось, не в состоянии Дреда в насилии обвинить, потому что… Черт, да достаточно на его плечи и шею глянуть, чтоб засомневаться, а не Алина ли мужчину принудила и изнасиловала?
Искусала, исцарапала, причем, не сопротивляясь, а ближе к себе притягивая, себе-то может честно сказать.
Как взорвалось в ней нечто, ранее неведомое. Жаждала этого мужчину и вот такого бешеного, надрывного, дикого секса!..
Так вот, каково это — «потерять голову»? Безумие гормонов и инстинктов?.. Имеет ли право оправдаться стрессом? Или самообман?
И тут, как удар в солнечное сплетение, еще одно осознание, моментом перекрывшее пока иные проблемы: она никогда в жизни не позволяла себе заниматься незащищенным сексом, даже с постоянным партнером! Тактика, оправдавшая себя, когда выяснилось, что бывший изменял… А тут настолько забылась!
Проклятие! Челюсть свело… Но Алина вдруг ясно поняла, что нельзя позволять себе панику. Не в этой ситуации. Обязана хоть крохи контроля сохранить.
Хорошо, стоит идти маленькими шагами, иначе головой двинется. Сейчас она не в силах уже повлиять на вероятность болезней, оставалось уповать, что Дред тоже не особо склонен был шляться и ничем серьезным не болен… Страх затолкаем пока подальше, до лучших времен.
Но существует и еще один нюанс… Такой, который стоило бы обговорить сразу, хоть мужчина и успел выйти из нее до того, как кончил. Наверное, надо быть благодарной и за подобное проявление… заботы?
— Если я забеременею… — начала нервно, с нотками претензии и паники вперемешку. Даже представить сейчас такое было до жути страшно почему-то. Будто ничего ужаснее случиться не может, пффф…
А в глаза ему посмотреть — сил не хватает, так и тянет голову опустить. Даже перед этим мужчиной, который ее только что до оргазма довел (не ждала, если откровенно), было стыдно за случившееся. И наорать хотелось в одно и то же время. За то, что, вообще, ее с такой стороны себя увидеть заставил, за то, что вытащил на свет божий те грани личности, о которых Алина с удовольствием не ведала бы!
Но сейчас она сумела справиться со своим настроением… Почему так удачно не сделала это полчаса назад? Пар спустила?
— Мы решим эту проблему вместе, — перебил ее Дред, не дав Алине развить гневный упрек.
И обхватил рукой ее подбородок, заставив лицо поднять так, чтоб взглядами встретились. Проговорил это заявление резко, весомо и настолько уверенно, что она опешила.