Девочка из Зазеркалья (СИ)
— Спасибо. За дверцу…
Костя ответил со злостью, не глядя на нее:
— Это не для тебя, это для бабушки твоей, — и ушел к себе.
Серьезнее надо быть. Он ведь не тряпка… На дискотеку не пошел. Да ну их вообще, этих глупых баб…
Почти все воскресенье он старался не думать о противной соседке. Прямо с раннего утра взял удочку, накопал червей, прихватил конспекты, домашний хлеб и козье молоко — и ушел на речку, далеко, почти за 10 км. Это оказалось очень правильное решение: сидел, смотрел на воду, зубрил динамику — так голова прочистилась, ну просто как стёклышко стала. Старый он уже, чтобы с неразумными девчонками в догонялки играть. Если б у самой Алиски серьезные намерения были, она бы их уже и в нем рассмотрела, а так — пустая трата времени и нервов. Ближе к вечеру, уже дома, собрал сумку, поцеловал мать, вышел за калитку — и вдруг кто-то напал на него сзади. Кто-то маленький и костлявый. И пушистый — мягкие кудряшки щекотнули правое плечо.
— Кость… — тихий, скромный такой голосок — аж сердце бухнуло. Следом глаза — огромные, грустные, виноватые. — Я тут тебе… — протягивает пакетик с чем-то теплым и пахучим. Выпечка.
— Чего это? — с непривычным чувством превосходства поинтересовался Костя.
— Пирожки. Я испекла. Тебе.
— Зачем?
— Покушать…
— Ты что, записалась в благотворительную организацию по снабжению солдафонов?
А она ничего не ответила. Встала на цыпочки, ухватила его за шею и чмокнула в щеку. Костя чуть сознание не потерял от шока. И дышать перестал, совсем. Вот это нокаут!
— Видишь, — весело ухмыляясь, сказала кокетка, — даже усы брить не пришлось!
— Да я… — хрипло выдавил Костя, кое-как справившись с дыханием. Прокашлялся. — Я усы за такой детский поцелуй не продаю.
Алиса прыснула, прикрыв ротик ладошкой:
— А я еще слишком маленькая для взрослых поцелуев! — и убежала к себе за ограду, сверкая малюсенькими пятками.
А Костя не стал догонять. Он приедет через пять дней и все выяснит. Пока с него хватит этого крошечного ростка надежды.
Всю учебную неделю Костя думал о том, что бы приятного сделать для своей упрямой соседки. Конечно, он помогал, но, может, нужно что-то еще… подарок, например? Более существенный, чем букетик ромашек… Но что можно подарить такой странной девушке? Явно не ювелирное украшение. И шоколадные конфеты — для нее слишком банально. Честно говоря, у Кости было очень мало опыта в ухаживании за утонченными особами. Он встречался только с простыми девчонками (которым приглашения в кино было довольно для восторга) и Ангелиной, но этот последний роман проходил в замкнутом пространстве и ограниченных ресурсах.
Эх, покатать бы ведьмочку из Зазеркалья на мотоцикле..! Явно она не равнодушна к байкам. Надо подумать, может, взять у кого из села…
А пока он отправился в магазин рукоделия и запросил у продавца что-нибудь для мастера.
Старшина Орлов практически перестал общаться с Костей — было даже похоже на то, что Ангелина ему все рассказала. Это хорошо, это правильно. Неловко теперь, конечно, но честность — всегда лучше. Лина была честна и с самим Костей. Никогда не признавалась в любви. Целовать себя, правда, разрешала, но это оттого, что сама запуталась, да и ребенок совсем. И возраст в 20 лет нисколько не мешает женщине оставаться девчонкой — как оказалось, и в 24 года. И что бы было, если б Алиса была взрослой? Степенной дамой, которая знает, чего хочет. Может быть, все было бы хорошо и просто: они были бы близки во всех смыслах этого слова, Костя — счастлив и… возможно, забыл бы про учебу… А может быть, ему бы стало скучно с малявкой — что, конечно, вряд ли, учитывая ее темперамент — но в целом, все, кажется, развивается наилучшим образом.
Костя сдал еще два экзамена — на хорошо и удовлетворительно — и, вооружившись набором для скрапбукинга, поехал к родителям в село. Помня прошлый опыт, сначала отправился в душ и переоделся в чистое. Посмотрел на себя в зеркало. Хорош! Короткие волосы торчат, загорелое лицо все в веснушках, и усы — может, они и вправду дурацкие? Косте всегда нравились его усы, но быть похожим на Фредди Меркьюри — это не очень здорово… Хотя, в общем, все не так уж плохо. Единственное, что расстраивало — в этот раз он смог приехать только в субботу. Целый день потерян! То есть, потрачен на учебу, но в деревне хотелось провести побольше времени…
С замиранием сердца Костя пошел к соседям, сжимая в руках подарок.
Глава 11
— Привет, солдафон! — завидели Костю издалека.
— Ты опять..! — сразу вспыхнув, нахмурился он.
— А ты что подумал? Чмокнула в щечку разок — значит, все, готово дело?
— Да какое дело? Чего тебе, вообще, надо, противная вредина?
— Что ж ты ко мне таскаешься, если я такая противная?
— Ты права, — прорычал Костя. — Глупость — да и только! — бросил подарок к ней за забор и широким шагом отправился домой.
* * *Алиса ревела, не скрываясь ни от самой себя, ни от бабушки, когда распаковывала Костин подарок. Это оказалась такая невероятная красота — сразу видно, что от всего сердца. Ну и что ей теперь делать?
— Лисеночек, ты что плачешь? — обеспокоенно запричитала бабушка.
— Я, бабуль, похоже, дура… непроходимая.
— Ну вот еще новости! С чего ты взяла?
— Я… бабуль, я, кажется… люблю его.
— Кого?! — ахнула бабушка.
— Соседа нашего, солдафона пропащего.
— Чего это он пропащий? Хороший парень. Добрый, не жадный, заботливый… Чего тебе еще надо?
— Мне… и так уже слишком много.
— Так я не поняла, в чем проблема-то?
— В том, что я дура.
— Глупости. Иди и скажи ему про свои чувства.
— Не могу!
— Почему?
— Я ж сказала уже…
— Ну, знаешь, милмоя, так и до старости сокрушаться можно. Чего ты ждешь? Пока его друга кака дура уведет?
Алиса аккуратно сложила подарок на комод, умылась, надела сарафан. Все равно вид ужасный: глаза опухли, лицо красное, вся какая-то растрепанная. Но — плюнула. Пошла. Надо брать на себя ответственность за свою жизнь. Пробралась к границе с соседним участком, увидела Костю, красящего забор, и… спряталась за кустом смородины. Легко его задирать и издеваться, а что хорошего сказать? Алиса чувствовала себя круглой идиоткой. Как будто разговаривать разучилась… да что там разговаривать — мысли-то в голове ни одной умной нет. Точно, она влюбилась в Костю! Все признаки налицо. Да как в него можно не влюбиться? Он ведь такой… медведище… сильный, красивый, заботливый… То самое крепкое мужское плечо. Ох, как тяжко..! Алиса просидела в смородине, наверно, полчаса, но так и не смогла ничего хорошего придумать. Ушла домой, как побитая собачонка.
В шесть приехали Витька Костромчук и Степа Конорин, один на мотоцикле, другой на мотороллере — звать на дискотеку. Смешно! Парням скоро на пенсию (обоим за 26 уже!), а они все по дискотекам ходят. Да еще ее — Алису — с собой тащат. Нет уж, старовата она для дискотек: туда есть смысл ходить лет до 20 — не больше.
Но они — бравые деревенские парни — не сдаются! Грохот от них на всю улицу, дым выхлопной — столбом, дышать нечем. Одна только польза: завидев и заслышав знатных кавалеров, активизировался брутальный сосед. Принял боевую стойку у себя на участке, замер — только глаза, вмиг потемневшие, угрожающе посверкивают. Все ж ревнует немножко, все ж претендует на нее… это грело Алисе душу. Так, что не могла перестать улыбаться. Витек и Степка приняли это выражение радости на свой счет. Дураки!
— Ну что, лиса Алиса, хватит ломаться, поехали! — сказал Витька. Сама оригинальность!
— Я же сказала, не могу, занята!
— Да брось, чем ты там занята, малявка? Поехали, покатаемся, а потом потанцуем…
— А я не умею танцевать!
— Я тебя научу..! — многообещающе хрипло пробасил Степа.
Так глупо, так самонадеянно, что Алиса не выдержала — расхохоталась.
— Нет, спасибо! Я уж как-нибудь обойдусь…