Печально известный наследник (ЛП)

“Прошу прощения. Такого рода надежды не продаются”.
Хардэуэй громко рассмеялся. “Однако у Кросби может быть в сундуке наверху немного малинового ликера, который он продавал как любовное зелье. Я слышал, что это качественный ликер”.
“Если это поможет вашей ситуации, последний флакон ваш за пять фунтов”, - вмешался Кросби.
“Пять фунтов?” Итан воскликнул.
“Такова цена любви, приятель”, - сказал Кросби с усмешкой.
“Это не заставит ее простить тебе сегодняшнюю выходку с ожерельем, но уменьшит твою горечь по этому поводу”, - задумчиво произнес Хардэуэй, поднимая свой бокал в знак приветствия.
Ни любовное зелье, ни малиновый ликер не исправят беспорядок, который он устроил с Розалин. “ Я выживу, ” пробормотал Итан.
“Хммм”, - сказал Сент-Джеймс, глядя в окно рядом с ними.
“Ты не согласен? Возможно, ты прав. Я могу этого не пережить”.
“Социальную оплошность ты переживешь”. Сент-Джеймс сделал глоток чая, задумчиво нахмурившись. “Однако те люди через дорогу, которые следят за каждым вашим шагом, могут доказать обратное”.
Хардэуэй встал и выглянул из-за портьер на улицу перед домом. “Это не те люди. Черт возьми, Эйтон. Сколько врагов преследует тебя по пятам?” Он произнес эти слова таким тоном, каким обычно говорят комплимент; для Хардэуэя больше врагов означало хорошо выполненную работу.
Итан повернулся на своем стуле ровно настолько, чтобы заметить двух мужчин в противоположном углу, наблюдавших за ними через окно. Он ожидал увидеть тех же людей из доков, но Хардэвей был прав — на этот раз все было по-другому. На этот раз он отпрянул в шоке.
“Люди Сантино”, - прошептал он, встретившись взглядом с Сент-Джеймсом. Они не могли найти его, не здесь. Он позаботился о том, чтобы сохранить в тайне расположение штаб-квартиры. Он сжал руки в кулаки, не осознавая, что делает это. Если бы он был им нужен, им пришлось бы сначала разобраться с дракой.
“Вы уверены?” - спросил Сент-Джеймс.
Итан только кивнул, когда Сент-Джеймс снова посмотрел на улицу.
“Иногда я спасался от разъяренной толпы, но среди них никогда не было никого, кто выглядел бы так”. Кросби поморщился, говоря это. “Возможно, это к лучшему, что твоя леди сейчас тобой недовольна. Ты бы не хотел, чтобы это появилось у нее на пороге”.
Несмотря на то, что Кросби занимался ложью, Итан понял печальную правду, когда услышал ее. Между охотой на убийцу и тем, что за ним охотился убийца, он был не в том месте, где можно ухаживать за леди. Но и он был не в том месте, чтобы уйти от нее.
Семнадцать
Итан пересек бальный зал, заметив Розалин в противоположном углу. Найти ее было нетрудно, потому что на ней было почти ослепительное платье цвета апельсиновой корки. На ком-нибудь другом это платье смотрелось бы броско, но на фоне бледной кожи Розалин оно только заставляло ее сиять. Ее темные волосы ниспадали на одно плечо, создавая разительный контраст.
Где-то за стенами этого бального зала таилась опасность, но не здесь. У него будет время подумать обо всем, что встало между ними, и обо всем, что наблюдало из тени, сказал он себе. Он планировал довольно тяжелую дискуссию, но теперь, когда он был здесь, он хотел быть только рядом с леди в оранжевом. Он ухмыльнулся ей, едва не задев даму, которая кружилась в его направлении. Обойдя одну пару, которая чуть не налетела на него, и поднырнув под протянутые руки другой, он добрался до другого конца зала. “Я пришел поговорить с вами”.
“Очевидно”, - ответила Розалин. “Так получилось, что мне нужно то же самое”.
Он повернулся достаточно далеко, чтобы жестом указать на танцпол, и спросил: “Не хочешь потанцевать?”
“Не особенно. Я полагаю, ты только что нажил немало врагов, пока ходил по этажу. И мне нравятся эти туфли ”.
“Правда?” спросил он, разглядывая ярко-оранжевую смесь, выглядывающую из-под подола ее платья.
“Да, действительно. Они довольно стильные”. Она ударила его веером по руке, заставив его улыбнуться.
“Как скажешь”, - поддразнил он. Она была прекрасна, что бы на ней ни было надето.
 
“Знаешь, не все может быть черным”.
Он провел рукой по лацканам своего пиджака и одарил ее усмешкой, его взгляд задержался на локоне угольно-черных волос, который он страстно желал убрать с ее плеча. “В черном все выглядит лучше”.
“Напрашиваешься на комплименты сегодня вечером?”
“Нет, просто констатирую факт”.
“Ты самое высокомерное, самое жалкое подобие джентльмена из всех моих знакомых”.
Она дразнила, но что-то в ее словах задело за живое. Что он делал, глядя на нее так, словно она была апельсиновым тортом, который подадут к чаю? Это не входило в его планы. У него был план. Ему нужно было предостеречь ее от любых отношений с ним. Он был ужасным подобием джентльмена. Он был ужасен, и его действия подвергли ее опасности и почти разрушили ее репутацию. Мужчины прятались на улицах, наблюдая за ним, и они только приближались. Если бы она держалась подальше от него, то не запуталась бы в беспорядке его прошлого. Если бы она держалась подальше от него, то была бы в безопасности.
Им нужно было тихое место, чтобы поговорить. Слегка кивнув головой в сторону одного из задних выходов — если он правильно помнил, в этом углу дома было очень мало чего значащего, — Итан направился к выходу из переполненного бального зала. Зал был почти пуст, бал, казалось, затихал все больше и больше с каждым шагом. Однако случайные гости все еще проскальзывали мимо по пути в почти пустой карточный зал. Им нужно было еще больше уединения. Он огляделся, заметив дополнительный комплект закрытых штор, которые соответствовали тем, что были на окнах. Это было как раз то место.
Он затащил ее внутрь, ожидая увидеть небольшую нишу, а вместо этого вошел прямо в большое дерево. Должно быть, это маленькая утренняя комната, переделанная в кладовку, чтобы освободить место для бала. Растения в горшках заполнили почти все свободное пространство на полу, ветви свисали до потолка пахнущей землей комнаты, превращая ее в оранжерею. Повернувшись, он убедился, что портьеры за ними задернуты, а дверь снята.
“Розалин”, - начал он, но она исчезла за контейнерами с зеленью, и слова замерли у него на губах. Пройдя дальше в маленькую, обшитую деревянными панелями комнату, он последовал за ней в тень.
“Разве это не прелесть”, - объявила она, усаживаясь на скамейку под дальним окном. “Едва ли можно было сказать, что за этими занавесками существует это место. Интересно, почему они его так спрятали”.
Он рассматривал бальный зал, где свет отражался от каждой поверхности, а внимательные глаза осматривали комнату. “Я мог бы рискнуть предположить”.
“Не обращай на это внимания. Мне нужно тебе кое-что сказать. ” Она сделала небольшой вдох, выглядя взволнованной, когда доставала из ридикюля ожерелье, которое он ей подарил, серебро и полированные камни отражали лунный свет, падавший на ее плечо.
Он сел. Вот и все. Она возвращала его подарок и уходила. И он собирался позволить ей. Это было к лучшему, но это не помешало ему сжать грудь от новостей. “Нет необходимости в объяснениях. Я должен был знать с самого начала”.
“Откуда ты мог знать? Я видел доказательства так же ясно, как и ты, и мне потребовалось залюбоваться ожерельем, чтобы увидеть все по-настоящему ”.
Улики было странным выражением, но он позволил ей продолжить. Он не заслуживал ее. Он знал это. Теперь она тоже должна это знать, но были ли доказательства? Если бы существовали документы, подтверждающие это, он бы не пропустил мимо ушей свою Розлин, чтобы найти их.
Она перевернула его руку на бедре и вложила ожерелье ему в ладонь. Это не должно было удивлять, и все же он отстранился от украшения, которое лежало как свинец на его раскрытой ладони.
“Продолжай”, - подбодрила она. “Посмотри сам”.
“Посмотри на что? От подарка ты отказываешься? Я его видел. Я выбрал его в семейном магазине только на прошлой неделе ”.
“Итан”, - ее голос был мягким, привлекая его взгляд к себе. “Я не возвращаю это, потому что я этого не хочу. Это далеко не так. Но это не прилично. Я не могу принять подобный подарок от джентльмена и уж точно не могу его надеть.”