Нейросимбиоз. Побег (СИ)

«Знакомые запахи долгих ночей в компании Алекса и Юкио», — Казуки вдохнул полной грудью и позволил себе слегка улыбнуться.
Высокий и крепкий китаец повернулся и застыл на секунду. Но потом на лице Юкио расцвела искренняя улыбка, и он раскинул руки в стороны. Казуки не отставал, и они обнялись. Только получилось со стороны японца скомкано и сдержанно, в то время как Юкио жал рёбра со всей своей силы.
— Я смотрю, ты время зря не терял, — сказал Казуки, высвобождаясь из медвежьих объятий китайца. — И это за неделю всё…
— На самом деле Хиришира уже давно готовил этот комплекс. — Юкио взглянул через плечо.
«И получается, что ты об этом знал, мой недоговаривающий друг», — подумал Казуки. Он вырвался из медвежьей хватки китайца.
— Секундочку, вопрос решу. — Юкио повернулся к рабочим. — Да, в документации перепутали разметку шелкографии, так что первое посадочное место — это третье, и наоборот. Вроде больше нет таких явных ошибок.
— Спасибо, Юкио-сама! — Рабочие поклонились.
— Вот теперь можем разговаривать, друг мой. — Китаец приобнял за плечи Казуки, и они пошли вдоль сборочной линии.
— Смотрю, уже пользуешься авторитетом у своих людей. Когда назначение получил?
Юкио отвернулся в сторону, делая вид, что наблюдает за рабочими.
— В день смерти Алекса, — наконец бросил китаец.
— Вот оно как… — Казуки ещё раз взглянул на Юкио, и тот казался каменным.
«Как же хочется курить… И, как назло, тут негде», — подумал Казуки.
— Я не ожидал такого… Мы же только закончили прототип брони…
— У тебя там, — Казуки подтолкнул китайца в сторону офиса на балконе, — есть чем подкрепиться или выпить?
— Конечно, есть! Я главный конструктор на этом заводе! — Юкио выдохнул. — Но вот только повод не очень…
— Всё там расскажешь, — кивнул Казуки.
Казалось, что всё производство на мгновение замерло, но когда поднялись на лестницу офиса, то работа продолжилась.
Внутри всё было аскетично-корпоративно: стол с компьютером, диван, парочка шкафов, мини-холодильник и сейф. Казуки плюхнулся на диван, откинул голову на спинку и позволил себе немного расслабиться. На самую малость.
«Что же творится-то вокруг меня? Алекса убивают, Юкио ставят главным конструктором на проект, который разработал наш русский друг. Не удивлюсь, если Мисаки тоже куда-то прикрепили. Ведь она была наблюдателем Микишира, который находился в тесном доступе с объектом», — Казуки выхватил зажигалку и, словно в трансе, щёлкал крышкой с одной частотой.
— У тебя тут хоть можно закурить? — спросил он, поворачиваясь в сторону стола.
Широкая спина китайца затмевала открытый шкаф. Юкио развернулся и нажал какую-то кнопку под столом. Загудела вентиляция, и потянуло воздухом.
— Конечно. Но только я не курю. — После почёсывания головы он вытащил на свет запакованную бутылку.
Казуки кивнул, и тут же на столе появились два стакана. Юкио одними руками откупорил хикарумизу.
— Позёр, — сказал Казуки, закусывая сигаретку и поджигая.
По его телу распространилась расслабляющая волна, а затем взбодрился мозг, разгоняя намёки на усталость. Огонь больше не требовался, и Казуки спрятал зажигалку.
Приятно журчал хикарумизу, наливаемый в стакан. Юкио открыл холодильник и из встроенной морозилки достал специальными щипцами два кусочка льда. Блюм! Блюм! Юкио взял стаканы хикарумизу со льдом и один вручил Казуки, держа пальцами за верхнюю часть.
«Ещё теплый, но это быстро», — подметил Казуки и взболтнул разок по кругу.
Юкио сел на угол стола и приложил стакан ко лбу. Молчание. Каждый старался побыть в тишине, не тревожа покой другого.
«Кажется, его тоже сильно задело, — Казуки окинул взглядом китайца и затянулся. — Ноги скрещены, одной рукой подпирает грудь, другой прикладывает стакан ко лбу. Редко когда его увидишь в таком состоянии. Единственный раз такое было во время первого покушения на Алекса в императорском дворце».
Юкио встрепенулся, но его взгляд продолжал смотреть куда-то вдаль.
— Кхм, — китаец прочистил горло, расправил плечи, немного откинулся назад и опёрся свободной рукой на стол. — За Алекса!
 
Казуки поднял в воздух стакан вслед за Юкио.
— За Алекса! — повторил японец.
Они выпили по полстакана. Казуки посмотрел внутрь стакана — жидкость казалась ему слишком умиротворённой. На ней не осталось даже кругов, после того как он отпил.
«Алекс, Алекс… Тебя тут не хватает…» — японец затянулся.
— Ты какой-то странный. У тебя друг умер, а ты слишком спокойный, — сказал Казуки, выдыхая пар.
— Лучшие уходят первыми, — ответил Юкио, посмотрев в стакан на просвет. Коричневатый свет придавал его лицу одновременно печаль и зловещий вид.
«Да, Алекс действительно был лучшим. Только гений может разработать высокотехнологичную броню под японские компоненты за двенадцать недель. Не разработать, а адаптировать, но всё же. Потом ещё удачные показательные учения и бой перед императором. Но вот чего не делал Алекс, так это разработку маршрутной карты производства брони. Он заказывал все детали поштучно и компоновал вместе с Юкио», — Казуки покрутил лёд в запотевшем стакане.
— Столько народу в цехе, разные производственные участки, — заметил он, уперевшись взглядом в китайца. — Как ты управился за неделю?
— Эх-х-х… — вздохнул Юкио, затем отпил из стакана и поставил его на стол.
Китаец подошёл к панорамному окну и развернулся вполоборота к японцу. Казуки поднялся с мягчайшего дивана и встал рядом.
Юкио провёл рукой, указывая на всю ширину производства.
— Всё это тут только благодаря Алексу. Это его наследие! — Китаец стукнул кулаком по стеклу.
Глухой звук удара оказался чуть громче, чем надо, и ближайшие рабочие, которые собирали правую ногу брони, обернулись на непривычный шум. Мазнули взглядом по кабинету начальника и вернулись к своему делу.
— И я был рядом с ним, когда сделали первый прототип, — продолжил Юкио. — Каждый кусочек брони намертво отпечатался в моём сознании.
Китаец стукнул себя указательным пальцем по виску.
— Помню, помогал вам, но так ни черта не понял в разработке. Особенно когда вы приступили к созданию операционной системы. — Казуки стряхнул приличный кусок пепла на пол. — Когда будет готов первый образец в серии?
— Через три дня. Мы наполовину собрали экзоскелет, готова капсула и пластины брони. Ещё немного электроники не пришло. У нас тут работают в три смены некоторые.
— То-то у тебя диван удобный такой, — хмыкнул Казуки, затягиваясь. — Планируешь ночевать на производстве?
— Да. Всё ради блага Микишира, — сказал Юкио, выпрямляясь.
— Ради блага Микишира! — Казуки поднял стакан в тосте, осушил его и выкурил сигарету. — Где пепельница?
— Да ты в стакан туши, отдельной тары нет, к сожалению. — Юкио кивнул на руку Казуки.
Японец вдавил окурок в донышко стакана, и выделился едкий дымок, превращая смесь из элитного табака и хикарумизу в запах перегара. Казуки зашёл за стол и остановился.
На столешнице стояла фотография — селфи, сделанное Мисаки. Кроме девушки, там были ещё Юкио, Казуки и Алекс в броне. И всё это на фоне императорского сада.
«Буквально за час до отравления Алекса», — подумал Казуки, ставя стакан на стол.
Взгляд японца зацепился за лежавшую там же бумагу, на которой от руки было написано: «Сацукуро купили Алекса».
Казуки взял в руки фоторамку и скосил глаза на открытый кусочек текста: «Не кори себя за содеянное. Я тоже виновата в этом. Это я подлила яд в вино Алексу. Ты какое-то время тоже хотел занять место Алекса, понимаю. Больше не могу терпеть…»
Руки Казуки слегка задрожали.
— А когда это Мисаки успела распечатать фото? — Казуки поставил рамку на место. — Я до сих пор не понимаю, как она вообще пронесла телефон во дворец.
— Не знаю. — Юкио пожал плечами. — Она всегда что-то достаёт словно из ниоткуда.
— Это да, это да… — Казуки Такахаши посмотрел сквозь китайца, словно его взгляд был устремлён на тысячи километров дальше.