Нейросимбиоз. Побег (СИ)

— У вас можно заказать еду или в меню только закуски? — спросил я у бармена.
— Почему нельзя? — Тот явно удивился. — На кухне есть лапша.
— О, давайте. — Я обрадовался возможности поесть нормальную пищу, а не сухой паёк.
— Через десять минут будет. — Бармен вбил в компьютер заказ.
— Хорошо, мне тогда пока повторить. — Я указал на опустевший бокал.
В баре, кроме меня, никого не было. Оно и понятно: в будни днём никто особо надираться не любит. К счастью, мне пока финансовый вопрос не жмёт грузом на плечи. Я пригубил новую порцию и продолжил оглядываться.
Бар был небольшим. По-моему, такой формат японцы называют «изакай». Это бар, где готовят маленькие, но быстрые в приготовлении порции. Видимо, мой рамен — исключение из этих правил.
Помещение вытянутое. Параллельно барной стойке расположился ряд небольших столиков. Я же сидел на высоком барном стуле у стойки. Всё же я люблю, когда могу наблюдать за действиями бармена. Заодно перекинуться парой слов с ним.
Над потолком висят красные рисовые фонари. Почему-то японцы от них без ума.
Взгляд скользнул по часам над стойкой. Вроде бы прошло больше двух суток с попытки убить меня. Если бы я не встроил функцию дистанционного управления, то, скорее всего, был бы мёртв. А так я лежал в капсуле и дистанционно управлял кибернетическим костюмом. Интересно, откуда Джейн узнала о костюме? Хотя тут понятно: скорее всего, Анджи успешно добралась домой. Если это так, то это определённо хорошая новость. Но вот откуда Джейн взяла капсулу?
— Ваша лапша. — Меня отвлекли от размышлений тарелкой с едой. Аромат был столь силён, что у меня тут же началось слюноотделение. Ну или я действительно очень проголодался.
— Спасибо! — Я не стал терять время и взялся за палочки.
Лапша таяла во рту, сразу чувствуется, что делают её вручную. По факту это был обычный вок. Но блин, такой вкусный.
Кстати, я давно заметил, насколько японцы консервативны в плане еды. Мы находимся на другом континенте, за полмира от Японии, но даже тут вкус еды не изменён. Хотя, казалось бы, новое место, столько уникальных продуктов и специй. Но нет. Надо будет наведаться в ресторан местной кухни. Никогда не был в Африке. Ни в своём мире, ни в этом. Будем извлекать максимум пользы от ситуации. Что-то Си притихла.
— Да это так вкусно, что слов нет, — ИИ услышала, что я подумал о ней, и сразу отреагировала.
— Да, еда действительно вкусная. — Я кивнул. Плюс для девушки вкусы в новинку. Незаметно опустела тарелка.
— Будем что-то ещё заказывать? — спросил я у своей виртуальной спутницы.
— Конечно! — Та не подвела и начала перечислять, что хотела бы попробовать.
— А можно, пожалуйста, меню? — поднял я руку и попросил бармена.
— Конечно. Вот, держите. — Передо мной на стол опустился лист жёлтой бумаги. Весь лист был заполнен ровными рядами наименований. Лаконично и понятно.
Я принялся за его изучение. Си также нависла над столом
— Хочу вот это и это… — Си принялась подсвечивать мне наименования. Выделенные буквы начали светиться. Вот она, мощь имплантов.
— Деточка, а ты не лопнешь? — ехидно поинтересовался у неё.
— Я-то нет, а вот за тебя не отвечаю. — Си показала мне язык.
— Ах ты ж, жопа. — Я оценил подкол, после чего решил сделать заказ. Не всё, конечно, но начало будет положено.
— Я бы хотел…
Казуки Такахаши. Империя Восходящего Солнца, префектура Токио, город Токио, 19 января 2012 года
Туннель закончился так же резко, как и начался. Поезд синкансэн летел, преодолевая звуковой барьер. Маленькие домишки, дорожные мосты, реки и озёра сменяли друг друга один за другим, практически сливаясь в одно серо-зелёно-чёрное пятно.
Казуки повернул голову в сторону салона и потёр переносицу. Он развалился в кресле, постоянно открывая и закрывая металлическую зажигалку.
«От бессонной ночи глаза слипаются. Приеду и после проверки загляну в квартиру, проведаю Кышу. Автоматической поилки должно было хватить», — подумал Казуки.
 
Казалось, что он смотрит на переднее сиденье и что-то там видит, подмечает, но на самом деле перед ним была только синяя обивка подголовника с незамысловатым спиральным рисунком.
«Алекс… Во что же ты вляпался до нашей первой встречи? Уж не из-за этих ли вещей тебя убили? Но вот кто? По моим сведениям, это клан Сацукуро. Но если учесть слова Джейн, что не стоит сбрасывать со счетов мой клан — Микишира, то вырисовывается довольно скверная картина, в которую я отказываюсь верить», — Казуки захлопнул зажигалку со звонким щелчком и прислонился головой к окну.
Он прикрыл глаза, чтобы не мельтешила природа за стеклом.
«Если ещё раз прикинуть всё, что я узнал за пару дней, то получится следующая картина: полицейских попросили, причём это был приказ сверху, чтобы Алекса не трогали. Потом погоня. Боевиков наняли клановые, главное, теперь узнать какие. Засада, в которой участвовала вся группа, причём готовились они явно к броне Алекса. Иначе ракеты я никак объяснить не могу», — Казуки щёлкнул зажигалкой в руке.
«Убийство произошло на территории Сацукуро. Возможно, Сацукуро и наняли банду, но это не точно. Ещё есть слова Джейн о некоем Романове и о странных анализах тканей. Внутри костюма не обнаружено биологических следов Алекса или человека. Значит, образцы прислал наш клан, что, с одной стороны, логично, но, с другой, отдавать такие ценные данные в руки постороннего не очень уместно. Похоже на заметание следов: заткнуть пасть врачу с синдромом главного героя, показать его важность. Похоже, нужно задать пару вопросов главе Хиришире».
Поезд, казалось, летел над рельсами практически бесшумно. Плавность движения настораживала Казуки — открыл глаза и посмотрел в окно — там всё так же сливался пейзаж.
Он медленно водил глазами по салону: несколько семейных пар рядом возвращались домой. Усталые, но улыбающиеся до самых ушей. Но среди них затесался человек, который нет-нет да поглядывал на Казуки.
«Слежка. Кто на этот раз?» — подумал он и вновь прикрыл глаза.
«Впрочем, не важно, кто следит. Пускай, мне скрывать нечего. Я чист для стороннего наблюдателя, как моя честь. Хотя честь на самом деле требует, чтобы я разобрался со смертью Алекса. Ну ничего, поспрашиваю Хириширу, может быть, он что-то знает или ему донесли за это время информацию».
Казуки почувствовал, как съезжает немного вперёд — поезд тормозил. Токио появился внезапно среди размывавшихся пейзажей, становясь чётче с каждым сброшенным километром скорости.
Множество серых многоэтажек — без излишеств и украшений, как в Нагасаки. Всё-таки в рабочий район приезжает поезд. Но это сторона Токио, которую видит обычный человек.
Поезд остановился, и объявили, что выход — на правую сторону. Казуки в последний раз щёлкнул зажигалкой и положил её в левый нагрудный карман под пиджаком.
Он отряхнул невидимую пыль с костюма и расправил складки. Следящий за ним человек тоже встал. Казуки окинул его взглядом — серый костюм в клетку, на иностранный манер, да ничем не примечательное лицо.
«Таких любят отправлять следить», — подумал Казуки, выходя из вагона.
Токио встретил привычной упорядоченной суетой. Люди организованно выходили из синкансэна и шли строго вдоль разметки к выходу.
«После Нагасаки тут кажется, что слишком мало рекламы. Вот на этом клочке туннеля уже разместили бы рекламу двух баров, парочки казино да ещё афишу кино. В Токио — пусто. Только голые стены со свежей краской», — подумал Казуки.
Он обернулся и на соседнем эскалаторе заметил наблюдателя. Казуки кивнул ему, а тот отвернулся.
Токио. Блестящий стеклянными зданиями внутри и обитый коконом из грубых рабочих многоэтажек снаружи. Иногда просачивались на свет дворцовые и храмовые комплексы да частные одноэтажные районы.
Казуки уже ждали. Клановая бронированная машина. Из неё вышли двое мужчин в костюмах и глубоко поклонились. Казуки ответил им кивком. Затем один открыл заднюю дверь перед Казуки, а второй сел в водительское кресло.