Нейросимбиоз. Побег (СИ)

— Добрый вечер, Отсуки Томоки… — врач запнулся, явно не зная, как правильно обратиться к ней.
— Можно просто Отсуки, Хидэтаки-кун, — разрешила ситуацию Джейн.
Патологоанатом расплылся в улыбке. Всё его внимание было приковано к спутнице-журналистке. Даже когда пришёл тот европеец, поставил бокалы и налил в них красного вина, Хидэтаки не заметил ничего.
Джейн взяла в руки бокал, немного взболтала напиток, чтобы посмотреть на стекающие по стеклу маслянистые разводы, затем она принюхалась к содержимому и, не обнаружив лишних запахов, только потом сделала один маленький глоток, пробуя вино на вкус. Девушка поставила бокал на стол, провела пальцем по хрустальной каёмке.
Хидэтаки вздрогнул, словно очнулся от транса, и сфокусировался на Джейн.
— Что… вы желаете отведать, Отсуки-сан? — с запинкой проговорил патологоанатом.
— На твой вкус, Хидэтаки-кун. — Джейн улыбнулась и поставила стакан на стол.
Японец поднял руку, и через мгновение у стола материализовался европеец.
— Питер, будьте добры, пасту нам да салат «Бруто», чтобы утолить первый голод.
Портье молча кивнул и удалился.
— Знаете, а это был владелец «Роскоши сакуры». — Хидэтаки повернулся к окну. — Не знаю, почему он обслуживает зал…
— Может, ему нравится это делать? — предположила Джейн.
«Ага, как же, нравится. Тут половина посетителей может одним звонком лишить всех финансов, а вторая — разрушить здание. Неудивительно, что он так печётся, но что-то в его поведении есть интригующее. Мало кому из не-азиатов дают возможность здесь владеть собственностью».
— Какой прекрасный вид, — сказал Хидэтаки, кивнув в сторону.
Джейн повернулась в сторону взгляда собеседника. Похоже, они сидели практически рядом с углом здания, где висела золотая сакура. Одна маленькая улочка из домов разных стилей — Европейского союза, Османской империи, исконно японских, даже парочка китайских фасадов затесалась — плавно перетекала в ту большую, по которой приехала Джейн. Если посмотреть строго по направлению широкой улицы, то вдалеке можно увидеть море.
— О да. — Джейн отпила из бокала.
Хидэтаки повернулся к девушке, выпрямился, его скулы немного заострились — он приготовился к битве.
— Так что вы хотели узнать, Отсуки-сан? — врач перешёл к делу.
— Всё то же, что и утром. — Джейн достала из сумочки блокнот с ручкой и наклонилась так, чтобы декольте было хорошо видно. — Огромный пожар, столкновение банд — все дела.
Патологоанатом оглядел зал позади девушки, вздохнул и придвинулся.
— Отсуки-сан, вы же понимаете, что это конфиденциальная информация? — спросил он, словно ища поддержки.
— Хидэтаки-кун, я бы всё равно выяснила про эту ситуацию что угодно, но вот сейчас предпочту провести время в твоей приятной компании, чем в обществе мужланов из полиции. Ты хотя бы один, хе.
— Кхм, — Хидэтаки отвёл взгляд, и его щеки заалели. — Вчера состоялась необычная перестрелка…
На столе появился салат «Бруто» — нарезанный кубиками греческий сыр, оливки, огурцы и помидоры с приправами. Бокалы с вином вновь наполнились до стандартного уровня в полстакана, и хозяин «Роскошной сакуры» удалился.
«Бр-р-р. Этому портье-хозяину надо работать в разведке. Слишком тихо он ходит. Да и европейские приборы тут вместо палочек…» — подумала Джейн, накалывая сыр на вилку.
— Начнём с того, что не осталось трупов, только выжженные очертания тел. Огонь был такой мощи, что мог сравниться, наверное, с ядерной бомбой, которую мы сбросили на австралийский Перл-Харбор, если не похлеще. — Хидэтаки продолжал смотреть в сторону. — Хотя я не эксперт в бомбах, но тут поработала мощная штучка. Однако! Железный доспех — единственное, что осталось от нападавшего. Надо же, выйти против пятнадцати обученных людей и испариться внутри самой технологичной брони. Тут что-то не сходится.
— А что за броня такая? — спросила Джейн, отставив от себя салат.
Хидэтаки повернулся к девушке, сузил глаза, глубоко вздохнул и продолжил:
— Ох, Отсуки-сан, не знаете вы меру…
— О, я прекрасно знаю её. Поэтому я тут, а не за теми, — лёгкий кивок в сторону основного зала, — столами.
 
— Раз уж вы так уверены… Это была новейшая разработка клана Микишира. — Врач сделал хороший глоток вина и сразу же закусил огурчиком из салата. — Вот только там были ещё наблюдатели от Сацукуро…
Джейн сделала пару пометок в блокноте и принялась дальше за салат: кусочек за кусочком, медленно и не спеша. Хидэтаки же гонял в салатнице несчастный помидор, который не желал накалываться на вилку.
«Очень долго собирается с мыслями. Его там запугали, что ли?»
Девушка отложила вилку и вытянула руку, поманив кончиками пальцев к себе. Врач аккуратно протянул ей свободную руку и вложил в ладонь к Джейн. Та схватила и легонько сжала сухую и мягкую кисть.
— Я не буду упоминать источник и максимально обезличенно преподнесу статью, — сказала она, поглаживая большим пальцем ладонь Хидэтаки.
— Простите, что сбился, дело оказалось серьёзней, чем казалось раньше. Стоило только подумать над ним внимательней… Эх… — Патологоанатом вздохнул и наколол помидор. — Дело в том, что клан Сацукуро тут замешан. Как минимум та стройка, на которой был пожар, ну и ещё добрая половина квартала сверху — всё это принадлежит им. Со стороны Микишира был экспериментальный образец нового вооружения и новой брони, которую одобрил лично император.
«Поразительно, сколько подробностей он знает. Броня, одобренная императором… Только верхушки кланов да военные и конструкторские элиты знают о ней. Возможно, наблюдатель от Микишира не сдержался и сболтнул лишнего?»
Джейн продолжала гладить большим пальцем ладонь врача.
— Продолжай, Хидэтаки-кун.
— От тел, кроме пепла, ничего не осталось. Но вот в чём проблема: никаких следов органики внутри костюма не было. Ни пепла, ни следов жира, ни волосинки. Ни-че-го. Словно свежий телефон, который сошёл с автоматического конвейера.
— Как это так? Если там внутри ничего, то как велась перестрелка? С кем?
— Либо там никого не было внутри, либо каким-то образом неизвестный сбежал и подчистил так за собой следы. Но люди клана Микишира мне тонко намекнули, что лучше не копать туда, куда не следует. А Сацукуро, наоборот, посоветовали побольше узнать. Это, конечно, тёрки между кланами, и я не хочу встревать туда…
— Но от тебя требуют в итоге оба клана?
— Да. — Хидэтаки прервался на салат и продолжил после того, как съел весь. — Из клана Сацукуро поступило предложение изъять броню, но я отказал — вещдок. Да и, опять-таки, Микишира тоже требует броню.
— Может, наблюдатели что-то интересное между собой обсуждали?
— Вроде нет. Хотя…
Хозяин заведения принёс пасту и убрал всё лишнее, словно взмах руки — и всё пропало. От тарелок исходил безумно будоражащий аромат: свежайший базилик смешивался с кислинкой томата и хлебной текстурой пасты, а запах обжаренного мяса заставлял выделиться слюну у обоих собеседников.
Каждый ополовинил тарелку, и образовалась неловкая тишина. Хидэтаки поднял бокал с вином, и Джейн ответила — чокнулась со звоном.
— Хидэтаки-кун, ты сказал, что у каждого клана есть интерес, но не говорил про свой. — Джейн поправила локоны, показывая запястье, и немного подалась вперёд. — Так что скажешь?
— Отсуки-сан, вы точно безбашенная, — заметил врач. Он выпил залпом оставшееся вино и продолжил: — Мой интерес — это не допустить очередной войны кланов. Они здесь делают что хотят — свободная экономическая зона, видите ли! И я могу хоть немного, но внести свою долю в спокойствие этого города.
«Надо же, печется о городе, идеалист, что ли?» — подумала Джейн.
— И часто восстанавливаешь баланс?
— О, поверьте, настолько часто, насколько привозят тела в морг. Каждый раз мне приходится распутывать все перипетии, в которые вляпался несчастный. Каждый раз просчитывать последствия действий умершего. Кому принадлежал? Где он умер и на чьей территории? От кого? Я каждый раз задаюсь этими вопросами, чтобы минимизировать ущерб города.