Наследие белого дракона (СИ)

— Я сам решу, что мне делать с моим заключённым, Грувия, — отрезал мужчина. — Если тебя это утешит, то через день к нему пускают мальчишку из Древесного Дома, он сам вызвался.
Я услышала облегчённый выдох, и тоже порадовалась за Рина.
— Как успехи? Тебе ведь должны докладывать?
— Рыжие.
За дверью опять воцарилось молчание. И длилось, пока Кайонел не добавил:
— Его крылья. Они рыжие.
Я ахнула и тут же прижала руку ко рту, боясь быть пойманной за подслушиванием. Крылья! Настоящие крылья у Рина?!
Услышав шум за дверью, я тут же отошла от стены и шмыгнула за угол, чтобы тут же шикнуть на удивлённого стражника. Он как раз шёл по коридору и нахмурился, когда я едва не врезалась в него.
— Дяденька, вы туда? Идите быстрее, пожалуйста! — зашептала я, косясь в сторону. Сейчас важнее было убраться отсюда побыстрее и не попасться на глаза дракону. Комната, комната, закроюсь в комнате! Я кинулась дальше по коридору, поторопив напоследок озадаченного мужчину, и закусила губу, когда сзади послышался какой-то шум.
Резко завернула за новый угол — благо, в огромном замке их было предостаточно — и влетела в первую попавшуюся дверь, стараясь громко не топать. До моей комнаты, даже если постараться и каким-то чудом отрастить крылья, как это сделал Рин, оставалось добираться не меньше пяти минут.
В нос тут же ударил сладковатый запах, и я нахмурилась, когда поняла, куда забрела. Здесь Лора оставляла всякие саженцы для своего сада, а ещё приносила растения, которые по каким-то причинам не любили солнечный свет. Некоторые служанка прикладывала к моим синякам, если мне не повезло упасть на каменный пол замка. Всё проходило почти моментально. А другие и вовсе были ядовитыми, и Лора строжайше запретила мне к ним приближаться.
Когда глаза привыкли к темноте, я прошла вперёд, стараясь не опрокинуть никакой горшок. И тут же заползла под ветви растения, когда в коридоре послышались глухие шаги. Затаила дыхание и отодвинула от лица зелёный пахучий листик, чтобы в следующую секунду чихнуть, едва успев с силой зажать себе рот. Ну вот! Звук был похож на мышиный писк, но шаги в коридоре всё равно затихли.
Когда дверь отворилась, пуская кого-то внутрь, лучик света пробрался в комнату и осветил сжавшуюся в углу курицу. Марта! Я была так удивлена нашедшейся пропаже, что даже не успела посмотреть, кто вошел. А уже в следующее мгновение дверь захлопнулась, и свет вновь исчез. Марта только и успела кудахтнуть и вильнуть шеей, прозвенев украшениями. Вот же проворная курица! И как её сюда занесло? На миг проскочила мысль, что здесь её заточила сама Лора, которой надоело издевательство Марты над её растениями в саду. Здешние себя в обиду точно не дали бы…
Но как бы то ни было, сейчас её появление было мне на руку.
Я закусила губу, когда вошедший протопал в середину комнаты. За листьями было почти ничего не видно, но я услышала звяканье украшений Марты. Следом послышалось недовольное кудахтанье, и я бы точно вздохнула с облегчением, но нос вновь стал щекотать странный запах растения… Я зажала рот и нос ладонью, чтобы вновь не чихнуть, и сморгнула выступившие слёзы.
Вошедший протопал к двери, когда сил терпеть больше не было. Сердце колотилось в груди как бешеное, и я едва не заскулила, почувствовав, как растение щекочет лоб. Так, что хотелось хихикать. И выдохнула, услышав спасительный хлопок двери. От сладковатого запаха кружилась голова, я вытерла глаза рукавом платья, а потом постаралась отодвинуть от лица колючие листики и наконец громко чихнула, закряхтев от облегчения.
— Какое блаженство, Марта, — прошептала я, утирая нос рукавом платья.
А потом увидела, как что-то вспыхнуло совсем рядом, напротив растения. Прищурилась, подумав, что это играют камни в украшениях курицы. Два красных огонька. Я снимала драгоценности каждый раз, как видела, но кто-то из слуг вновь и вновь вешал на неё всякие побрякушки.
Я отодвинула стебли, пологом закрывающие меня от всей остальной комнаты и отгораживающие от огоньков. А потом истошно завизжала, схватившись за сердце, когда привыкшие к темноте глаза наконец дали мне собрать картинку.
 
Не украшения на курице, а два драконьих глаза с вспыхнувшим в них пламенем. С вертикальным зрачком. Прямо напротив.
Кайонел присел на корточки и наклонил голову, заглядывая под растение и рассматривая мою скрючившуюся возле горшка фигуру:
— Вылезай.
  
Глава 7. Экторнов ладор и стёртые границы
 
Голос звучал глухо и далеко. Он был не здесь и принадлежал лишь тени в комнате. Его обладатель был где−то далеко, где−то, куда мне ни за что не попасть. Быть может, он был во сне?
Голова кружилась, во рту пересохло, и я зачем-то забилась под растение ещё сильнее. Икнула. И ещё раз. Ещё. Набрала в грудь побольше воздуха, чтобы задержать дыхание и покончить с этим позором, но вместо ожидаемого эффекта лишь громко чихнула, ударяясь головой об горшок. Горло защекотало, а внутри стало очень тепло.
— Что ты там делаешь?
— Прячусь, — зачем-то ответила я, а потом глупо хихикнула, удобно облокачиваясь на ствол растения.
— От кого? — поинтересовался дракон.
— От Марты.
— Что?
— Что?
Дракон тяжело вздохнул, а потом тронул пальцами листья растения, на которое я так удобно облокотилась, и потер пальцами. На лбу его образовалась складка.
— Кто такая Марта?
— Моя курочка, господин дракон, — сказала я и сладко зевнула, а потом почувствовала, как губы растягивает улыбка. Больше не было страшно. Не хотелось в свою комнату. Хотелось нежиться здесь и никуда больше не уходить. — Дракон может покатать на спине придворную курочку, увешанную драгоценностями?
Повисло молчание, и я снова захихикала, а потом отодвинула листья и посмотрела на Кайонела, всё так же сидящего на корточках. Я восхищённо ахнула, а потом поползла к нему, не сводя глаз с его шеи. Если залезть на неё сейчас, то можно будет рассказать друзьям, что я каталась на драконе. Только если он резко не встанет… Нет, не уйдёт. Решимость загорелась в моей голове, но вспыхнувший свет заставил остановиться и прищуриться.
— Мать моя Праматерь….
Голос нэс! Я усмехнулась и посмотрела вверх. Драконица округлила свои красные глаза, таращась на меня, выползающую на корячках из-под растения. И я даже знаю, что было сейчас у неё в голове.
— А я и не леди, — фыркнула я и продолжила ползти вперёд, пока не уперлась руками в колени Кайонела. Улыбнулась и обвила руками его шею, пока дракон не двигался и лишь наблюдал. — И никакая не нэсса. Скоро у меня побег, а никто так и не позволил делать мне горшки! Разве это справедливо? И я так и не покаталась на драконе.
В глазах Кайонела вновь вспыхнул огонь, пока я обиженно надувала щеки и вешалась на его шею, думая, как бы получше на неё залезть. Может, нэс Грувия могла бы подсадить меня?
— Значит, хочешь покататься перед побегом? — не голос, а глухое рычание. Ну точно как у дракона! Я счастливо засмеялась и прильнула к нему, почувствовав морозное покалывание на коже.
— Кай… Это экторнов ладор, она надышалась им, пока была тут? Как она вообще здесь оказалась?!
— Пряталась от курицы.
— Что?!
Дракон усмехнулся и встал, легко подхватывая меня на руки. Покалывание усилилось, и я блаженно прикрыла глаза, вдыхая его запах. Кожа и металл. А ещё этот странный темно-фиолетовый туман, окутывающий с ног до головы… Покалывание никуда не делось, и теперь вместе с кожей щекотало ещё и внутри живота. Приятно.
— Нужно привести её в чувство, — обеспокоено бормотала драконица, пока Кайонел нёс меня куда-то. Ничего никому не нужно приводить. Мне и так было хорошо. — Лора! Найдите Лору и пусть она даст ей что-то, что нейтрализует действие растения, сейчас же!
Вокруг послышался топот и уже знакомые голоса слуг.
— Вы иногда такая злая, нэс! — протянула я с укором, приподнимая голову и облокачиваясь на твёрдые руки Кайонела. — Строгая, хоть и бабушка. А все бабульки добрые, нэс Грувия, чтоб вы знали. Да-да, Лора рассказала мне, что вы уже старушка, хоть и неплохо сохранились.