Мятежница и менталист (СИ)

  
Эль Бланк Мятежница и менталист
   
Пролог
 
— Сегодня, четвёртого июня две тысячи четыреста сорок второго года по земному летоисчислению, я Карина Азовская, внештатный корреспондент независимого информационного канала “Равновесие”, веду эксклюзивный репортаж из района боевых действий. Мы находимся в трёх километрах от поселения Кварцит Марсианской колонии, и на наших глазах разворачивается противостояние между силами Земной Федерации и самой крупной на Марсе группировкой Сопротивления.
В небе — багрово-красном, мрачном и неспокойном, где на самом горизонте маленьким блeклым диском светило далёкое Солнце — прямо над моей головой проносились плазменные разряды. Озаряли пространство тревожно яркими всполохами, наполняли гулом и свистом, заставляли воздух дрожать, землю вибрировать от ударов, а меня напрягаться и втягивать голову в плечи. Не только потому, что это придаёт репортажу реалистичности и даёт зрителям почувствовать уровень опасности. Здесь, под обстрелом, на самом деле жутко…
— Вступившее в бой формирование повстанцев по данным неофициальных источников насчитывает три десятка единиц бронетехники и около пятисот человек живой силы. Достаточно ли этого, чтобы одержать победу? Возможно, если выбрать правильную позицию для атаки… Мой оператор сейчас покажет вам расстановку сил.
Зелина, всё это время профессионально удерживающая меня в фокусе наручной камеры, медленно развернулась. Голокартинка, которую транслировал наш портативный вильюрер, сделала доступной для зрителей холмистую долину, состоящую из оранжево-красных песчано-каменных дюн, испещрённую взрывами. А на ней, укрытые сверкающими голубыми щитами, отражающими прямые попадания плазменных лучей, демонстративно нагло надвигались бронированные транспортники.
Похожие на рогатых черепах, они неторопливо ползли, то поднимаясь, то исчезая в провалах между барханами. Периодически останавливались и выстреливали в воздух плазменными разрядами. Рядом с ними, укрытые всё теми же щитами, шли облачённые в экзоскелеты пехотинцы. Из-за дальности в деталях рассмотреть происходящее, не применяя увеличитель, было сложно, а в нашем распоряжении был лишь минимум оборудования, потому пришлось делать акцент на динамике новостного сюжета.
— Повстанцы перешли в активное наступление, — пояснила я зрителям, торопливо перемещаясь так, чтобы оказаться в поле зрения камеры на фоне техники. — Их цель — промышленная зона, контроль над которой имеет стратегически важное значение. Эта территория до настоящего времени оставалась лояльна Земле. Её охрану обеспечивает штатный гарнизон вооружённых сил Федерации.
И снова Зелина развернулась. На этот раз в фокусе оказались разрозненные отряды федералов, сгруппировавшиеся вокруг пяти расположенных по кругу магнитосферных вышек. Две из них, уже повреждённые, искрили и опасно кренились. Оставшиеся три держались, но явно работали на пределе мощности, формируя электромагнитный купол, закрывающий эту территорию от космического излучения. Невысокие корпуса завода и складов едва умещались внутри этого крошечного островка безопасности. Однако и эта защита грозила превратиться в ничто, потому что укрывающее поселение поле отчаянно полыхало зелёными зарницами сияния, с трудом сдерживая бомбардирующие атмосферу частицы солнечного ветра.
— Солнечная активность, к сожалению, в этот период необычайно высока. Три вспышки в короносфере, которые произошли шесть дней назад, до сих пор отражаются на всех наших колониях в Сол… нечной системе…
Заканчивать фразу мне пришлось пригнувшись и прерывисто, потому что, разорвав воздух, совсем рядом пронёся очередной разряд. Озарил местность огненным заревом, ударив в ближайшую к нам дюну.
Горячий воздух — сухой и пыльный — окутал нас дымной завесой, лишая обзора. Мелкие камни барабанной дробью застучали по валунам, смертельным дождём падая с неба.
— Может хватит? — отрывисто бросила Зелина, с опаской присматриваясь к сгорающим в поле защищающего нас микрокупола частицам. — Прямого попадания портативный экран не выдержит.
 
— Мы не закончили съёмку! — зашипела я, поднимаясь на ноги. Поправила волосы, одёрнула короткую курточку, дождалась появления символа начала записи и продолжила: — Намерение повстанцев разрушить вышки налицо. Методы, которыми они пользуются, чтобы захватить Кварцит и получить контроль над прилегающей территорией, не отличаются гуманностью и грозят серьёзными последствиями для всех, кто находится в поселении. Отсутствие защитного купола лишит людей возможности жить и работать в этом районе. Однако, мятежники готовы действовать в ущерб самим себе, лишь бы федералы покинули Марс и оставили колонию, признав за ней право на независимость.
Очередной залп подтвердил сказанное. На этот раз попадание оказалось точным — ещё одна вышка выбросила в багровое небо золотистую молнию и обуглилась. Закладывая уши, воздух распорол громовой раскат. Стих, сменяясь нарастающим свистом и низким гулом.
Оглушённая, я невольно оглянулась, заметив, насколько близко к нам за эти минуты оказались повстанцы. Не самая высокая скорость их приближения была обманчивой.
Меня это ничуть не встревожило и не напугало. Журналисты — нейтральная сторона. Неприкосновенная. Если пострадаем, то исключительно по собственной неосторожности или роковому стечению обстоятельств. Мы для всех “невидимки”. Никто представителей прессы не тронет.
Так и вышло. Один из бронетранспортёров, движущийся прямо на нас, свернул в сторону, объезжая. Шагающий следом за ним закованный в каркас экзоскелета мужчина помахал мне ковшеобразной механической рукой. В ответ я ему улыбнулась, поблагодарив за оказанное внимание. Проводив глазами удаляющуюся колонну, кивнула Зелине, дав знак снова включить камеру, и продолжила репортаж:
— Насколько я вижу, в рядах повстанцев потерь нет. Их техника исправна и справляется со своими функциями, защищая мятежников. Что происходит в отрядах сил Федерации и насколько критична там ситуация, пока неясно, но я попробую выяснить…
— Куда?! — возмутилась Зелина, когда я, подхватив брошенную на песок сумку с вильюрером и портативным генератором защитного поля, принялась штурмовать соседнюю возвышенность, чтобы увеличить площадь обзора.
— Мы обязаны донести до зрителей объективную реальность. Журналист не имеет права не осветить происходящее со всех сторон. Любой ценой!
— Выслуживаешься, — буркнула Зелина, карабкаясь следом. — Думаешь, тебя сразу в штат канала зачислят, если если будешь пахать как проклятая на этой работе? Наивная!
— Ничего такого не думаю! — вспыхнула я, негодуя на несправедливое обвинение в предвзятости и излишней амбициозности. — Для меня верность журналистскому кодексу превыше всего!
— Ну-ну, — скептически протянула помощница. — Надолго ли твоей “верности” хватит, когда первый гонорар получишь? Он же для репортёров-новичков, да ещё и внештатников совсем ничтожный. Хоть в самое пекло лезь… Чёрт!
Она выругалась, оступившись на камне, упала и уткнулась носом в песок.
— Давай руку! — Я остановилась и оглянулась, чтобы помочь, но оператор лишь отмахнулась, буркнув: “Отстань, сама справлюсь”.
Настаивать я не стала — нет так нет, моё дело предложить. И без того подъём оказался нелёгким. Песок тёк под ногами словно вода, а оказывающиеся под ним камни, за которые приходилось хвататься, норовили острыми гранями рассечь одежду, а то и незащищенную кожу.
Сообразив, что напрасно поторопилась и незачем наплевательски относиться к своей безопасности, я остановилась на склоне, так и не добравшись до вершины. Раскрыв сумку, отыскала в ней перчатки и принялась надевать. Зелина, которая свои не снимала, дожидаться меня не стала, покосилась, хмыкнула и полезла первой.
К проблемной теме она решила не возвращаться. Вот только я возникший между нами конфликт выбросить из головы не смогла. И обвиняющие слова сами сорвались с губ и унеслись вслед поднимающейся всё выше девушке.