Карающий орден (СИ)
- Нет, мы не кочуем. В этом нет необходимости, - нехотя призналась Лантея. - У нас небольшие города, и если не знать, где они расположены, то вряд ли когда-нибудь удастся на них случайно наткнуться.
- Ваша магия настолько могущественна, что позволяет возводить целые города из песка и скрывать их?
- А что тебя смущает? Я слышала, что люди тоже когда-то творили сложные заклинания, но теперь вы лишены этой силы.
Девушка накинула на голову капюшон плаща, пряча лицо от яркого солнца, которое проникало сквозь высокие ели своими полупрозрачными обжигающими лучами.
- Это правда. Наш бог уснул и забрал с собой дар магии. Говорят, перед этим он пообещал пробудиться однажды, но уже почти три сотни лет прошло, так что я, если честно, не особенно верю в его возвращение, - неспешно проговорил профессор, закрепляя косу кожаным шнурком и поправляя воротник кафтана. - Я, как и все ныне живущие залмарцы, был рожден уже в ту эпоху, когда в Залмар-Афи не осталось людей, помнивших как создавать заклинания. Поэтому лично для меня это не особенная потеря, и, мягко говоря, мне все равно - вернется магия к людям когда-нибудь или нет.
- Неужели совсем не хочется ощутить, каково это - управлять энергией?
- Исключительно ради научного интереса.
- Ха. Другого ответа быть и не могло, - усмехнулась Лантея и тяжело вздохнула. - А мне вот кажется, если бы я так во мгновение ока лишилась магии, то это был бы очень тяжелый удар... Эта энергия с рождения пронизывает меня, как тепло, я ощущаю ее всем телом, чувствую пеленой на коже и огнем в крови. И творить магию для меня так же легко и естественно, как думать или дышать. Не представляю себе, что за жизнь может быть без магии.
- Ну, вполне обычная и не самая дурная.
- А что вы умели делать до того... ну... как ваш бог уснул?
- Насколько я знаю, люди направляли свою энергию на защиту. Они уплотняли ее до такого состояния, что энергетические купола и щиты выдерживали не только напор чужой магии, но и не пропускали сквозь себя любую физическую силу, с какой бы стороны она ни была направлена - извне или изнутри. Поэтому в свое время Залмар-Афи и вел войну с империей Ис на равных.
- А теперь?
- А теперь мы держимся на ногах лишь благодаря союзу с Гнездами гарпий и просто забрасываем ифритов пушечным мясом, пока птицы выплетают свои воздушные магические потоки. Но хрена с два кто это признает в открытую!..
Голос Аша был полон затаенной горечи.
- Владыке не очень-то выгодно говорить правду, иначе люди бы просто отказывались идти на войну. Вот жрецы и кричат на всех улицах, что мы успешно тесним имперцев день ото дня и скоро перейдем реку Локу, захватив ключевую точку - ифритскую крепость Нертус... Все это, конечно, бред собачий, но народ верит.
Лантея ничего не ответила профессору. Она плохо разбиралась в войне с империей и еще хуже знала географические названия, хоть и надеялась когда-нибудь полноценно заняться изучением этой темы. Поэтому раздражение Ашарха было для нее непонятным - это была чуждая ей война.
Ельник постепенно редел: высокие темно-зеленые деревья расступались, пропуская сквозь свои ветви все больше солнечного света. Вскоре на смену разлапистым елям пришли молодые стройные сосны, которые взмывали к самым облакам, щекоча голубое небо своими верхушками. Шершавые стволы были облеплены слоями густого мха, а под копытами вороного жеребца приятно хрустел ковер из игл и веточек.
Ашарх любовался чарующими пейзажами, столь разительно отличавшимися от улиц Италана, давно превратившихся в настоящие сточные канавы. Он много лет не выбирался из города, погруженный в дела академии, и красота леса действовала на него умиротворяюще, прогоняя все дурные мысли. Искренне наслаждаясь тишиной и прохладой хвойного леса, Ашарх на какое-то время даже представил, будто он просто совершал приятную конную прогулку по густому парку или роще. И на одно мгновение ему удалось забыть обо всех проблемах, тянувшихся за ним от Италана и о своевольной спутнице, которой спокойно не сиделось за спиной профессора. Лантея постоянно елозила в седле и наконец ткнула преподавателя в плечо, привлекая его внимание:
- Так есть хочется... У тебя есть какая-нибудь еда? Кажется, вчера в саду ты набрал яблок.
Выудив из кармана румяное и слегка побитое яблоко, Аш деликатно обтер его о свой кафтан и передал спутнице.
- На самом деле, не уверен, что мы сумеем добраться до Зинагара на одних только фруктах. Тем более, что у меня их не бесконечный запас, - заметил профессор.
- У меня где-то на дне сумки есть небольшой кусок сыра. Но вряд ли это сильно исправит положение, - сказала Лантея, пожав плечами, и принялась за яблоко.
- Хорошо было бы разжиться где-нибудь по дороге едой. Хотя на крайний случай можем сварить лесные грибы, теперь-то у нас есть котел.
- Разжиться можно только в каком-нибудь селе. Но на это нужны деньги, а у меня, как и у тебя, их отобрали Сыны сразу же по прибытии в караульный дом. Ни полквика не оставили, сволочи...
- А зачем им оставлять тебе деньги? Сама подумай, из казематов ты бы выбралась, дай Залмар, в телеге для трупов. Ну, а, как известно, мертвецы кошелей не носят и претензий не имеют.
Жуя сладкое яблоко, Лантея пару минут мрачно осматривала сосновый бор, по которому они ехали. Ее явно терзали какие-то тяжелые мысли, и, наконец, осмелев, она решилась их озвучить:
- Все же, я не могу понять кое-что по поводу этих проклятых тьмой Сынов. Вчера я успела погулять по столице, пусть и совсем немного. И на улицах было множество иноземцев: гоблины торговали с прилавков, общались с людьми, а некоторые гарпии даже носили военную форму... Если эти Сыны Залмара преследуют всех чужаков, то почему есть те, кто так спокойно ходят по Италану? И почему их орден не трогает?
- Как бы тебе объяснить... Сыны следят за всеми в Залмар-Афи. Поэтому так поощряются доносы, и для каждого залмарца выдать язычника или чужака - это норма. Никто не может избежать внимания двенадцатого ордена, - объяснил Ашарх, рукой прикрывая глаза от яркого солнца.