Детище - 2 (СИ)
Пётр, конечно, не рассмеялся, но достаточно широко улыбнулся. Оба понимали, что претенденты на руки Марии и Анастасии видят лишь деньги и власть. А уж разговоры о том, чтобы захомутать Михаила Гладышева постоянны, как переменная Планка.
— Хорошо хоть старший поставил нас с супругой перед фактом и снял эту обузу выбора, — добавил король.
Русский государь не стал углубляться в предположения вслух, но со своей женой они уже обсуждали вероятный брак между Мишелем и Мари. В крайнем случае, помолвку. Хотя оба понимали, что скандал будет неимоверный, если принц императорского уровня сочетается браком с худородной дворянкой, пусть и нынешней принцессой. Увы, но связь с сильным Старкширом важна ради государственных интересов. Да и доверять родственникам царь не мог, зная их натуру. Уж лучше, если практичный и расчётливый монарх, создавший сильную страну буквально из ничего, будет негласно руководить Россией. Другое дело, что Александру Третьему неведома личная неприязнь бывшего бомжа к роду Романовых и никогда, ни при каких условиях, Пётр не даст добро на брак по расчёту.
Отпраздновав в Ольденбурге победу над турками, семейство Романовых отправилось восвояси к своему печальному будущему. Туда, где родные братья, предвидя скорую смерть Александра Третьего, уже строили планы по созданию Регентского Совета и перехвату власти. А король Пётр Первый занялся обсуждением планов по всем этим Рейнланд-Пфальцам, Саарам и прочим Вюртембург-Баденам.
Правительство де Фрейсине пало, но Лафарг нисколько не приблизился к креслу премьер-министра, несмотря на мощную народную поддержку. Всё-таки слишком много мелких буржуа имелось во Франции, которые противились пролетарскому управлению. На скорую руку к власти пришёл оппортунист Лубе и создал самый разнородный кабинет в истории великой державы. От раскола Францию спасало лишь то, что сепаратизм довлел над умами там, где преобладало немецкое население. И если в Лотарингии находилась целая армия, что не давало особо митинговать, то в Сааре и Пфальце пока никаких вооружённых французов, за исключением жандармерии, не наблюдалось.
В Бадене и Вюртембурге началась мобилизация, сразу же после ухода Баварии. Плюс, какие-то неведомые помощники готовили народ к партизанской войне. Полиция просто оказалась бессильна, да и не особо старалась "выявлять и наказывать". То ли сверху получили негласные указания, то ли самолично саботировали собственную деятельность? Поди разбери в суматохе и хаосе предвоенной ситуации. Семь бригад, вернувшихся с Дарданельской войны гвардейцев Старкшира, рассредоточились вдоль границы. На всякий случай, чтобы потом не запутаться в спешке в трёх соснах. Ещё три бригады ввели в ту часть Гессена, которая находилась за Рейном и водной границы не имела. Впрочем бетонные блокпосты были уже построены и готовы к употреблению.
Приятные новости о безостановочном строительстве Панамского канала нисколько не смягчили напряжение. Зато типажи солдат армии вторжения вызывали опасения. Действительно какие-то совсем отмороженные люмпены и маргиналы превалировали. Хорошо, если всем кагалом пойдут немцев завоёвывать, а если… Более чем стотысячная армия может и в другую сторону двинуться, например в Бургундию и Франш-Конте. Богатые регионы, как-никак, а завоеватели-освободители — поголовные нищеброды, живущие одним днём. Здоровые на голову силы старались быть подальше от властей в последние годы напряжённой внутриполитической обстановки, подогреваемой откуда-то извне. А популисты и горлодёры действовали одномоментно, не задумываясь о последствиях.
Третья республика излишне демократизировала, пытаясь быть либеральной и добродушной для всех и вся. Недаром, в будущем, будет и Четвёртая и Пятая республики. Удастся ли изменить ситуацию мирным путём? Тем более, что бюджет плохо пополнялся из-за того, что регионы придерживали у себя собранные налоги. На всякий пожарный случай, а не во вред экономике, естественно. А то новое правительство потратит средства на свои непонятные проекты, несвоевременные и не совсем понятные. Кого в такое тревожное время волнует продолжительность рабочего времени женщин и детей? Какие-такие расходы на создание третейских судов между рабочими и капиталистами? Вон их сколько, этих рабочих, никаких судей не напасёшься их жалобы разбирать.
Богатые люди Франции разъехались куда подальше от потенциальных мятежей и локальных бунтов. Часть отдыхала на Капри, где доболтались до того, что "стране нужна сильная рука". Их финансов и влияния хватало даже на военный переворот со временным введением диктатуры. Память о Наполеоне, направившем народные революционные чаяния на завоевание Европы, ещё тлела. Это было всяко лучше, чем разрушать собственную страну для "выравнивания прав и введения свобод". Так что ещё один путь разрешения проблем создавался здесь и сейчас, в Италии.
Ну, а в Лотарингии, шептуны разных сортов потихоньку промывали мозги ничем не занятым "человекам с ружьями", ведя агитацию светлого будущего.
Глава 23
Глава двадцать третья
Бисмарк открыл заседание малого совета.
— Господа, оба правителя: и Вюртембурга и Бадена согласны продать свои земли нам. Что скажете?
— Думаю, что это будет воспринято французами, как нарушение договора о невмешательстве, — сказал Бергер, — как бы они нам войну не объявили?
— Может не рискнут, у них и так проблем по горло, — предположил Зуев.
Кронпринц поднял руку, как принято у младших по возрасту. Получив одобрямс, он заинтриговал:
— Тогда Армия Вторжения немедленно займётся грабежами, так как им незачем воевать с нами. Зачем им погибать от лучших солдат в мире, когда можно ограбить Бургундию и разбежаться. Или войти в Париж, который совсем рядом. Там добычи ещё больше.
Натравить отморозков на мирных парижан как-то и не мечталось, хотя тогда можно многое поиметь, включая Лотарингию. Правительству Франции явно не будет до забот с окраинами, когда под носом более ста тысяч мародёров.
— Друзья, а если предупредить Лубе об этой перспективе и предложить продать Эльзас, Саар и Рейнланд-Пфальц?
Лавров, как истый политик, искал мирного решения проблемы. Ему и поручили тайные переговоры с премьер-министром, где-нибудь в Голландии, и указаний надавали, чтобы не выделывался. Бисмарку, как истому арийцу, досталась роль спасителя юга Германии. Пора было закрывать вопрос тем или иным способом, чтобы развязать руки для войны с Японией.
В Британии, в очередной раз, лорда Гладстона призвали к ответственности, вернув полномочия премьер-министра. Всё-таки свой человек у власти никогда лишним не будет. Да и самому Гладстону огромнейшие взятки от Старк-банка ещё ни разу не мешали последние двенадцать лет. Ничего особого не требовалось, лишь понимание и благожелательность в пределах дозволенного. Лучший друг лорда, герцог Мальборо, хоть и ушёл в поля Последней Охоты, но добрая память о нём осталась. Да и сам премьер понимал, что видимо формирует кабинет в последний раз и впредь никаким старкам нужен не будет. Так почему бы благородному дону не заработать ещё раз, исполнив дембельский аккорд?
Регент Испании при короле-мальчонке Альфонсо Тринадцатом, королева-мать Мария Австрийская, получив предложение о продаже Кубы, сначала обомлела, а потом призадумалась. Всё равно, рано или поздно, дряхлеющая морская держава начнёт терять свои заморские земли. Да и восстания на острове постоянно поддерживались американцами, становящимеся сильнее год от года. Так и до войны недалеко, а где деньги брать на новый флот? Зато, продав Кубу, можно и деньги получить и американцев отвлечь. Пусть этим нуворишам из Старк-групп голову морочат своими претензиями.
И Старкширу сделка представлялась удобной, пока САСШ ещё не великая держава. Тем более, что где-то на острове есть громадные залежи никеля, а найти их не составит проблемы. Пусть даже на поиски уйдут годы. Кто владеет никелем — тот владеет множеством мелких монеток, во как! Ещё и в металургии он нужен, и стволы изнутри никелировать, если получится. Плюс, урожайность прекрасная, а то, что нефти нет, так Мексика рядышком имеется. Да и танкеры свои строятся давно. "Куба — любовь моя!" провозгласил заглавный правитель и подельники поняли, что очередной каприз придётся ублажить, иначе замучает наставлениями, как один чудик в Древнем Риме. Тот тоже, где какого сенатора не встретит: хоть в пивнушке, хоть в бане, хоть в лупанарии — сразу начинал нудеть: "Карфаген должен быть разрушен!". Достал всех по полной программе так, что римляне пошли и разрушили чёртов Карфаген, лишь бы отвязался.