Я тебя купила (СИ)

– Мотылёк... – простонал он. Я бы ещё тут пооправдывался, но у меня совсем нет на это времени. Опаздываю на встречу. Вопрос жизни и смерти! – Неугомонный оглядывает меня странным, я бы сказала, осторожным взглядом с искоркой надежды. – Но, я могу зайти к тебе после?
– Заходи. Помнится я тебе обед должна? – Я подумала, стоит ли благодарить за ТАКОЕ заселение и сомнительную защиту, но неожиданно приятно почувствовать рядом мужское плечо. – Спасибо, Неугомонный... – Ответом мне был сдержанный кивок, но радостный прищур глаз от меня не скрылся.
– Отдыхай, Мотылёк... - Слегка улыбнулся он перед тем, как выйти.
Всё-таки бандит, а хороший! В беде не оставит! А жёсткостью в голосе чем-то даже папу напоминает. Только вот не было бы у него привычки пинаться, – может, и друзьями стать смогли. Как вспомню, как он Фильку моего бил... Жуть… Такое из воспоминаний не выкинешь. Это ему минус в карму.
Да уж, Филька, сложный ты парень... Завтра к твоей сестре скатаюсь, подарки отвезу детям, видюшку тебе запишем за хорошее поведение. Ещё нужно как-то с руководством договориться, бумаги оформить, чтобы день рождения Мелисе со мной разрешили провести.
Ну что!
План на завтра есть!
А сегодня отдыхаю!
С разбегу прыгаю на огромную кровать, и лежу, раскинув руки. А удобная! Как дома! И запах в номере приятный, еле уловимый, нежный.
Как-то незаметно, несвойственно для себя уснула под ласкающими тело, пробивающимися сквозь окно тёплыми лучами солнца.
Наверное, я впервые спала даже не раздевшись, лёжа посередине кровати. Сон был тревожный, урывками. Волновалась, что родители Андрея раньше времени нагрянут, Филька сбежит, родители меня у Андрея дома застукают. Абсурд. Бандитов не боюсь, а что родителям сдадут – до кошмаров доходит...
Проснулась я ближе к обеду от стука в дверь.
Я подскочила вся в испарине. Гадость! Терпеть не могу спать в том, в чём ходила... Надо срочно в душ, но я направилась к двери.
Распахнув дверь, вижу симпатичного парня, держащего перед собой что-то в чехле для одежды.
– Это не моё...
– Извините, но это попросили передать для вас. Записка прилагается.
Я выдернула из прикреплённого конвертика записку и прочитала:
«Платье для ужина. Надеюсь, не откажешься составить мне компанию. К сожалению, обед освободить не смог. Пришлю за тобой машину в 19:00».
– Понятно. Спасибо. – Забираю одежду у парня и закрываю дверь.
С каким-то предвкушением расстёгиваю молнию. Мои ожидания оправдываются: внутри платье! Оно шикарно. Если бы умела свистеть, сейчас присвистнула! Не поскупился... Платье от моего любимого дизайнера. Как будто угадал!
Нет, а чего я, собственно, радуюсь?
Отдав Неугомонному такую сумму, я должна довольно спокойно воспринимать от него подарки. Хотя, необоснованную радость это не объясняет...
Боже! Как же оказывается я соскучилась по прекрасному!!! Не сдерживая порыва, я закружила по номеру, прижимая к себе платье, после чего радостно смеясь упала в обнимку с ним на кровать.
Всё! В душ, и мерить платье!
За двадцать минут до выхода я была уже полностью готова! Уже привычно я вызвала мою девочку – парикмахера-стилиста, с которой у меня успели сложиться почти дружеские отношения. Её умелые руки завершили мой образ. От светлых кудряшек волос до кончиков ногтей я выглядела идеально! Взглянув на себя в зеркало, я увидела привычно утончённую, с виду хрупкую девушку, с открытым, немного дерзким взглядом из-под пушистых ресниц.
Волосы приподняты наверх, обнажая мою изящную шею. Платье идеально, словно вторая кожа, подчёркивает все изгибы фигуры, спадая лёгким, будто невесомым каскадом струящейся ткани от середины бедра.
Спасибо Неугомонному: выбирая платье, он не ставил перед собой цель оголить как можно больше участков моей кожи. Декольте у платья довольно сдержанное, именно такое, которое я приемлю. Я не пуританка, и дело не в воспитании, я просто считаю, что сверкать всем что есть, это удел женщин неспособных привлечь мужчину чем-то кроме собственного тела. Особенно печально довольно откровенные наряды смотрятся на начинающих увядать женщинах и, порой, подобное смотреться на них как крик души, и вызывают больше жалость, нежели восхищение. Женщина в любом возрасте может быть шикарна – это я поняла ещё в детстве на примере бабушки. Думаю, сейчас она бы с восхищением смотрела на меня, но наверняка бы категорично осудила за то, с кем я собираюсь ужинать.
 
Продолжая оценивать себя в зеркало, я не отрицаю, что опять играю с огнём... В то же время никак не могу избавиться от чувства предвкушения: невероятно хочется увидеть его реакцию на меня настоящую! Я отдаю отчет в своих действиях и не могу отрицать, что сам факт моего фееричного появления может спровоцировать повышенное внимание Неугомонного, что крайне нежелательно, но тем не менее я не могу противиться желанию, совсем немного, на самой грани разумного, но поиграть с огнём.
За мной приехала машина. Я немного напряглась, стоя перед тонированным чёрным автомобилем представительского класса. После того как в детстве тебя похищают, мягко говоря, остаётся осадок, который каждый раз в подобной ситуации заставляет насторожиться и подумать. Пару минут замешкавшись и рассудив, что если бы Неугомонный знал кто я и хотел меня похитить, то не светился бы со мной, устраивая скандал в гостинице и, вообще, вёл себя иначе. За несколько шагов, разделяющих меня с машиной, я окончательно убедила себя в абсурдности кольнувшего предположения и спокойно села в салон. Водитель передал мне записку, в которой были извинения за то, что Неугомонный не смог забрать меня лично.
Сегодня я вновь почувствовала себя леди Анной. Даже не думала, что это чувство может быть столь приятным и что я умудрюсь по нему соскучиться.
Машина припарковалась максимально близко ко входу в ресторан, на место уже отъезжающей. Я узнала спину мужчины, торопливо бежавшего уже по верхним ступеням лестницы ведущей в ресторан, которая уже через мгновение скрылась за дверью. Даже окликнуть его не успела!
Эта невольно подсмотренная сцена определённо вызывала улыбку и подняла настроение.
Не торопясь, давая шанс Неугомонному отдышаться, я зашла внутрь. Меня проводили к столику, за которым уже степенно сидел Неугомонный. Вся эта ситуация вызвала у меня смешок. Он был одет в тот же костюм, что и утром. Явно так спешил и не успел переодеться. Только высоко и часто поднимающаяся грудная клетка выдавала, что он очень спешил. И, да! Несмотря на спешку, букет он не забыл!
Это у него традиция такая, всем женщинам при каждой встрече цветы дарить? Что-то мне подсказывает, что нет. Я покосилась на букет.
Должна признать вкусы на цветы у нас с ним совпадают. Но как обычно, увидев меня, он снова забыл про букет, заворожено скользя по мне взглядом и впервые такой мужской взгляд мне льстил.
– Я не ошибся... – Наконец, отмер он. – Именно такая одежда подходит твоему взгляду. При нашей первой встрече ты была как мотылёк, не расправивший крылья. А теперь ты огненно-красный, пылающий мотылёк, летящий на огонь...
– Да ты поэт! А огонь, – это ты? – Красивые речи, явно не его конёк.
– Могу быть и я, если позволишь... – Он смотрел прямо в мои глаза, но его взгляд был невероятно тёплым, без той привычной похоти во взгляде, которую я привыкла наблюдать у окружающих меня мужчин. – Я всё ещё связан тем договором с тобой.
– Думаю и без моего на то желания, мы слишком часто случайно сталкиваемся.
– Тебе это настолько не нравится?
– Не могу сказать определённо. Но ужаса от встреч с тобой я точно не испытываю. Особенно когда вижу такие букеты – лукаво улыбаюсь, намекая на букет.
 
– И на том спасибо. Не хочешь рассказать о себе? Знаешь же, что ты для меня загадка? Платишь такие деньги за незнакомца, а потом в одиночестве сидишь и ожидаешь заселение в дешёвый номер отеля. То на тебе простая одежда, то невероятно дорогая дизайнерская... И в этом платье, ты настолько органична, как будто носишь такое каждый день. Кстати, это тебе! – Наконец, протянул мне букет!