Невеста без права выбора (СИ)

— С чем пожаловала? Вряд ли просить вернуть Лесту на ее законное место.
— Я пришла вернуть кое-что, — согласилась я. — Но не Лесту, которая уже сделала свой выбор, а твой плащ. Ты забыл его в аллее.
Я взмахом руки подозвала семенящую за нами Кору. У некроманта распахнулись глаза, однако вещь он принял, с благодарностью кивнув Коре. Та, надув щеки, поскорее от него отошла. Злилась на то, что он накладывал на нее заклинания — сначала, как выяснилось, для встреч с Целестией, а затем для нападения на меня во дворце.
Джеран осмотрел плащ.
— Думал, ты сожжешь его на магическом огне, читая какое-нибудь изощренное проклятие из своих учебников.
— А я думала, этим только некроманты занимаются. Почему спас меня в Тюльпановых садах?
— Умри ты там, и мне не досталось бы твое тело. Без него ритуал воскрешения не подготовить.
Ответ пришел слишком медленно. Сейчас в коридоре было мало людей, и никого из них — близко к нам. Джеран просто обдумывал ложь.
— Не ври, — упрекнула я. — У тебя это не очень хорошо получается для посла.
— А у тебя для иномирянки — очень даже неплохо. Никто до сих пор не догадался, кто ты такая. Даже Альхар поверил, что ты меня отвергла и поэтому я решил отомстить за обиду. Я восхищен, честное слово дворянина.
Я бросила на него косой взгляд. Ага, восхищен он.
Пора прекращать эту глупую светскую болтовню.
— О какой девушке, погибшей по вине Альхара, вы с ним говорили на аллее?
— А, так вот что тебя на самом деле заинтересовало, — некромант усмехнулся. — Не поверю, что ты, при твоем уме, еще ничего не вызнала о ней во дворце.
— Я пыталась, — признала я. Кора ради этого напрягла все свои недавно заведенные знакомства во дворце. — Никто не слышал ничего достоверного. Якобы Альхар когда-то был влюблен, но потом эта девушка то ли уехала, то ли принц к ней остыл. Мне даже имени ее не назвали.
Джеран отвернулся.
— Ее звали Наэви. Мелантка лишь наполовину, простолюдинка, маг, интересующийся запрещенной в Меланте магией. Не было ни единого шанса, чтобы мелантские аристократы могли принять такого человека в свое общество. Я встретил ее, когда мы были в Канталаиме. Это на юге, граница с Хешваном, — пояснил он для меня. — Альхара туда отправили решать дипломатические вопросы, а я поехал с ним как переводчик. Я был влюблен в Наэви, добивался ее руки и сдуру познакомил с ним, надеясь, что лучший друг мне поможет. А он уже через два дня затащил ее в постель. Врал, что заберет ее в столицу и сделает первой и единственной в консорте.
— А это разве невозможно?
— Лучше учи мелантские законы, если хочешь выжить, — мрачно посоветовал некромант. — Как думаешь, почему участвовать в конкурсе невест пригласили исключительно аристократок? Знать еще готова признать своим королем ребенка, который происходит из благородной семьи, пусть и не от королевы. Рожденного от черни — нет. Они скорее собственное дерьмо будут жрать, чем это сделают. Наэви законы тоже знала плохо, поэтому поверила. Она позволила себе еще и забеременеть. Угадаешь, что произошло, когда Альхару стало об этом известно?
Мне стало не по себе. Не очень приятно слышать, что у мужчины, который тебе нравится, был ребенок от другой женщины.
— Он отослал ее от себя?
— В этом не было нужды. К тому моменту мы уже разобрались с дипломатическими затруднениями и вернулись в столицу. Наэви осталась в Канталаиме ждать, когда Альхар подготовит почву для того, чтобы ее приняли во дворце. Получив письмо, Альхар отправил за Наэви корабль. Канталаим близко к морю, но это все равно был странный выбор. Морские пути ненадежны, корабли постоянно тонут, их грабят пираты. Тем более начинался сезон штормов. Я просил отправить меня проследить за тем, чтобы все прошло гладко. Альхар заупрямился и нашел для меня тысячу срочных поручений в столице. После этого не прошло и двух недель, как мы получили весть, что корабль «Дельфин», на котором плыла Наэви, попал в шторм. Судно спаслось, но многие утонули. В их числе беременная Наэви.
Я пожала плечами.
 
— Соболезную, но такое случается. Роковое стечение обстоятельств. Причем тут принц?
— При том, — резко ответил Джеран, — что я решил проверить все сам и поехал по очереди во все порты, куда заходил «Дельфин» по пути из Канталаима. Открылись удивительные подробности — и что корабль в пресловутом шторме даже не потрепало, и что никто из его пассажиров не тонул. Кроме одной-единственной беременной женщины, которая исчезла уже в порту и чье тело нашли на берегу. А Альхара уже через несколько дней после этого видели в объятиях молодой аристократки. Как только я вернулся и спросил у него, какого демона происходит, охотники вдруг заинтересовались, чему я в юности учился у далленских колдунов, хотя до этого ордену долгие годы было наплевать, что я всю молодость провел в Даллене. Случился первый неожиданный обыск, второй, и мне пришлось уехать из Эсьены, чтобы не попасть в тюрьму по идиотскому поводу, с помощью которого очень легко избавиться от любого неугодного аристократа. По-твоему, это все еще роковое стечение обстоятельств?
— Не похоже на то, — неохотно согласилась я.
В голову пришла неожиданная догадка, заставившая меня ахнуть.
— Так Целестия из-за тебя покончила с собой? Ты рассказал ей, что принц — убийца, и она решила, что лучше умереть, чем стать наложницей такого человека!
— Тише! — прошипел Джеран.
Я торопливо прикрыла рот. Мимо важной походкой прошелся аристократ, из дверей выскочил и умчался куда-то слуга, бряцнули доспехами стражники, которые охраняли Посольский зал. Все они были недостаточно близко, чтобы услышать мои слова, но ляпни я это чуть громче, и пересудов было бы не избежать.
— Послушай, Лес… Инна, — некромант остановился и посмотрел на меня. Ледяные глаза впервые не ранили — в них отражалась боль. — Может быть, я действительно слегка сгустил краски, рассказывая Лесте об Альхаре. Я понятия не имел, что она так поступит. Я всего лишь не хотел терять очередного дорогого мне человека.
— Знаешь, я бы даже посочувствовала тебе, если бы ты не пытался при этом убить меня, — буркнула я. — У тебя нет никаких гарантий, что Целестия не покончит с собой вновь. Ее род на грани разорения, принца она ненавидит, а у тебя, насколько мне известно, за душой ни гроша. Я привыкла жить в бедности, Целестия — нет. Если вернешь ее, только сломаешь ей жизнь.
Джеран наклонился ко мне. Я невольно отступила назад, чтобы не чувствовать на своей шее его дыхание. Но от проникающих прямо в душу глаз деться было некуда, и выражение их, к сожалению, изменилось.
— Сейчас у нее нет вообще никакой жизни, — прошептал он. — А я не так беден, как считают некоторые. Поэтому не заговаривай мне зубы. Если понадобится, я объявлю перед всем дворцом, кто ты такая.
— А палки о двух концах не боишься? — я заставила себя выпрямиться и смело посмотреть ему в лицо, хотя хотелось прямо обратного. — Скажешь, что я иномирянка, и сразу станет ясно, кто меня призвал. Так что если я и буду гореть, то с тобой на соседнем костре.
На красивом бледном лице не дрогнуло ни мускула.
— Ты снова ошиблась, иномирянка. Этим миром правит тот, кто сильнее, а Даллен не слабее Меланта. Здесь не посмеют поджарить одного из послов. Поэтому разворачивайся, иди в свою комнату и жди, когда я приду за телом Целестии, потому что так легко я больше не отступлюсь.
— Что же ты до сих пор не пришел, раз такой могущественный? — тихо спросила я, не сдавая позиций.
Он усмехнулся, отстраняясь от меня.
— А ты действительно куда смелее и умнее, чем она. Только это ничего не изменит, — Джеран развернулся и зашагал прочь, издевательски помахав на прощание рукой. — Не забудь крепко запереться на ночь, малышка.
Он произнес это достаточно громко, чтобы обернулась пара человек. Я сжала кулаки. Вот же паразит! Думает, если нельзя меня заполучить, так хоть репутацию мне испортить?
Добрая Кора подошла ближе и ободряюще сжала мою ладонь.