Главная роль 2 (СИ)

Проводив гостей — Заместитель был очень доволен, потому что выторговал хоть что-то в ситуации, где торговаться было очень сложно — я часок пообщался с нашим посланником на тему дальнейшей политики в отношении Китая — сохраняем статус-кво, делаем многозначительные глаза на любой вопрос и отвечаем: «Российская Империя не претендует ни на какие территории Китайской Империи и дорожит сложившимися между нашими странами доверительные отношениями» — и отпустил с Богом, пообещав телеграфировать Александру о том, какой Алексей Михайлович молодец.
Далее велел собрать прибывший еще вчера «десант» из чиновников и переводчиков, к которым обратился прямо с крылечка:
— Глядя на вас, братцы, я вижу надежную опору Имперской власти, навсегда пришедшей в эти полудикие места!
Чиновники и переводчики просветлели — стандартная реакция на доброе слово от царя или приравненной к нему из-за разделяющих нас со столицей шести с половиной тысяч километров персоны. Ну и репутация у меня теперь ого-го, и никакой «сухой закон» ее испортить не в силах. Всем же понятно, что он нужен не для того, чтобы мешать служивым веселиться, а потому что порядок должен быть — в моменте побурчат, но потом согласятся, что так оно правильнее.
— Территория — это всего лишь кусок земли, — произнес я уместную очевидность. — Полезной для Империи ее делают люди. Сейчас даже давно прирезанный к Империи Дальний Восток заселен плохо. Манчжурия, — указал рукой в сторону степи. — Також не славится большим населением. Прирезать территорию мало — ее нужно закрепить за собою и удержать. Переселять сюда людей из европейской части России мы обязательно будем — в основном, казаков, ибо земли здесь степные, враги рядом, и народ должен селиться закаленный, способный и хлеб растить, и отары пасти, и по сусалам узкоглазым надавать, ежели договоренности забудут.
Народ захлопал — после эпичной «победы» воинственно топорщить усы легко и приятно.
— Однако дело это небыстрое. Все вы прошли предварительный инструктаж, получили задачи, и готовы исполнить долг перед Империей должным образом.
Чиновники зааплодировали. Фальш-старт! Подняв руку, я призвал к тишине и продолжил:
— Дело вам предстоит большое и трудное — привести к общему Имперскому способы жизни огромную провинцию, научить решивших стать нашими подданными местных жить цивилизованной жизнью. Вскоре сюда хлынут поселенцы — их нужно должным образом оформить. Словом — работы непочатый край, и затянется она на долгие десятилетия. Посему считаю справедливым выплачивать вам и вашим будущим коллегам десять рублей дополнительного вознаграждения ежемесячно, на протяжении пяти лет.
Это народу понравилось гораздо больше добрых слов.
— Також, пусть де-юре вы не считаетесь переселенцами, вам в Манчжурии жить придется долго. Рекомендую перевезти семьи, у кого они есть. Считаю справедливым распространить и на вас разовую выплату пятисот рублей.
Как много простого, человеческого счастья излучают стоящие передо мною подданные! Теперь надо помахать кнутом, чтобы не расслаблялись:
— Я не сомневаюсь в честности и прилежности каждого из вас, — соврал я. — Однако должен напомнить о том, что брать взятки и требовать или намекать на подарки — недостойно. Також недостойно жульничать с выплатами поселенцам — как местным, так и прибывшим. С местными — особенно, потому что казак за обиду и в лоб дать может, а местному деваться некуда. Казаки будут за ними присматривать, а полтысячи секретных сотрудников тайной полиции слать донесения напрямую мне. Один отправленный себе в карман лишний рубль — и опозоривший Империю вор отправится на каторгу до конца своих дней. Ваше жалование, братцы, на треть выше, чем у ваших коллег из других мест Империи. Дополнительное вознаграждение и подъемные позволят вам жить в сытости и не думать о том, на что пошить новый мундир. Но за большую награду и спрос соразмерный.
Никаких пятисот сексотов у меня под рукой, конечно, нет, чистый блеф, но как его проверишь? Вон уже друг на друга подозрительно косятся — «а не стукачок ли ты ментовский?».
 
— Передайте мои слова новичкам — приличные деньги могут ударить в голову и пробудить в человеке алчность. Я знаю — каждому из вас я могу верить как самому себе. Ступайте с Богом, братцы, — мы перекрестились, народ поклонился и разошелся.
Попросив интенданта пригласить ко мне Арисугаву и после этого собрать для выслушивания Высочайшего напутствия казаков, я вернулся в домик поста и прилег на первый попавшийся топчан. Не так уж тяжел сегодняшний день, но моральная усталость копится уже давно, и мне до боли хочется оказаться в несущей меня вглубь России карете.
Услышав снаружи шаги, я вздохнул и поплелся в кабинет — последний рывок, Жора, а дальше можно будет отдохнуть.
— Друг мой, нельзя терять ни минуты! — поднявшись со стула, поприветствовал я появившегося на пороге Арисугаву.
— Поздравляю вас с блестящей победой, мой дорогой друг, — ответил любезностью Арисугава.
Сели, я взял карандашик, карта на столе так и лежит — запретил убирать.
— Выйди, Василий, — выслал ординарца.
Японец выслал своего, и мы остались наедине.
— Императрица Цыси сейчас в гневе, раздрае, непонимании и страхе от того, что вслед за нами оторвать у нее что-нибудь захотят другие Великие Державы.
— Прецедент, — понимающе кивнул Арисугава.
— Прецедент с нюансами, — кивнул я. — Трагедия стала для всех неожиданностью и огромным горем. Ки-та-ец, — произнес по слогам. — Лишил меня брата, но дал возможность усилить Империю. Я бы с радостью отдал за такой поворот событий свою жизнь, но наш Господь решил иначе. Если отринуть мои личные чувства, нужно признать — ситуация сложилась наиболее удачным из возможных способов. Мы оказались в эпицентре, — обвел задником карандаша Тихоокеанский регион. — Телеграммы идут долго, и всем нашим оппонентам пришлось действовать на свой страх и риск.
— Черта, которой наделены немногие, — заметил Арисугава.
— У посланников нет ни полномочий, ни соответствующих ситуации инструкций, ни желания рисковать карьерой и жизнью до получения того и другого, — кивнул я. — Даже Индийский Вице-король всего лишь чиновник, и ничего не мог сделать. Скорость и неожиданность сыграли нам на руку. Императрица Цыси дорожит Небесным Мандатом, и сейчас он под угрозой. Напуганная старуха видит заговоры там, где их не нет и не было. Если в ближайшие недели случится еще один большой кризис, она решит, что это — часть плана заговорщиков и будет медлить с решительными действиями.
Взгляд Арисугавы безошибочно опустился на Корею. Я поднес карандашик к ее северной границе и очертил неровный кусок земли на побережье провинции Фэнтян — в будущем вся Манчжурия превратится в Николаевскую область — с заходом на пограничную с Кореей землю длиной километров в десять. Всего получилось около восьмидесяти квадратных километров.
Принц поднял на меня загоревшиеся глаза.
— Мой дорогой друг, Россия не станет вмешиваться в китайско-японские дела в ближайшие несколько месяцев, — улыбнулся я. — Наш посланник получил необходимые инструкции — они заключаются в том, что нынешнее положение дел нас полностью устраивает, и мы не претендуем на большее — это закреплено и в договоре, который китайцы везут в Запретный город. В личном письме Императрице я обязательно упомяну то же самое.
— Япония пока не готова, — озвучил Арисугава известную истину и приуныл.
— Это не мне решать, — развел я руками. — И я никоим образом не хочу влиять на принимаемые уважаемым союзником внутри- и внешнеполитические решения. У меня всего одно предложение: я настолько ценю вашу дружбу и вашу помощь в проведении демонстрации силы, Арисугава-доно, что предлагаю вам принять титул Светлейшего Князя и находящееся в составе Российской Империи на правах широкой автономии княжество Рассветное, — ткнул карандашом в очерченный кусок карты. — Присягу Русскому Императору приносить не придется — я понимаю, насколько это неприемлемо для потомка Богини.