Вкус подчинения (СИ)

Весь вечер воскресенья она думала об этом, переделав дела и слегка придя в себя от шока, последовавшего за холодным осознанием того, что она сделала: напросилась на сессию к бывшему учителю. Сама. Конечно, не без помощи подлеца Малфоя, но винить его в том, что произошло уже после его ухода, было бы малодушием. Как бы то ни было, в воскресенье вечером она ласкала себя, думая о пальцах Снейпа. О нем самом целиком она старалась не думать: слишком силен был контраст между сильной и независимой Гермионой, востребованным и перспективным специалистом Министерства, и послушной отзывчивой нижней, которая до сих пор настолько тихо и незаметно жила в ней, не смея подать голос, что о ней уже почти позабылось. Лишь подсознание кричало, что что-то не так, заставляя беспокойно метаться, не находя себе места. Но теперь, кажется, эта ее тайная сторона наконец успокоилась. Остался лишь стыд. И следы на заднице.
Вспомнив о них, Гермиона покраснела. Вернувшись домой из странного бара с не менее странным названием «Агония», она долго рассматривала отметины на ягодицах в большое зеркало в ванной. Это было красиво. Малфой раньше обожал оставлять на ее теле следы от плети или собственных зубов и пальцев. Особенно он любил делать засосы на груди и шее, где их потом приходилось прятать магией. Она никогда не залечивала эти мелкие ранки, ведь они напоминали о человеке, их оставившем, и о сладком удовольствии, которое он подарил ей. Со следами Снейпа на ее заднице всё было не так. Они заставляли вновь переживать смущение и стыд, что она испытала рядом с ним. Но от приятной боли, которой они до сих пор отзывались на каждое прикосновение, сердце сладко замирало, а одно чувствительное местечко между ног ныло в предвкушении продолжения.
Которого не будет!
Она больше никогда не вернется в «Агонию», потому что просто не выдержит на себе снова этот пристальный взгляд темных глаз, которыми на нее смотрела головокружительная бездна, полная теней и загадок.
Гермиона покачала головой, вторя своим мыслям, и вдруг поняла, что в приемной она осталась одна. Она совершенно не помнила, как ушли Сэвидж и Гарри с Роном. Мерлин! А если они что-то говорили ей, а она не ответила, погрузившись в раздумья о бывшем преподавателе и бурном оргазме, испытанном от стимуляции его пальцами? Пальцами ноги, черт побери.
Нет, нужно было избавляться от этих мыслей и как можно скорее. Нельзя было позволить, чтобы они мешали ей жить и работать. Вечером она отыщет среди кучи книг свой старенький ноутбук, залезет в сеть и найдет себе Верхнего. Магла. На одном из магловских сайтов. В том мире ее никто не знает, и она сможет расслабиться, не думая, кем она является в магическом мире и что скажет человек, к которому она придет на сессию. А то, что ей это было необходимо, все же стоило признать. Засранец Малфой был прав. Но чтобы привести ее к бывшему преподавателю…
Гермиона снова задохнулась от возмущения, но, к счастью, в этот момент открылась дверь кабинета, и Кингсли попросил ее зайти, чтобы с чем-то помочь. Остаток дня ей удалось провести довольно продуктивно, усилием воли заставив себя выбросить из головы и Снейпа, и отдельные части его тела и сосредоточиться на работе.
А вечером у дверей квартиры ее ждал огромный букет розовых, голубых и белых гортензий. Только один человек знал, что это ее любимые цветы, тогда как остальные обычно дарили классические розы. Бросив пальто на тумбочку в коридоре и скинув надоевшие туфли, Гермиона прошла на кухню и села за стол, с легкой улыбкой любуясь прекрасным букетом. Выудив из цветов карточку, черную с серебряным тиснением, она прочитала записку, написанную размашистым уверенным почерком:
«Прости, если обидел тебя. Поверь, у меня и в мыслях этого не было! Хочу загладить вину приглашением на ужин. Выбирай время и место. Твой покорный слуга, Д.М.»
Усмехнувшись, Гермиона отбросила карточку. Покорный слуга, как же. Она слишком хорошо знала Малфоя и прекрасно умела читать между строк его письма, записки и смс сообщения. Драко явно хотел узнать, чем для нее закончился вечер, а также у него наверняка были какие-то еще планы на ее счет, раз он не ограничился просто извинениями, а хотел поужинать вместе. Нет уж, после случившегося она будет держаться от Малфоя с его идеями подальше. Хватит с нее его помощи. Уж с поиском подходящего Верхнего она и сама прекрасно справится.
 
Поднявшись, Гермиона отыскала в одном из шкафчиков вазу и, наполнив ее водой, поставила букет на широкий подоконник. Цветы были слишком красивыми, к тому же они были не виноваты, что прислал их хитрый и обаятельный мерзавец Малфой.
А его записка полетела в мусор.
Весь вечер Гермиона провела, шаря по сайтам знакомств – обычным и узконаправленным, посвященным БДСМ тематике. Когда время уже подкрадывалось к часу ночи, она поняла, что жутко устала от бесплодных переписок ни о чем, бесконечных фотографий членов, стройными рядами летящих в личку, и людской тупости. Все же круг ее общения составляли более-менее интеллигентные волшебники и волшебницы, и она уже почти забыла, насколько безмозглыми могут быть люди, а особенно мужчины, ищущие себе приключений на одну ночь. Похоже, что функциональными у них оставались лишь половые органы, а всё остальное, особенно мозги, они сдавали в камеру хранения при входе на сайт. По крайне мере, так стало казаться после трех часов непрерывного щелканья по клавишам.
Разозлившись, Гермиона просто захлопнула ноутбук и пошла спать, но следующим вечером поселившая в душе по вине Снейпа тоска снова заставила ее выйти в сеть. Отсеяв около сотни неадекватных мужчин, с невероятным трудом она наконец смогла отделить пару зерен от плевел.
Прекрасно зная, что случиться может что угодно, она на всякий случай договорилась о встрече с обоими. И оказалась права. Один исчез, перестав отвечать на сообщения ближе к пятнице, и остался один-единственный предварительно одобренный кандидат на роль ее потенциального Верхнего: тридцатилетний менеджер среднего звена в большой компании, занимающейся разработкой программного обеспечения в сфере финансов. Он был вежлив, сдержан, хорош собой, судя по присланному фото, и говорил правильные вещи. Несмотря на то, что Гермиону смущало в его сообщениях нечто, что никак не поддавалось осознанию, она решила дать ему шанс.
Пятница прошла в нервном ожидании и предвкушении. Отпросившись у Кингсли пораньше, Гермиона забежала домой, чтобы привести себя в порядок перед встречей. Красивое белье, платье, макияж – в последний раз она так колдовала над собой, когда собиралась на выпускной. Который они с Драко в итоге пропустили, сбежав с неофициальной части мероприятия и протрахавшись всю ночь. По мнению Малфоя, которое она целиком и полностью разделяла, выпускной они провели просто отлично, обретя друг в друге прекрасных Тематических партнеров. Оставалось надеяться, что и это свидание пройдет столь же успешно и результативно.
Клифф, так звали мужчину, с которым она познакомилась на сайте, пригласил ее в небольшое уютное кафе на окраине Лондона. Обстановка была милой: маленькие столики, кружевные скатерти, симпатичные безделушки на высоких полках, разделявших пространство на отдельные сектора. Похоже, Клифф действительно с умом подошел к выбору кафе для первой встречи.
Вежливая официантка проводила Гермиону к столику в углу, из-за которого ей навстречу поднялся молодой мужчина, гладко выбритый, с короткой стрижкой, одетый в хороший костюм без галстука. Он выглядел в точности как на фото, и Гермиона приветливо улыбнулась, пытаясь скрыть волнение.
– Гермиона? А вот и вы! – деловым тоном заявил он, пожимая ей руку. – Как раз вовремя, не люблю непунктуальность.
– Поверьте, я тоже.
– Я Клифф. Приятно с вами, наконец, познакомиться, – сказал он, делая приглашающий жест, и Гермиона села, все еще чувствуя себя неловко. Она слишком давно не была на свиданиях, а уж на таких, где встречались два человека в поисках Тематической пары, вообще никогда. От ушлого Малфоя она была наслышана, чем могли закончиться подобные встречи, и заранее была настороже, хотя Клифф пока не проявлял никакой враждебности. К тому же бояться магла ей, человеку, прошедшему магическую войну, казалось просто абсурдом. Однако будет жаль, если вечер, на который было возложено столько надежд, закончится ничем. И уж тем более совсем не хотелось какого-то неприятного исхода.