Развод. Я все еще люблю (СИ)

  
11. Чудеса не вовремя
 
— Вернулась? — Катя встречает на пороге с дежурной улыбкой. — Давай за стол, я как раз курицу запекла.
Сижу на кухне и рассматриваю след от обручального кольца на пальце. Красные вмятины, напоминающие мне о том, какой счастливой я была когда-то, и как быстро это хрупкое счастье разлетелось на миллиард осколков.
— Приятного аппетита, — сестра заботливо ставит мне под нос свой кулинарный шедевр, и мой желудок скручивается морским узлом.
В этот раз терпеть невозможно.
Вскакиваю с места и лечу в ванную, по пути чуть не сбиваю с ног Андрея.
— Эй! Осторожнее!
Мне настолько плохо, что я, кажется, позеленела.
Когда тошнота отпускает и желудок пуст, я умываюсь и внимательно рассматриваю свое лицо в зеркало. Прыщи полезли как у подростка. Уставшая, с красными от слез глазами и потрескавшимися губами, я напоминаю себе гадкого утенка из сказки. До чего я докатилась из-за стресса и переживаний…
— Надь, ты впорядке? — взволнованно лепечет Катя и тихонько скребется в дверь.
— Да, — отвечаю также тихо.
— Слушай, а ты случайно не беременна?
Вопрос вводит меня в ступор. Даже моргнуть не могу.
— Надя, можно я войду? — Катя нетерпеливо дергает ручку.
Я не закрывалась. Просто сестра осторожничает.
— Да, — выдыхаю и бледнею.
— У меня есть тесты на беременность, я совсем недавно сразу десять штук на нервах схватила, — лезет в ящик рядом с раковиной. — Вот, сделай! — протягивает мне коробочку.
А я замерла и дышать боюсь. Если окажется, что я… сейчас… в такой момент, когда вскрылась неверность мужа и уже поданы документы на развод…
— Надюх, ты точно в норме? — Катя строго смотрит мне в глаза.
— Прости, — лепечу дрожащим голосом и слезы обжигают лицо, а сердце колошматится в груди с болью.
— Наденька, — обнимает меня по родному.
Гладит по голове.
Успокаивает.
Будто это не я старшая ответственная сестра, а она. Мудрая, взрослая, уравновешенная. А я — подросток с гормональным всплеском.
— Все хорошо, родная. Что бы ни случилось, я с тобой. И я приму любое твое решение. Захочешь помириться с Димой… я… пойму! — последнее выдавливает из себя через силу.
— Мне страшно.
— Я знаю! Но жизнь не закончилась! И если тест покажет две полоски, это же чудо! После стольких попыток! Надя!
— Ладно, — отстраняюсь и пытаюсь спрятаться за улыбкой.
Получается слабо. Я не умею врать. Совсем.
— Жду результат, — Катя ободряюще гладит меня по плечу.
И как только дверь за ней закрывается, я разрываю коробку теста.
— Что там у нее? — слышу нетерпеливый голос Андрея.
— Любопытной Варваре на базаре нос оторвали! — посмеивается моя сестра.
— Ну, Кать, я же слышал… Надька залетела?
— Андрей! Когда я ем я глух и нем! Понял? Заткнись и жри! — возмущенно.
Эти голоса за дверью отвлекают меня от разных мыслей. Я рада, что в этот момент не одна.
— То сочувствуй, защищай, поддерживай! То не лезь! Вообще уже! — бубнит мужской бас.
Эти двое — удивительная пара. Вечно спорят, бодаются, но остаются вместе. Катька всегда говорит, что любит мужа больше жизни. И Андрей по секрету утверждает то же самое.
Выкладываю тест на столешницу и замираю. Боюсь даже моргать. Секунды тянутся целую вечность, а я слышу только собственное сердце.
Тук-тук, тук-тук.
Показывается первая контрольная полоска, а по спине бежит холодный пот.
Тук-тук, тук-тук.
Прикусываю губу до боли. Отрезвляет.
Тук-тук, тук-тук.
— Надь, ну что там? — Катьке тоже невтерпеж.
Проявляется слабая вторая полоска, и я закрываю глаза. С трудом держусь, чтобы не завыть.
Чудеса подоспели не вовремя. Именно в тот момент, когда я меньше всего была к ним готова.
В горле застрял ком, будто стеклянная крошка.
Я должна радоваться, ведь за плечами десять лет попыток, но меня окутывает паутина страха.
— Надюш, ты беременна?
Молчу.
— Надь, ты чего закрылась?
Крепко сжимаю пальцами край столешницы. До боли. Голова кружится.
— Надя! Если ты не ответишь, Андрей сломает дверь нахрен!
 
Уверена, что она не шутит. Выдыхаю и открываю.
— Надь? — сипит Катька, напуганно смотря мне в глаза. — Ты беременна, да?
Катя обходит меня и внимательно изучает тест.
— Надо же, — шепчет себе под нос.
Поднимает на меня искрящийся взгляд.
— Надь, как круто! Мы обе беременны!
— Я не знаю, что теперь делать, — запускаю пальцы в волосы, жмурюсь, давлюсь суровой реальностью.
Я была готова к ребенку, когда мой муж был лапочкой и зайчиком. А сейчас мне маячит перспектива стать матерью-одиночкой без собственного жилья и работы. Мне страшно за будущее малыша.
— Что ты не знаешь? М? Надь, опомнись! — грубо выговаривает Катя, закипая от моей слабости. — У тебя будет ребенок о котором ты давно мечтала!
— Мы мечтали. Я и Дима. Вместе.
— Ты что, жить без бывшего не сможешь?
— Не знаю.
Сестра громко цокает языком.
— Подумай про адвоката, Надь, он поможет отжать у Димы квартиру!
— Мне не нужна его квартира.
— Ладно, тебе не нужна. А о ребенке ты подумала? Где ты с малышом жить будешь?
Я готова в любую секунду упасть в обморок.
— Надь, поздравляю! — радостно звенит голос Андрея. — Дети это же такое счастье!
Двухлетняя Ася вырывается с рук отца и с криком сбегает.
— Я через неделю записана на УЗИ. Сейчас посмотрим, есть ли там местечко рядом. Вместе пойдем! — Катя хватает меня за руку и тянет в спальню.
Усаживает меня на кровать, тычет пальчиками в экран своего мобильника.
Ася достает кукол с полки и разбрасывает их по полу.
Андрей громко чавкает на кухне, доедая курицу.
А я тону во мраке. Медленно.
— Есть место сразу после меня! Пойдем вместе? — сестра сканирует меня пытливым взглядом.
— Да. Пойдем.
— Надь, ну порадуйся же ты! — требовательно чеканит.
Десять лет попыток. Лечение. Таблетки. Стимуляции.
И вот оно — долгожданное счастье. Когда уже не ждешь. Когда все рухнуло и семьи уже нет.
— Я рада, — лепечу дрожащими губами.
— Не заметно, — Катя закатывает глаза. — Ну, ничего, через недельку посмотришь на своего ребенка на УЗИ, послушаешь, как сердечко бьется! И проснутся материнские чувства!
  
12. План Б
 
В баре шумно и тесно.
Осторожно протискиваюсь к барной стойке.
— Привет! — бросаю сумку на колени к Паше, усаживаюсь на высокий стул рядом с ним.
— О, здорова! — лезет обниматься. — Алин, потрясно выглядишь!
— Паш, хватит, — морщусь и отстраняюсь.
Смотрит на меня с нелепой улыбкой и сияющими глазами. Бесит!
Паша Власов влюбился в меня на втором курсе института и бегал, как собачонка. Надоедливая такая, мелкая, блохастая собачонка. И сколько бы раз я не посылала его к черту, он не оставлял меня в покое. Проходу не давал. Всех богатых мальчиков от меня отпугнул!
А потом забрал документы из института и исчез на два с лишним года. Но совсем недавно мы случайно пересеклись и разговорились.
— Ну, как дела, подруга? — ухмыляется.
— Я пришла попросить тебя о помощи, — хлопаю ресницами невинно и в глаза ему заглядываю ласково.
— Ну, естественно, — пожимает плечами. — По другим вопросам ты ко мне не обращаешься.
— Паш, серьезно, помощь нужна.
— Выкладывай, — шумно отпивает виски с колой через яркую розовую трубочку.
— Помнишь, ты говорил, что у твоего другана мама заправляет крутой медицинской клиникой?
— Так, — кивает и оставляет пузатый стакан на стойке.
— Они же делают днк тесты?
— Что делают?
— Тесты на отцовство, — улыбаюсь.
А у самой от этого Паши зубы сводит.
— Алин, говори прямо, что нужно? Ты беременна? Нужно узнать, кто папаша?
— Нет, — фыркаю. — Мне нужно быстренько от кого-нибудь забеременеть и сделать фальшивую бумажку, чтобы отцом ребенка был тот, на кого я пальцем покажу.