Хозяйка вредной горы 2. Горный блокбастер
Нет. Я не хочу даже пробовать, рискуя подобным.
Все получится.
Концентрация. Внимание. Четкость и скорость реакции. Всего этого мне не занимать. Как и злости на ситуацию. А она всегда помогала.
Снежное безумие продолжалось. Казалось, я на дне белесого океана и вокруг какие-то странные рыбки. Они напоминают то ветки деревьев, то камни, а то – мертвых птиц и зверей. Гротескный пейзаж. Пугающий, жуткий.
Белый шум окружал. Усиливался, вдалбливался в уши, смешивался с барабанным боем сердца.
Вообще слабонервным не стоило переживать подобное даже внутри силового пузыря. Ибо когда преграда перед тобой гнется под трупом какого-нибудь ульрия… Или того же чебула… Зверь, расплющенный практически в месиво, проскальзывает, а потом вниз стекают остатки… И следом гигантское дерево плюхается с другой стороны так, что преграда выгибается еще сильнее… Острые ветки и прутья опасно шкрябают по силовой стенке. Неслышно, но ощутимо…
Даже если ты в полной уверенности, что шар безопасности выдержит, что с ним ничего не случится, для психики – это то еще испытание…
Еще и поэтому я так радовалась, что приходится использовать магические выбросы. Это оставляло все меньше возможностей думать и переживать. Рефлексировать, наконец. В моменты, когда стихия ненадолго затихала, передышки все равно не было – я вынужденно концентрировала силы, энергию, чары…
Ближе к концу ненастья снежные потоки начали растекаться во все стороны. На шар словно надели излучину реки…
Лавина замедлилась, хотя на это ушло не меньше четырех часов. Однако сложности нам только добавилось. Теперь шар могло метать по сторонам и приходилось постоянно корректировать его местонахождение короткими вспышками энергии. Я то и дело видела другие вспышки. Похожие на зеленоватое свечение. Так выглядела для меня магия заклятья локального взрыва. Естественно, большинство могло наблюдать только последствия работы подобных бомбочек. Для них взрывы оставались невидимыми.
Чернота вокруг расступалась. Нехотя, словно упиралась, отказывалась уходить. Время от времени на пару секунд становилось темно как прежде. В защитный пузырь прилетало нечто новое, тяжелое, острое.
Так свирепые вражеские орды, что, наконец-то, получили достойный отпор, еще пытаются удержаться, хватаются, цепляются за каждую пядь земли… Стремятся контратаковать… Но их судьба уже предрешена.
Снежный поток медленно уходил. Сугробы моментально испарялись на теплых склонах Кары.
Над сверкающими барханами поднимался в воздух белесый туман и стружками марева уходил в высь.
И вроде бы запахло позитивом – во всяком случае, свежестью… Гул вокруг стих, и в воздухе ненадолго зазвенела горная тишина. Предупреждающе-прекрасная.
Но… Как говорится – бог троицу любит. А вредная гора крайне обидится, если сказать ей, что она ни разу и даже совсем не богиня. Тут уже вообще – спасайся кто может.
Раздался треск, будто рвалась плотная холстина. Затем почудилось, словно в воздухе лопаются мириады шаров и… вверх взметнулись магические гейзеры. «Мешки магии» внутри Кары возмутились тем, что им не дали спокойно отдыхать после обеда и ответили адекватно. Как и положено тем, кого разбудили в самое сонное и приятное время.
Олт только посмотрел на меня. Даже не стал в сотый раз напоминать – как меня звать.
Я изобразила книксен. Мол, к вашим услугам, сударь. Конечно, этот варвар ни разу не сударь и даже близко не дворянин. Но во время камнепада и пещера дворец.
– Вот теперь доставайте свои магические щиты, датчики для участков, где сконцентрирована энергия и двигайтесь, двигайтесь, двигайтесь. Как говорится – подвигай попой! Как только датчики что-то засекли, прыгайте подальше от этого места.
И… мы начали засекать, двигать и прыгать.
То тут, то там из-под земли взметались искристые фонтаны густой субстанции, на которой и базировалась магия. Именно из нее плели заклятья и создавали техномагические агрегаты. Именно ее вместо топлива вливали в артефакты и колдовские устройства.
Ведущий себя как сайгак Олт – эдакий сайгак после витаминов для бройлерных кур – успевал-таки даже язвить.
– А… у… вас… всегда… так… весело… Или… это… для… нас… особая… программа? Так… сказать… быстрого… погружения…
– Вам лучше не знать, как здесь бывает иной раз весело! Для психики полезней!
Мне удавалось говорить куда лучше. Временами получалось блокировать потоки магии и перенаправить гейзер куда подальше. Да и при моем весе и прыгучести, мне было куда проще справляться с нынешней ситуацией.
– Да я понял уже, что нашему отделению придется заводить штатного психолога. Исключительно для тех, кто работал на Каре. Тем, кто попал в засаду, был атакован со всех сторон убийцами, пойман и подвергся пыткам, тем, кто наступил на магическую мину или еще что – этого не требуется.
– Скажите спасибо, Кара не возмущается, что по ней скачут такие мастодонты. Могла бы и расстроиться, даже разозлиться.
– После… ульрий-то?
– Они бегают. А вы скачете…
– Я… так… понимаю… о… массаже… вредная… гора… не… слышала?
– Я бы на вашем месте молилась, чтобы так и было. Иначе она захочет и вас промассировать. Чем-нибудь. Например, камнепадом.
– А… я-то… думал… варвары… самые… жесткие… в… семимирье…
– Кара просто не пиарится…
За этой веселой беседой мы бодренько пережили выбросы гейзеров и остановились, переводя дух.
Пологий склон, где мы располагались, наконец-то, освободился от морозных остатков. Гейзеры избавили пейзаж от большей части мертвечины, оставленной лавиной. За что им стоило бы сказать спасибо. Потому что пейзаж вокруг больше не выглядел кладбищем домашних животных и растений.
Да и Кара, похоже, пока не планировала обрадовать нас очередным катаклизмом.
Поэтому я вскрикнула:
– Они остановились! Надо быстрее! Быстрее! Быстрее!
Вот теперь я уже нервничала. Из-за постоянных усилий противодействовать лавине тело потряхивало от слабости. Ноги и руки были деревянными. Но я озиралась, требовала от Олта и его команды быстрее действовать. Внимательней следить за обстановкой.
Некоторых полицейских унесло далеко. Однако времени ждать их уже не оставалось. Пусть сами добираются. В шарах они не пострадали.
Олт понял, о чем я.
Веркрестово словно замораживает пространство вокруг в моменты остановки. И дальше пробить его, расковырять, взорвать будет почти нереально!
Проклятая лавина! Эльрих! Черти тебя забери!
Погибнешь – ко мне даже не подкатывай!
Олт бросил заклятье короткого льда на место, где его устройства фиксировали Эльриха и Веркрестово. Мне информация поступала от Кары и на кольп – от датчиков и сканеров на вредной горе.
Темно-коричневая земля окрасилась светло-серым, а затем пошла мелкими трещинами. И… начала осыпаться внутрь. Такое решение выглядело оптимальным. Заклятье не вредило окружению и не могло вступить в реакцию с другой магией. Однако разрушало все те пласты материи, что разделяли нас с Эльрихом.
Едва прореха в земле стала больше, полицейские и Спецназ хлынули туда рекой. Олт прыгнул первым, а мне вот пришлось ждать, пока все «защитники» заберутся «в нору».
Когда же последний полицейский скрылся в дыре, я рванула следом, на все том же каменном потоке. Опустилась в пространственную щель. Нечто вроде расщелины в скале, только куда более занимательную. Здесь искажалось пространство и время, менялись пропорции. Некоторые ребята Олта теперь казались карликами, другие – великанами, третьи – растекшимися по полу жижами. Одни двигались так стремительно, будто я смотрела фильм в ускоренной перемотке, другие один шаг делали в течение пяти минут. Кто в какое временное искажение попал. Но все стремились в одно место. В конце расщелины, за тонкой перегородкой из Веркрестова лежал Эльрих. Он был без сознания. Но грудь вздымалась, а пар вырывался изо рта. Значит, жив.
Я ощущала изменения пространства и времени на Каре, поэтому легко огибала неудачные участки. Например, те, где полицейские и Спецназ не могли пройти метр за десять минут. И выглядели как люди на замедленных кадрах фильма.