Кодекс Крови. Книга VII (СИ)

— Ты уверен, что сестра в этом замешана? — хмуро обеспокоился последними новостями император.
— Я сам слышал обрывок их разговора. Потому и отправился следить за этим внешне безобидным старым чудаком. И хоть заказ поступил на очернение репутации, княгиню чуть не убили, а вместе с ней и нас заодно.
— Ну, может, просто хотел выслужиться…
— Ты сам-то в это веришь? — Андрей покачал головой. И без того болезненный, он едва отошёл от навеянного сна и сейчас старательно собирал разбегающиеся мысли в единое целое, чтобы донести до отца одну простую вещь. — Неужели ты не понимаешь, чем обернётся поведение Машки? Если они узнают, откуда растут ноги у покушения, то здесь скандалом не обойдешься. Мы потеряем вассала. А кто станет подчиняться императору, если от него уходят собственные вассалы?
— Не сгущай краски! Все живы, а свидетелей разговора между Машей и исполнителем, кроме тебя, нет, — император задумчиво постукивал пальцем по подбородку. — Да и клятву не так-то просто нарушить.
Андрей демонстративно прикрыл лицо рукой, безмолвно выражая собственно мнение об аргументах императора.
— Тебе ли не знать, что в каждой клятве существует множество лазеек. Тем более, если речь идёт об опасности или смерти члена рода.
Пётр Алексеевич был внутренне согласен с доводами сына, но пока не видел выхода в сложившейся ситуации. А потому следовало посетить княгиню и узнать, какой информацией она владела на самом деле. Император погладил пальцем один из артефактных перстней, изобличающих лгунов, и направился в палату к Киране.
Однако дойти до неё он успел. По дороге ему встретилась стайка лекарей, которые что-то живо обсуждали. Благодаря своему высокому росту, Пётр Алексеевич заглянул через спины лекарей и с удивлением обнаружил медицинскую карту княгини Виноградовой. За исключением обычных показателей, внимание лекарей привлекло несоответствие плановых и фактических уровней магии. Бесовщина какая-то. Напротив видимых для всех уровней магии, лекари ручкой дописали девятку в магии огня и десятку в магии воды.
«Это что же, выходит, всё это время меня водили за нос?» — злился император, входя без стука в больничную палату, но тут же прикусил язык, останавливая едва не сорвавшиеся с губ обвинения. Палата княгини Виноградовой была абсолютно пуста, как и палата её питомицы.
  
Глава 11
 
Когда я принимал клятву верности от Кардо Тортугаса, произошло незапланированное прозрение, в корне изменившее всю ситуацию для меня и Кираны. В воспоминаниях крови Эквадо я нашёл разговор с принцессой, где Мария Петровна жаждала растоптать репутацию моей сестры. Чем бы ни руководствовалась принцесса, но оставлять Кирану в уязвимом состоянии рядом с этой змеёй я не собирался. Пришлось действовать быстро.
Я связался по кровной связи с Тэймэй и Борзым. Они вместе с охраной должны были покинуть свадьбу, либо в рекордно быстрые сроки оказаться рядом с Кираной для эвакуации, так как той могла в любой момент понадобиться помощь. Тогда я ещё не понимал, насколько был прав в своём решении.
Кроме того, я связался со Светой. И как бы мне не было грустно отрывать её от свадебных торжеств брата, но выбора у меня не было.
— Свет, прости меня за то, о чём я сейчас тебя попрошу, — я понимал, что сейчас вывалю на лекарку ворох наших семейных проблем, но доверять ещё кому-либо из лекарей я не мог. — Я и Кирана отравлены магией Галапагоссова-Черепахина. Из симптомов возможна потеря ориентации, провалы в памяти и лёгкое помешательство.
— Где вы? Мы с отцом к вам приедем так быстро, как только сможем! — отозвалась сразу же Света. — Так, стоп! Но Кирана же здесь, на свадьбе, а ты… А ты где?
— Скоро буду там же, чтобы забрать свою семью и своих людей. Только не говори…
— Погоди! — перебила меня невеста. — Здесь что-то происходит!
Она пропала со связи, чем заставила меня изрядно понервничать. Но спустя минут пять сама вышла на связь.
— Здесь доставили принца Андрея и Искандера Кёпеклери не то в стазисе, не то во сне, не то в коме. Медведев в том же состоянии. Кирана мечется в бреду, вокруг неё идут спонтанные выбросы магии, так что к ней опасно приближаться. Волчица её вовсе отбивную напоминает. Я её, конечно, подлатала, но она даже в сознание не пришла. Миш, что происходит?
 
— Свет, если я скажу, что их всех нужно держать подальше от людей императора, ты мне поверишь? — тихо и серьёзно спросил у лекарки. — Всё, что ты видишь, результат интриг Марии Петровны. И у меня есть доказательства.
Светлана молчала. Несколько секунд она молчала, затем я услышал тяжёлый вздох.
— Совсем свихнулась, даже брата родного не пожалела… Отцу, я так понимаю, ничего не говорить?
— Пока мы не вылечимся, я не доверяю никому, кроме тебя!
— Хорошо, мы выдержим оборону какое-то время, как раз Тэймэй и Борзый с твоими людьми прибыли. Ждём тебя.
* * *
Светлана нервно вращала помолвочное кольцо-артефакт после связи с женихом.
«Подорожник, как же так… Неужели Машка и правда способна на такое?»
Борзый вместе с людьми занял оборону вокруг палат Кираны, Арвы и, как ни странно, но и Искандера Кёпеклери, признавая его чуть ли не членом семьи. Они не пускали никого, кроме Светланы. Остальные лекари лишь качали головой при взгляде на дверь в палату княгини Виноградовой. Та то покрывалась изморозью, то дымилась и чадила от языков пламени, то превращалась в глыбу льда.
Свете ещё повезло, что отец пока был занят приведением в состояние адекватности принца и главы имперской службы безопасности. Ей же предстояло какое-то время метаться между Кираной и Искандером. Арве помочь пока что она больше ничем не могла. Уже чудом было, что она вообще дожила до оказания помощи.
— Пропустите меня к сыну! — загрохотал голос Махмуда Кёпеклери на весь коридор, заставляя лекарей вжать головы в шеи. Борзый же спокойно выдержал вспышку гнева чужака, зависнув на несколько секунд. Затем сделал шаг в сторону и тихо прошептал что-то на ухо Махмуду. Тот лишь согласно кивнул в ответ и прошёл в палату к сыну.
Мимо пронёсся император, направляясь в палату к Андрею Петровичу. Кажется, отцу удалось привести в чувство принца. У самой Светы результаты были поскромнее. Искандера она смогла вывести из состояния полукомы, а вот Кирану стабилизировать не удалось, о чём яснее всего свидетельствовали всё учащающиеся выбросы магии.
У остальных потерпевших такого не наблюдалось. Выходит, именно так выглядело отравление магией, о котором предупреждал её Михаил.
— Светлана Борисовна, прошу вас, пройдите в палату к Киране Юрьевне, — тихо обратился к ней Борзый. В руках у него уже была арктическая волчица. Кроме того, Махмуд помогал сыну ковылять вдоль стеночки в палату к сестре жениха. Туда же скользнула и Тэймэй. — Пора…
Дверь за ней тихо затворилась, отрезая от посторонних шумов. В больничной палате стало тесно от количества людей, набившихся в неё, словно сельди в бочку. При этом все жались к стенам, стараясь оставить как можно больше пространства вокруг больничной койки Кираны.
Спустя пару секунд ткань миров заискрилась, словно вот-вот должен был раскрыться прорыв изнанки, но вместо него открылся небольшой портал, с обратной стороны которого Света увидела серого и шатающегося от усталости жениха, Тильду с Эоном и нескольких совершенно незнакомых людей. Её глаза непроизвольно расширились, когда на заднем фоне она рассмотрела того самого Галапагоссова-Черепахина, который и наградил Михаила с Кираной отравлениями.
Светлана совершенно ничего не понимала. Комары осторожно вывозили на каталке Кирану, следом в портал вошли отец и сын Кёпеклери, а за ними Тэймэй.
Лекарка в нерешительности смотрела на жениха, не решаясь сделать последний шаг. Почему-то казалось, что её выбор сейчас будет иметь далекоидущие последствия.
Михаил не торопил, не звал с собой. Лишь подошёл к границе портала и подал ей руку. Света обернулась и увидела, что Борзый с парой комаров ждут её перехода, обеспечивая безопасность. Она своя. Такой же член рода, которого нужно оберегать и защищать до последнего. И она ответит им тем же. Света подала руку жениху и шагнула в портал.