Шурочка и Вася в древнем городе (СИ)
– Ты смотри, что старая делает! Убьется же, дурная! – всплеснула руками Потапова.
– Или шейку бедра сломает. – добавила Василина, и, сложив ладони рупором, закричала: – Бабушка, куда же вы? Туда нельзя, опасно!
Но бабуля оказалась туговата на ухо, не услышала предупреждения и продолжила свой путь.
– Не могу смотреть, – пожаловалась Шура. – Ну свалится же сейчас! Вась, что делать?
– Нужно догнать и вернуть её. И лучше передать сотрудникам лично с рук на руки. А то, кто ее знает, – мы только отвернемся, а она опять куда-нибудь залезет.
Подруги осмотрелись по сторонам. Никого. Эта часть древнего города оказалась абсолютно безлюдной.
– Ну дела… – Василина первая ступила на покачнувшиеся под её весом камни, и начала путь вверх. – И как она тут прошла? Хоть бы успеть догнать.
– Поднажми, Васек, – пыхтела сзади Шурка. – Нужно спасать бабку.
На вершине старушки уже не было, зато обнаружился лаз, куда она, скорее всего, и спряталась.
– Я туда не полезу, – категорично завертела головой Потапова. – Там темно… и, вообще, непонятно, что там.
– Трусиха. А если бабка там лежит, стонет, помощи ждёт? Её же не найдут никогда!
Уговорами и щедрым предложением отдать свой кусок чизкейка в награду за смелость, Шуру удалось загнать в подземелье, где она, на пару со Спартаком, сразу затряслась и шарахнулась от первой подозрительной тени. А теней здесь было предостаточно, – солнце почти село.
– Бабуля… вы где? Отзовитесь… – Василина обошла гулкий каменный зал по кругу, осторожно заглядывая в каждый из пяти зияющих темнотой проемов. – Черт… тут куча коридоров. Куда она делась?
– Уууу… – завыло в одном из проёмов и из его глубины показалось слабое свечение.
– Она там! Заблудилась, старая. Слышишь, аукает?
Девушки ринулись в узкий коридор, подсвечивая себе дорогу фонариками телефонов. Вскоре теснота прохода сменилась более просторным помещением округлой формы, в центре которого стоял небольшой каменный алтарь, больше похожий на табуретку. Точно такой же алтарь часом ранее демонстрировала экскурсовод в древнем храме. Отличие было в том, что на этом алтаре лежал светящийся голубым светом камень, размером с хорошее двухжелтковое яйцо. Камень испускал лучи, чьи мягкие синеватые переливы и заметили девушки ещё в коридоре.
– Чё за фигня? И где бабка? – Потапова осмелела и первая подошла к "яйцу". Осмотрела его со всех сторон, но потрогать не решилась, хотя и очень хотела. Очень уж необычно смотрелся этот предмет в окружении каменных стен. – Игрушка, что ли? А чья? И кто её включил?
– Бабка, больше некому, – авторитетно заявила Василина. – Только куда она пропала? Других ходов тут нет. Она должна была нам навстречу попасться.
– Чудеса..
Девушки исходили пещерную комнату вдоль и поперек, покружили вокруг непонятной светящейся штуки, постояли возле неё и подивились на странность ситуации.
– Слушай, давай уже возвращаться, а? И так опоздали к сбору группы, – взмолилась Саша.
– Ну пойдем, – вздохнула Василина. – Только на выходе обязательно предупредим охрану, что у них тут бабуля беспризорная бродит.
На обратной дороге подруги чуть не поссорились. Вася убеждала, что заблудиться они не могли, да и как тут заплутать? По коридору в поисках старушки они шли прямо, никуда не сворачивали, возвращались тем же путём. Значит, скоро появится та большая комната с несколькими выходами. Или входами?
Саша же ничего вокруг не узнавала и истерила, что они точно идут куда-то не туда. У неё на телефоне села батарейка и теперь Потапова с удвоенной силой жалась к подруге, как и несчастный Спартак. Пёсик был напуган больше всех – поскуливал, настороженно поднимал уши и надолго замирал, прислушиваясь к чему-то.
– Ну вот, а вы боя…лись… – Василина сбилась на полуслове и остановилась в проходе.
Коридор вывел их совсем в другое место. Неизвестно как, но девушки оказались в просторном помещении, стены которого были сложены из гладких и новеньких на вид "кирпичей", – хорошо обработанных светлых камней. Вдоль трёх стен тянулись каменные лавки, у четвертой располагался очаг. Окна непривычной формы – срезанный снизу овал, прикрывали деревянные ставни. Освещалось помещение одним факелом, закрепленном в специальном держателе возле двери. Дверной проем повторял форму окон – срезанный овал. Деревянные двери, само собой, тоже.
– Это что такое? – прошептала Саша. – Вась, куда мы попали? Что-то мне страшно… Пойдем назад, а?
– Куда назад? Дурная совсем? Вон дверь, сейчас выйдем и там определимся. Дорогу спросим у кого-нибудь или сами доберёмся до выхода в город.
Василина, хоть и храбрилась перед Сашей, тоже чувствовала себя странно и неуверенно, но старательно игнорировала нарастающее чувство тревоги. Какой смысл паниковать? Нужно постараться выбраться к людям, а потом, в спокойной обстановке, попытаться проанализировать произошедшее и найти всему логическое объяснение. А оно, несомненно, есть.
Василина смело пересекла каменный зал и попробовала отворить одну створку двери. Та легко поддалась и распахнулась наружу.
– Саш, давай за мной! Чего там топчешься?
Но, выйдя на улицу, Василина и сама застыла на месте от шока.
– Что там? – Шура ткнулась подруге в спину и выглянула из-за плеча. – Япона кочерыжка…
– Не ругайся, – машинально произнесла Василина и крепче сжала ремешок рюкзака.
– Не ругайся?! Ты мне говоришь – не ругайся?!!! – зашипела перепуганной коброй Потапова. – Где мы?!!
– Дай подумать, – Василина поморщилась и растерла виски. Ей внезапно стало дурно. – Мне нужно подумать… подумать… нужно..
– Эй, Фёдорова, не вздумай свалиться в обморок, – Саша подхватила под руку пошатнувшуюся подругу. – Куда мы со Спартаком без тебя?
Василина слабо улыбнулась, чтобы успокоить встревоженную Потапову, но на самом деле ей было абсолютно не смешно. Да и кто бы смеялся, обнаружив себя в незнакомом месте, в окружении каменных домов средневекового вида, в почти полной темноте, разбавленной лишь редким тусклым светом из окон?
* * *– Давай рассуждать логически.
– Давай! – Саша преданно посмотрела на подругу и приготовилась слушать.
Девушки, от греха подальше, вернулись в помещение непонятного назначения и плотно притворили за собой дверь, несмотря на то, что догорающий факел знатно чадил и не давал нормально дышать. Особенно страдал от дыма чувствительный нос Спартака, и дрожащий любимец Потаповой бесконечно чихал и тёр морду лапой.
– Что – давай? Ты тоже думай, накидывай идеи!
Саша старательно наморщила лоб, закусила губу, почесала кончик носа и, с радостной улыбкой выдала:
– Я поняла! Мы каким-то образом оказались в декорациях к историческому фильму! Помнишь крепость в Судаке? Там несколько лет назад фильм снимали про гладиаторов, а декорации так и оставили! Вот и здесь, скорее всего, тоже самое!
Василина прошлась по комнате. Легонько постучала по ставням, поковыряла ногтем металлическую заклёпку, провела ладонью по мраморной лавке, заглянула в очаг.
– Здесь всё настоящее, – вынесла вердикт она. – Декорации так не делают, – незачем, да и дорого очень. И, сама подумай, неужели экскурсовод не рассказала бы нам, что в данный момент идут съёмки фильма? Мы обошли всю территорию Херсонеса, таких строений не видели. Там от домов, считай, одни фундаменты остались, а здесь что? Всё целёхонькое и на вид жилое. Ты запахи почувствовала? Едой пахнет, домашней скотиной и канализацией немного. Это не декорации, а живой город.
Словно в подтверждение её слов, с улицы раздался шум, – топот копыт лошади, ржание, металлический лязг.
– Всех целителей в дом Гераклида требуют срочно! Фенарета разрешиться от тяжести не может!
Василина и Александра тревожно переглянулись. Снова послышалось ржание и в дверь сильно стукнули.
– Целителям срочно явиться в дом Гераклида.
– Вась, мне страшно… – всхлипнула Саша и прижала к груди повизгивающего Спартака. – Я хочу домой.