Кольцо 2 (СИ)
Безусловно, это всего лишь понты и статусное выпендро, так как Мишина нейросеть обозначала всем окружающим его как рува, то есть личного раба высокопоставленной особы. И конечно, такое одеяние нарушало правила, ибо не соответствовало реальному статусу Михаила. Но кто осмелится высказать любимому шуту короля, что тот напялил на себя корону? И Мишу не заботило, как его воспринимают. Главное, что ОН знал, кем является на самом деле. Кому-то что-то доказывать он не собирался. Он хотел и делал то, что хотел, потому что мог.
Аморально? Нас рать, а вас? Вот и нех тут.
Так рассуждал Михаил, никогда не отличавшийся высокими моральными качествами, выросший на идеалах 90ых, а ныне вкусивший вседозволенности, с немалым шансом избежать последствий, благодаря своим возможностям.
— Ну что же, ты уже приняла меня в штат своей гвардии? — налюбовавшись собой великолепным, полюбопытствовал Миша.
— Да, любовь моя. Ты — теперь командир Золотых Соколов! Папа́ подтвердит твой дворянский патент, и ты стал кавалер Ми́ха Сели́н. Только «-ин» на конце — это князья, а в королевстве их уже тысячи три лет как не осталось. Сразу после восстания Дома Черных. С тех пор их всех… того. А вот кавалерам положено «-ун».
— А баронам?
— «-ус», а графы — это «-ан».
— Ничего, я скоро весь этот ваш гадюшник… — не стал договаривать наш амбициозный раб с революционными, не иначе, замашками. — А что моя шпага, готова? Я уже начал базу Фехтование учить. Прикольно даже.
— Ее вскоре доставят.
Как оказалось, та зубочистка на боку графа, что Миша увидел в первый день, являлась весьма грозным оружием. Хоть и статусный предмет при этом. Такое тут таскали все дворяне королевства, и в их интересах было уметь этим пользоваться.
Казалось бы смешно. В эпоху орбитальных ударов, дальнобойного скорострельного индивидуального оружия, бронескафов с экзоскелетом, в конце концов, какую роль эта чушь может играть?
А тут интересно. Любой дворянин может вызвать на дуэль любого другого и грохнуть его. И беда, если тот не умеет махать этой вот штукой. Правда, у всяких графов всегда есть тот, кто может представлять его в поединке. Поэтому какой-нибудь местный Д’Артаньян не сможет, однажды рассердившись, приколоть графа де Рошфор, у которого и своих гасконцев в достатке. Но если его вызовет такой же граф де Ла Фер, то Рошфор умоется и вынужден будет сам скакать со штрыкалкой. Простолюдина же — дворянин может просто так, походя зарезать. Правда, дорого выйдет. Дешевле нанять киллера и по тихому убрать дерзкого выскочку, забывшего свое место.
В боевом же плане. Да, выстрелы шпагой отбивать, как джедай, не выйдет, но пробить даже скаф-четверку вполне реально. У нее ведь не традиционный металлический сантиметров семидесяти клинок. Это просто такая полимерная основа, которая, правда, и сама по себе весьма грозная штука против «мяса». Однако вокруг себя она еще и формирует регулируемой длины, максимум до чуть более метра, полевую структуру. Именно такой вот полевой клинок и способен пронзить современную броню скафа. В общем, в итоге мы имеем не короткую зубочистку с незащищенной рукоятью, а вполне себе боевую рапиру с более чем метровым смертоносным клинком и такой же полевой защитой кисти, по типу как у корзинчатых мечей или шпаг 17 века. При умении — грозное оружие. Да и в абордаже покруче всяких там виброножей и тесаков.
Тут хоть и космос с его невообразимыми расстояниями да просторами, но корабли всё так же штурмуют и берут на абордаж, словно это, блин, эпоха парусников, дульнозарядных пушек и шляп с перьями. А объяснение одно. Жадность. Расхреначить звездолет можно без проблем, но это дорого. Зачем тогда вообще ввязываться, если оно не окупится? А войн на уничтожение тут уже и не помнят.
— Ну скажи, хорошо? — наконец отлип от зеркала новоявленный дворянин.
— Идеален! — с придыханием согласилась его… ещё и сюзерен теперь.
— Это мягко говоря! — не унимался позёр.
За минувшие дни почти уже кавалер Миха Сели́н закончил базу Морф 4 уровня. Регулярный разгон в медкапсуле на несколько часов в день, чтобы не прозевать очередной сеанс внушения любви к себе, позволил не тратить целых 18 дней. Да и импланты уже заработали и подняли его инту до значения 312. Это всё и позволило закончить с Морфом да приступить к разучиванию Фехтования. Медицинские же базы, пусть уже и были в наличии, но там их оказалось дохренища в рамках профессии, поэтому пока что Миша решил это отложить. Он всячески налегал на тренировку резерва, каналов и целительского плетения, сложнючего из-за обилия параметров и настроек.
Но возвращаясь к Морфу. Миша понял, насколько же он крут. Его тело — это теперь нечто. Он даже может подстраивать его под навыки из разучиваемых баз. Например, освоив фехтование, ему не нужно лезть в тренировочную капсулу, чтобы наработать мышцы, сухожилия и прочее для присущей умениям моторики. Ведь мало знать, как колоть и отскакивать от атак, если у тебя нет необходимой физухи для этого. Для подобных целей и нужны тренировочные капсулы, где, пока ты в виртуале скачешь с тренером, тебе наращивают все необходимое в тушке. Но морф Миша мог и сам, причем в кратчайшие сроки подогнать физические параметры под что угодно.
Но это не всё. Меда как-то упоминала тайную ликвидацию недругов. Так это не шутка. Морф может выработать в своем теле яд и под видом, например, шлюхи втереться в доверие к объекту ликвидации, ну и, проведя бурную ночь, оставить счастливую удовлетворенную жертву, которая через пару дней умрет от естественных причин, так сказать. Понятно, что Михаил не собирался подобным заниматься, точнее, именно так, но для ясности картины пример весьма подходящий.
А чего только стоят широкие возможности по изменению собственного тела. Миша даже один раз сделал себе сиськи и пощупал. Интересно было, шо оно такоэ. Потом сплюнул и вернул всё назад. А во искупление перед своими комплексами, даже волос на груди слегка отрастил. Медара как увидела эти кущи, даже позеленела, лесбуха проклятая, пришлось возвращать безволосость. Но Миша рассердился на нее и потом гонял пару часов по спальне своими тентаклями. Еле догнал спустя полчаса на вершине скалы. Эт которая в левом углу, сразу за земляничной поляной. Там еще смешные миниатюрные борсучки забавно спаривались. Тут-то, в общем, Миша и настиг беглянку, ну и, под впечатлением от убранства покоев графини, предложил ей голосом Дроздова слезать, а то хуже будет. Слезла, куда она денется-то? От трех двенадцатиметровых розовых штук с присосками.
Глава 2.4
ГЛАВА 4
— Скажи-ка, звезда моя, — спросил на следующий день наш невольник, развалившись в плетеном кресле в тени кустарника с невероятно ароматными цветами, — а что будет, если твой папенька, да хранят его небеса, скоропостижно скончается? Станешь ли ты тогда полноправной графиней и наместником сектора?
— Что ты, любовь моя. Меня тот час же выдадут за избранного на Совете Домов, и он станет главой Дома. Ну и наместником, когда его величество утвердит этого претендента, — отвечала ему госпожа, как раз заканчивая педикюр его левой ноги.
Эту дурь, понятное дело, Миша сам придумал. Всё же при наличии медкапсул в подобном нет нужды. Однако Медаре это показалось очень даже чувственным и романтичным, вот она и ухватилась за идею выразить таким образом свои чувства «возлюбленному».
— Мда. А вот, если твой благоверный, не дай небеса, случайно умрет, например, на охоте? Станешь ли ты тогда вместо него?
— Повторится всё то же самое, мой рыцарь.
— Хм. Даже если у тебя уже будет малолетний наследник от почившего его сиятельства? — не терял надежду наш амбициозный альфонс.
— Да. Наследник в таком случае станет всего лишь одним из претендентов на наследование через испытание. Но даже смерть батюшки станет для меня страшным ударом, ведь я потеряю тебя, любимый.
— Чего? Как это? Почему? Подробнее, — встрепенулся Селин, меняя ногу для косметической процедуры.