Кольцо 2 (СИ)

Да, от электричества он всё также неуязвим, но вот именно что бессмертие — под вопросом. Тем более, раз его зачем-то подвергали процедурам омоложения, за эти выпавшие из памяти более 80 лет рабства непонятно где и как.
В общем, наметок много, но лишь время покажет. Ну или целенаправленные исследования, на которые нужно отвлекаться от починки звездолета.
— Да гребаный пирожок! Какого тебе еще нужно, а? — завопил Миша, столкнувшись с новым затыком и неудовлетворительным результатом очередного эксперимента с синтезатором на технической палубе, коим управлял удаленно, покачиваясь в гамаке.
— Чё там? — влезла конопатая.
Миша посмотрел на нее так, что она с возгласом: «Ой!» — юркнула в кусты и оттуда робко поинтересовалась:
— Я ж только помочь. Чего ты?
— Не хочу я двести лет лететь-пердеть, Меха. А у меня нихрена не получается, — вздохнув, более спокойно выдал ученый.
— Так а чего ты сигнал бедствия подать не хочешь? — уже смелее вылезла из кустов деловая колбаса.
— ЧЕМ? Покричать? — опять начал выходить из себя мыслитель.
— Спокойствие. Только спокойствие. У тебя какое задание?
— Починить звездолет, — промямлил не понимающий Миха.
— Да нет. От Ар.
— Ты о чем, какое задание? — вообще нихрена не понимал Миша.
Но когда его собеседница сложила руки на груди, давно уже нормального, а не арбузоподобного размера, да ещё и, наклонив голову, посмотрела на него как на дурочка, дурачок влепил себе рукой в лицо и со стоном опал в гамак, прячась там от стыда.
— Ню. Сообразил?
— Хлопните меня ап стенку… — безжизненным голосом прогудел ученый, исследователь, мыслитель и прочая, прочая.
Дело в том, что та самая «всемогущая сопля», а по сути капля слизеподобного питательного вещества с колонией нанитов внутри, ну а по научному, как мы все наверняка любим, внешняя инфраструктура нейросети Ар, так вот, эта прелесть способна из ЛЮБОЙ материи сварганить, по заложенному в ней шаблону, станцию Всеобщей сети Ар. А у этой штуки есть, что? Правильно! Свой гипердвигатель. И наверняка куда более совершенный, чем в технологиях Единства. Да и устройство связи там какое-то должно иметься, возможно на тех же принципах, то есть с приставкой «гипер-».
И вот, капнув такую вот липкую прелесть на один из фрегатов, корвета, пожалуй, не хватит — можно через день-два получить вполне себе то, чем можно будет подать сигнал бедствия. Ну или выколупать Гиперий себе на движки, а слизь опять его «наварит», починив аппарат и восполнив недостающее.
Миша был не уверен, но у станции кажись даже своя сли… колония нанитов есть, что может самостоятельно чинить и тысячелетиями, а то и миллионами лет, в пустоте ведь, поддерживать работоспособность элемента Всеобщей сети.
Получается, что в наличии есть чудоинструмент, который САМ умеет из любого сотворить то, что надо, даже если ты — без необходимых баз, и не знаешь, как оно это так получается.
— Механизмочка, лапочка, доставь позязя эту вот капелюшечку на один из фрегатиков. Ну и скажи там, чтобы экипажик с вещичками на выход. Мы им потом новый пипелац подарим, — пролебезил посрамленный гигант мысли.
Откуда-то вылетел шустрый дрон и принял в какую-то емкость небольшую капельку, что образовалась на указательном пальце нашего Сеятеля, а после умчал к фрегату Разящий.
Миша же, с чувством исполненного долга, откинулся на спинку плетенного из Мимидо́рской лозы кресла и, потягивая Миримбовый фреш, выдал:
— О, а чё, эти еще зажигают, что ли? Во дают! Как они там, на орден уже заработали?
— Эх, Селин, Селин. Не знала бы тебя как облупленного, наверное бы даже и обиделась.
— А я чё? Я ничё. Ну ты эта. Спасипки, что ли. Ну там… ну эта… ну ты в курсе, в общем
— Не за что, — вздохнув, развалилась конопатая на парящем в воздухе, словно на волнах моря, надувном матрасе. А натянув огроменную шляпу на нос, продолжила, эм, загорать. Мда.
— Так чё там. Долго еще будут длиться эти приключения неутомимых Тузи и Бузи?
— Да они там сами уже. Все задания выполнили, потрудились и теперь, хм(пожав плечами), отдыхают, развлекаются, веселятся. Коэффициенты набивают, — перевернулась мелкая на живот и, развязав завязку верха бикини, требовательно протянула тубу с кремом от солнца охреневшему собеседнику.
 
— Я, как бы, с ума ещё не сошел, да и не одинок настолько, чтоб вступать в активное взаимодействие с невидимым остальным элементом дополненной реальности, — но под взглядом сузившихся глаз слушательницы, поспешил добавить. — Какую бы замечательную личность это всё не олицетворяло. Вот как сможешь на травке следы оставлять, по воде круги пускать, тень отбрасывать и от ветра заслонять, так сразу и обращайся. Так что там эти шальные девки?
А тем временем в трансляции тех забав, что созерцал один шалопай и одна програмная аномалия, три жаркие особы дарили друг другу удовольствие, перепробовав уже почти весь инвентарь из притащенного чемодана разнообразных инопланетных писюнов.
Зю была неумолима, ее высокое но до невозможности женственное тело, которым ее одарила природа, а продвинутая медицина Единства сохранила, ну и в некоторых местах гиперболизировала, так сказать, в общем, она властно овладевала коштановокудрой малышкой Бузей, пока послушная светловолосая красавица Тузя где-то сзади старательно ублажала голубоволосую своим языком, удлиненным в полтора раза одной, вполне косметической и довольно распространенной в Единстве, процедурой.
И наверное, красотку Зю порадовало бы всё сейчас происходящее, если бы ее личность не претерпела стольких изменений за последние 87 лет жизни. Это сейчас она, наскучив хозяйке, докатилась до садовой рабыни. А до этого была рабыней покоев. Ещё ранее — личной рабыней. Перед этим — товаром на невольничьем рынке. А до того — звездой борделя Тягучая Сонра́ под псевдонимом гибкая Лу. А раньше — порноактрисой, что звалась Грязная Бо́на. А еще раньше — будучи капитаном 3 ранга и командиром фрегата Неумолимый 7 флота империи Дотаран, она была выкрадена якобы Миренгской ДРГ, хотя на самом деле, людьми зама ее отца, ну и передана Саамарийскому пиратскому картелю, чтобы шантажировать главу СБ этого самого 7 флота. Который тогда, несмотря на регулярно присылаемые ему фильмы с участием новой порнозвезды специфического жанра, так и не предал присягу, а со временем и смирился с утратой дочери.
Но кто, в конце концов, в Королевстве Миренга сейчас вспоминает подобные давние истории? Но!
Дотаран помнит!
  
Глава 2.16
 
ГЛАВА 16
Где-то в пассажирской зоне Меноры.
— Зю, ты такая классная, — уже в другой день, но снова прижавшись к голубоволосой садовой рабыне, щебетала каштановокудрая Бузя, пока светловолосая с ёжиком Тузя массировала им обеим ступни.
— А то, малыха, — как-то непривычно бойко, как для рабыни, отвечала с недавних пор гораздо более инициативная невольница с трагической, да как и у большинства рабов, судьбой. — Эй, твоя честь, ну-ка метнулась по-бырому нам за винишком. Одна нога тут, другая… ну ты знаешь.
— Ой, ну ты просто прелесть, — продолжала тискать и ластиться к ней мелкая, пока смуглая умчала.
Припухшие от нескончаемой эксплуатации губы Мероллы сейчас обжигали жаром высокую шейку загорелой Зю, чей ротик приоткрылся, являя красивые крупноватые зубки из-под верхней, чуть вздернутой губы, глаза закрылись, а дыхание участилось. Ловкий язычок Фирье немилосердно распалял страсть и лишал самообладания, а шустрые ее пальчики умело играли с роскошной формы сладострастными сосками поплывшей на волнах наслаждения невольницы.
Но вот, усилием воли Зю вернула контроль над своим, пленённым желаниями телом и, хулигански глянув на миниатюрную гвардейку, выдала. Нет, не: «А вы вообще, службу когда-нибудь несёте, блин?» Спросила она следующее:
— Хочешь, покажу Лу?
— К-кого? — еще не вернув ясность во взгляд, вопрошала до предела распаленная Бузя.