Безжалостные святые (ЛП)

Я делаю большой глоток водки, затем говорю:
— Уинтер хочет уничтожить семью Бланко.
— Сколько она готова заплатить? – спрашивает Дмитрий.
— Я не знаю. Как только вы с Алексеем присоединитесь к нам, мы сможем поговорить о делах.
— Дай ей знать, что Алексей берет пять миллионов за то, что пришел на помощь.
— Непременно.
— Отдохни немного, – бормочет Дмитрий. – Увидимся завтра вечером.
Мы заканчиваем разговор, и я наливаю себе еще выпить. Я практически делаю глоток, когда ко мне подходит Арминдо.
— Мне нужны фотографии. Приведи мужчину и девушку.
Кивнув, я допиваю остатки напитка и встаю. Я поднимаюсь по лестнице, и когда я вхожу в комнату, то нахожу Киллиана и Уинтер сидящими на диване. Его рука обнимает ее за плечи. Они оба вскидывают головы, и когда я вижу покрасневшие глаза Уинтер, у меня в голове снова прокручивается вся ночь.
Мои мышцы напрягаются, и я сжимаю руки в кулаки, чтобы сдержать бурлящий во мне гнев. Я хочу вырвать позвоночник Адриана из его тела за ту боль, которую он причинил Уинтер.
— Святой Монарх выдал открытый контракт на Адриана Винсента. Он убил твоих отца и брата.
Губы Уинтер приоткрываются, когда новость поражает ее.
— Алексей берет пять миллионов за то, что придет на помощь.
Она начинает кивать.
— Хорошо.
— Приведи себя в порядок, – инструктирую я ее. – Нам нужны фотографии для паспортов.
Уинтер идет умываться, и это дает нам с Киллианом минутку побыть наедине.
Наши взгляды встречаются, и затем он говорит:
— Привыкай к тому, что я рядом. Я не оставлю ее.
— Она моя подопечная, – рычу я. – Ты сделаешь в точности так, как я скажу.
Киллиан делает угрожающий шаг ближе ко мне.
— Ты не будешь приставать к ней. И будешь относиться к ней с уважением.
Я медленно качаю головой.
— Не указывай мне, как делать мою работу.
Наши взгляды остаются прикованными друг к другу, а затем Киллиан отступает. Устало вытирая лицо, он бормочет:
— Что за хуйня.
Он может сказать это снова.
— Не совсем та работа, которую я хотел, – впервые озвучиваю я свои собственные мысли.
— Я не знал, что Патрик собирался сделать ставку на тебя. Он никому не сказал, – сообщает мне Киллиан.
Уинтер не знала?
— Дело сделано, – говорю я, стискивая челюсти.
Уинтер возвращается в гостиную, выглядя немного лучше, но все еще слишком бледной.
— Пошли, – ворчу я, направляясь к двери.
— Насколько безопасно это место? – спрашивает Киллиан.
— На сегодня достаточно безопасно. Мы выезжаем в четыре утра.
Идя по коридору, Уинтер следует прямо за мной, а Киллиан замыкает нас.
Когда мы спускаемся по лестнице, Арминдо указывает на дверь рядом с баром.
— Сюда.
Войдя в маленькую комнату, я встаю перед белой стеной, и Арминдо делает снимок.
— Следующий, – бормочет он.
Уинтер подходит и встает перед стеной, а я скрещиваю руки на груди и наблюдаю.
Мне нужна другая одежда. Этот костюм становится удушающим.
Когда Арминдо сделал фотографии, он говорит:
— Я пришлю еду в твою комнату.
— Спасибо.
Мы возвращаемся в нашу комнату, и как только оказываемся внутри, я бросаю взгляд на Уинтер.
— Ложись в кровать и немного поспи.
Она качает головой и садится на диван.
Я снимаю пиджак и, расстегнув манжеты рубашки, начинаю закатывать их, когда сажусь на другой диван. Я подтягиваю портфель с оружием поближе, чтобы осмотреть его.
Мой взгляд поднимается к Уинтер, и наши взгляды встречаются.
Первый день, и я потерпел неудачу.
Мы продолжаем смотреть друг на друга, Уинтер с печалью, затуманившей ее глаза, и я с горькой реальностью, что такова будет моя жизнь в течение следующих двенадцати месяцев.
Но даже в этот темный час между нами по-прежнему существует постоянное притяжение. Поскольку моя работа требует, чтобы я был рядом с Уинтер двадцать четыре часа в сутки, это только вопрос времени, когда я потребую вернуть долг, который она мне задолжала.
Глава 13
УИНТЕР
Я не прерываю зрительный контакт с Дэмиеном, когда кладу голову на плечо Киллиана и прижимаюсь к нему сбоку.
 
Ранее сегодня я думала, что прощаюсь с Дэмиеном, а теперь он здесь, прямо посреди моего ада.
И моя жизнь зависит от него.
У меня лучшая защита в мире, и все же я чувствую себя крайне уязвимой. Ободранной до нитки. Одной.
Нет, не одной. У меня все еще есть Киллиан.
Мои глаза начинают гореть от пристального взгляда и постоянной борьбы за то, чтобы сдержать слезы. Медленно, я позволяю им закрыться. Последнее, что я вижу, – это темно-карие глаза Дэмиена, наполненные яростью и чем-то еще, для чего у меня нет слов.
Через пару минут Киллиан шепчет:
— Я думаю, она наконец-то заснула.
От Дэмиена доносится только ворчание.
Я собираюсь сказать им, что я не сплю, когда Киллиан говорит:
— Я была ее охранником со дня ее рождения. Уинтер – дочь, которой у меня никогда не было. Она – моя жизнь.
От Дэмиена слышится только молчание, поэтому Киллиан продолжает:
— Она любит лошадей. Только их фотографии и те маленькие статуэтки. Она боится настоящих лошадей. Однажды, когда я хотел дать ей урок верховой езды, она закричала и до смерти напугала лошадь и меня. – Киллиан издает тихий смешок, и я чувствую, как он вибрирует по всему его телу.
— Зачем ты мне это рассказываешь? – спрашивает Дэмиен.
— Для того, чтобы ты увидел в ней личность, а не просто кровавую принцессу. – Киллиан делает глубокий вдох. – Ты, вероятно, познакомился с ее сильной версией во время тренировок. Да, она вспыльчивая, но в ней есть гораздо большее. Она любит всем своим сердцем. Когда она смеется... – Я слышу улыбку в голосе Киллиана. – Это исходит из ее живота. Это громко и заразительно.
О, Киллиан.
Я изо всех сил пытаюсь выровнять дыхание, хотя мое разбитое сердце сжимается.
— Она любит дождь. Всегда думала, что облака плакали, когда она была всего лишь маленькой девочкой. – Он издает еще один тихий смешок. – Она жила уединенной жизнью на острове. После смерти ее матери она попросила меня обучить ее, чтобы она могла защитить Шона. Он был для нее всем.
За словами Киллиана следует тишина, и я не могу удержаться от того, чтобы с трудом проглотить комок в горле. Я не могу сломаться перед Дэмиеном. Он здесь всего на год, а потом уедет. Прямо сейчас он мой хранитель, но через год он может стать моим врагом.
Киллиан прочищает горло, затем спрашивает:
— Расскажи мне о себе. Где ты вырос?
Секунды тянутся долго, прежде чем Дэмиен бормочет:
— Россия. Семейное поместье. – Проходит еще несколько секунд, затем Дэмиен продолжает. – Мой дядя взял на себя воспитание меня после смерти моего отца.
— Скажи мне что-нибудь, что делает тебя человеком, – говорит Киллиан.
На этот раз наступает долгая пауза.
— Мне нравится дождь.
— Что еще? – Киллиан шепчет.
— Хватит. Я не собираюсь с тобой об этом разговаривать, – бормочет Дэмиен.
Становится тихо, и я могу слышать только наше с Киллианом дыхание.
— Какие планы на завтра? – спрашивает Киллиан.
— Мы отправимся в Баварию. Это пять часов езды. Мой брат встретит нас там.
Раздается стук в дверь, и я слышу, как Дэмиен встает. Секундой позже он вздыхает с облегчением.
— Карсон. Заходи.
Киллиан ерзает, когда я поднимаю голову, и, оглянувшись через плечо, я наблюдаю, как Карсон входит в комнату. Его глаза встречаются с моими, и, слегка кивнув, он бормочет:
— Мои соболезнования. – Он снова обращает свое внимание на Дэмиена и протягивает ему сумку. – Я подумал, что тебе это понадобится.
— Спасибо.
Карсон следует за Дэмиеном в спальню, и они остаются там на некоторое время.
Киллиан проводит рукой по моим волосам.
— Тебе нужно немного поспать, куколка.