Тень минувшего полнолуния (СИ)

– Эй, парень. Ты полегче с такими мыслями. Мал ты еще, чтобы в ведьм влюбляться, – осадила я его.
Вот в самом деле. Только влюбленного Брендана мне не хватало. Будет еще мне серенады петь. Я же умру со смеху. А у меня дел невпроворот: ягоды и грибы не собраны, убийца не найден, с лесом что не так не выяснено. Какая такая любовь? Не до нее.
Маркграф открыл рот, чтобы что-то сказать, но услышав мои слова, передумал и довольно улыбнулся.
– При всем при этом в словах Брендана есть резон. Есть и еще версии помимо лени. Он не успевал. На носу был поход, и он принял в нем участие, это наверняка. Сразу тело он не закопал, а потом не хватило времени. Дел перед отбытием много. Так что это тоже возможно, – Маркграф еще раз обвел комнату взглядом, как будто что-то искал.
– Ну, тогда не следует исключать то, что он мог испугаться, – предложил Брендон.
– Испугаться? Убийца? – не поверила я.
– Ну, вы же сказали, Лика, что у ведьмы он мог испугаться. А тут тело в заброшенном доме, в лесу. Мертвецы – они страшные, – выдал парень.
Я кивнула. Я не боялась мертвецов, но вполне понимала страх перед ними. Но все же образ убийцы у меня не вязался со страхом. Скорее со злостью и ненавистью.
– Очень может быть, что все эти факторы повлияли. А что же смущает вас, Маркграф? – спросила я.
– Место. Меня больше всего смущает место убийства. Зачем было тащиться такую даль? Не проще ли было убить поближе к замку и прикопать под ближайшей елкой? Или засыпать снегом в горах на охоте? Или столкнуть со стен замка? Можно было устроить несчастный случай? Все это проще, чем заброшенный дом в лесу, – и он снова прошелся по комнате, перешагивая через обвалившиеся доски крыши.
– А мы все осмотрели? Тут подвала нет? – оживился Брендан.
И мы дружно принялись исследовать пол.
В итоге повезло Брендану. Откинув в сторону мусор, он обнаружил в углу люк.
– Погреб?
– Подвал?
– Тайный лаз?
Почти одновременно выдали мы.
– Лика? Что чувствуете? Проклятья? Ловушки?
– Нет. Там все чисто. Более того, туда давно никто не спускался. Лет пять точно. Если проклятья и были, то за это время рассеялись. С ловушками сложнее. Но я не ощущаю западню, – ответила я.
– Примерно в это же время чудак, что тут жил, его покинул, – кивнул, подтверждая мои слова Маркграф.
– А кто тут жил? – спросила я то, что следовало выяснить уже давно.
– Один чудак. Мы его звали сказочник Вилли. Он был очень нелюдим, постоянно что-то бурчал себе под нос. Жил здесь лет десять. А потом ушел. Никто не знает, куда он направился. Впрочем, откуда пришел тоже. У нас в деревне его все любили, а еще он сказки детям рассказывал, – ответил Брендан.
– Однажды он поклонился мне и сказал очень высокопарно «Виль Гауф приветствует вас». А потом так же неожиданно развернулся и ушел, – задумчиво протянул Маркграф.
– Знавала я в детстве одного Вильгельма Гауфа. Он был философом, алхимиком и очень умным человеком. Только вот вряд ли это он. Что бы ему делать десять лет в этой глуши? А еще был у него друг, а вот того звали Вильгельм Гофман. И вот он тоже был сказочником, – в свою очередь подумала вслух я.
– А это точно два разных человека? – Брендан удивленно смотрел на меня.
– Точно. И сказки они разные рассказывали. Но с другой стороны… – задумалась я, но почти сразу одернула себя под взглядом Маркграфа.
На меня бросили весьма настороженный взгляд. Надо бы поаккуратнее с такими вот рассуждениями. А то не ровен час и заподозрят что.
– Мы вниз-то пойдем? – вывел нас из игры в гляделки Брендан.
– На этот раз я первым иду, – решительно сказал Маркграф и спустился на первую ступеньку.
Она под ним предательски скрипнула, но выдержала. Ну, если Маркграф не провалился, то мы и подавно спустимся.
– Ведьмин свет зажечь? – спросила я.
– Нет. Я предпочитаю обычный огонь. Тут есть факел, воткнут в стену у первой ступеньки. Брендон?
– Сейчас. У меня тут где-то был кремень, – и тот принялся шарить по карманам.
– Да не несите чепухи. Я и обычный могу зажечь. Давайте сюда ваш факел. Вы будете до вечера тут копаться, – и я решительно протянула руку.
 
Как это ни странно, но мне поверили, и я разожгла огонь. Ведьмам вообще редко верят, я привыкла. Факел зажечь оказалось просто, так как он до сих пор был пропитан горючей жидкостью. Видать старый Вилли и в самом деле был алхимиком.
Маркграф стал спускаться ниже, освещая себе путь зажженным мной факелом. Брендан неожиданно для меня устремился вперед, а я закатила глаза. Мужчины. Да, пожалуйста. Я не возражаю. Можно подумать, что я что-то пропущу. Но оказалось, что да, пропущу, потому что снизу вдруг раздался вскрик Брендана. То ли испуганный, то ли удивленный, а может и то и другое вместе, поэтому я не стала медлить, а быстро опустив ноги на первую ступеньку, устремилась вниз.
Слетев с лестницы, я сначала не поняла, что именно могло испугать или удивить. Подвал был пустой. Кое-где валялись остатки деревянных коробов, в которых раньше хранилась наверняка картошка, которую я собираюсь по осени собрать с поля за домиком. Но по большому счету это был обычный погреб.
– Вы же говорили, что тут нет ничего? А тут. Вот. Мертвец! – и Брендан указал рукой на стену, напротив которой они стояли.
*
– Ну и где ты его увидел? Мертвеца? Вот и в самом деле говорят, что у «страха глаза велики». Это не мертвец. Это грибы такие, – спокойно объяснила я.
– Грибы?
– Ну да. Вот смотри, – и я спокойно подошла к деревянной стене, из которой торчали причудливые отростки и в самом деле напоминающие пальцы мертвого человека, а сами кончики у них были светлее и походили на ногти.
Я оторвала один из грибов и даже понюхала его, вызвав у моих спутников непроизвольный вздох. Грибы и в самом деле выглядели отвратительно, но это были всего лишь грибы.
– Вот видите, – и я разломила гриб напополам. – Он так и называется, «пальцы мертвеца».
— А вон то?
— И это тоже гриб. Называется «Рука дьявола». Другое дело, что он растет на трухлявых пнях и старых досках, но все же не в подвалах. А тут как будто кто-то специально его выращивал и ухаживал за ним, подпитывал магией.
Я в задумчивости посмотрела на старые доски, которыми зачем-то была обшита одна часть стены.
– Брендан? Это нужно сломать, – постановила я.
– Сломать? – в священном ужасе парень уставился на стену, из которой активно торчали скрюченные пальцы-грибы.
– Да. У этих грибов есть рад полезных лечебных свойств, но я обойдусь. Или еще найду. Так что ломай.
Брендан перевел взгляд на Маркграфа и тот кивнул. Тогда парень подошел и неуверенно отодрал первую доску. Но увидев, что за ней и в самом деле нет горы трупов, дальше действовал уже уверенней. Брендан – парень не глупый и храбрый. Но вот все что связано с ведовством, колдовством, мертвецами и прочей жутью нагоняет на него вполне закономерную панику. И я его понимаю и нисколько не осуждаю. Все, что живое, он, я уверена, не боится, но вот что за гранью, тут уж, как говорится, что имеем.
Он избавился от трухлявых досок быстро. За ними оказался небольшой слой земли, который кое-где отваливался вместе с досками, но частично остался на каменной кладке. Я подошла и стала прямо рукой очищать стену, уж больно меня заинтересовали надписи на ней.
Когда стена нашими совместными с Бренданом усилиями стала чистой, мы были перепачканные, но довольные. Брендан тем, что в процессе мы уничтожили все грибы, которые ему не нравились. Я же тем, что оказалась права. Стена из старых досок скрывала эти надписи. Хотя, на мой взгляд, зачем так стараться, если все равно ничего не понять.
– Я уже это видела.
– Я уже это видел.
Произнесли мы с Маркграфом одновременно.
– Вы где? – спросили меня.
– В подвале моего дома. Ну, то есть дома старой Клары. А вы?
– У меня в замке. Эта надпись сделана так же как и здесь, на стене. Только вот не в подвале, а в моем кабинете, рядом с оружейной.