Наследница долины орлов (СИ)

За галереей, в маленьком коридорчике, виднелась неприметная дверь на балкон. Нель осторожно открыла ее, ступила на крошечный пятачок и посмотрела вниз.
Балкон выходил на старую, заброшенную часть особняка, за которым начинался сад. Девушка огляделась и бросила дорожную сумку в кустарник. Теперь осталось спуститься вниз и перепрятать поклажу понадежней. Что она и сделала, выйдя из дома через черный ход.
  
Глава третья
 
После обеда прибежала Лесса. Взволнованная, напряженная, точно тетива.
— Виконт Салари вчера сделал мне предложение, — на щеках девушки горел нездоровый румянец. — Все, Нель, назад дороги нет. Отец подписал брачный договор. Через неделю помолвка, через месяц свадьба.
Нель вздохнула и присела рядом с подругой. Погладила ее ладонь, потрепала по плечу.
— Я обещала и я исполню. Если этот пьяница будет буянить — мы его проучим. Только никому не говори, — Нель опасливо посмотрела на дверь и зашептала. — Я знаю такие секреты, о которых здешние маги даже представления не имеют. Северная провинция отличается от остального королевства. В монастыре благочестивой Ефимии хранятся такие тайны, что королевские маги себе макушки чешут. Да только кишка у них тонка, чтобы добраться до них.
Лесса беззвучно ахнула.
— А как же королевский совет по магии?
— Доказать не могут. Благочестивая Ефимия обладала особым волшебством. Королевским магам такая сила не по зубам. Так, что, моя дорогая, не вешай нос. Твой виконт будет у нас по струночке ходить.
Лесса недоверчиво посмотрела на подругу. Наверное, Нель ее просто успокаивает. Она всегда такая — надежная, верная. Как хорошо, что она у нее есть.
— Спасибо тебе, — сказала Лесса и тут же встрепенулась. — Нель, ты обещала рассказать подробности. Что ты задумала?
— Принесла сеточку для волос?
— Да, — ответила Лесса и вытащила из маленькой бархатной сумочки тонкую сеточку, украшенную густой россыпью жемчуга. Конечно же, поддельного жемчуга. Но если не вглядываться слишком пристально, то выглядела эта вещь очень привлекательно.
— Значит так, — кивнула Нель. — Бал начинается в десять. Я, как хозяйка, должна буду встречать, и приветствовать гостей.
Лесса нахмурила брови.
— В маске?
— Нет. Мое лицо будет открыто, — загадочно улыбнулась Нель. — Но через полчаса у меня вдруг заболит голова, или мне станет душно, и я скажу дядюшке, что отлучусь на несколько минут. И вот тут начнется наше с тобой представление.
Лесса восторженно распахнула глаза.
— Мы с тобой поменяемся костюмами!
— Почти так. Мне не придется надевать твое платье. У меня будет нечто особенное для гостей, — Нель вскочила и подбежала к шкафу. Порылась на полке и вытащила бархатные кюлоты.
— Гляди.
Лесса пораженно открыла рот.
— Кюлоты!
— Да, дорогая. Я буду в костюме юного дворянина времен короля Карлая Седьмого, — Нель вытащила из шкафа курточку и шляпу.
— Это восторг! — Лесса всплеснула руками и засмеялась. Потом вдруг сникла.
— А что в это время буду делать я?
— Блистать! — Нель недвусмысленно кивнула на платье из хилиджанского шелка. — Твоя роль на этом балу — быть королевой. Танцуй, наслаждайся обществом дядюшкиных гостей, веселись. Когда устанешь — незаметно вернешься в эту комнату, переоденешься и уйдешь. Я дам тебе ключ. Потом оставишь его под дорожкой у самой двери.
Лесса смущенно присела на кровать.
— Ты отказываешься от роли королевы? Почему? — Девушка чувствовала, что подруга что-то недоговаривает. Но Нель только пожала плечами.
— Зачем мне эта роль? Знаешь, у меня есть сильное подозрение, что сегодняшний бал — смотрины.
— Тогда тем более… Нель, а вдруг барон нашел тебе приличного молодого человека?
— Лесса! Мой дядюшка и что-то приличное — это абсурд. Вчера мне намекнули, что наши лесные угодья на треть вырублены, что несколько лет назад были проданы все племенные кобылы, что работникам урезаны выплаты. И это только то, что лежит на поверхности. А чего мы еще не знаем?
— Откуда у тебя эти сведения?
 
Нель устало присела на стул.
— Садовник Флем рассказал. А о том, что идет вырубка леса, ему поведал лесник, который приехал к опекуну для отчета. Лесник со стариком Флемом давние знакомцы. Лесса, я подозреваю, что дядюшка меня прилично обокрал.
— Постой, — Лесса стремительно вскочила на ноги. — Или я чего-то не понимаю, или дело обстоит как раз наоборот — ему невыгодно выдавать тебя замуж. Все права на владение наследством перейдут твоему мужу. И тот навряд ли будет молчать, обнаружив воровство.
Нель задумчиво кивнула.
— Все правильно. Так бы и случилось… Если бы речь шла о приличном человеке. Но дядюшка не мог подобрать для меня приличного человека. В монастыре, матушка-настоятельница просветила меня, что по достижении девятнадцати лет, я имею право затребовать полный отчет о положении моих дел. Не у дядюшки, а у опекунского совета. А мой дядюшка обязан перед ним отчитаться.
— Стой! — Воскликнула Лесса. — Нель, получается, что сегодняшнего дня твой дядя не имеет над тобой власти?!
— Имеет. Я смогу выйти из-под его опеки только через месяц. Такой порядок, — Нель горько усмехнулась и со вздохом посмотрела в окно, откуда доносился смех бегающих по двору работниц. — У моего опекуна нет выбора. Он должен в течение месяца выдать меня замуж… за неприличного человека. Понимаешь? За такого человека, который согласится прикрыть дядюшкины махинации.
— Но какая выгода этому человеку? — Непонимающе нахмурилась Лесса. — Нель, ты что-то намудрила в своих предположениях.
— Не знаю… может, и намудрила. Но самый выгодный вариант для опекуна, чтобы избежать неприятности — убить меня. Концы в воду, и все наследство останется ему, вместе с родовым именем, или же поделить наследство, по договоренности, с неприличным человеком. Вот тебе и выгода для какого-нибудь мошенника.
— Ой! Замолчи! — Сердито махнула рукой Лесса. — Да как у тебя язык повернулся такое сказать. Барон ди Рёх, конечно, еще тот прохиндей. Но убить…. Нет, подруга, это ты намудрила.
Нель застыла на секунду, повернув голову к шкафу, где висело платье из хилиджанского шелка. Но тут же мотнула головой, отгоняя плохие мысли.
— Да услышит твои слова благочестивая Ефимия, — прошептала она подруге.
* * *
Барон ди Рёх подошел к окну, чуть отодвинул тяжелую штору, оглядел парадную площадку особняка. Чуть дальше тянулась аллея — въезд в усадьбу.
— Скоро приедут. Виор Дюш — пунктуальный человек.
— Решим вопрос сейчас. Ты знаешь, я не хочу, чтобы меня кто-то видел.
— Упаси Провидение, если кто-то тебя увидит, — потешно вскинул толстые ладошки барон. — Ну… разве, что в маске.
— И никак иначе, — согласился с ним собеседник.
Это был крупный мужчина с настороженным взглядом, в его глазах плавала странная пугающая чернота. Кожа шоколадного оттенка, грубые черты лица и жесткие черные волосы выдавали в нем южанина. Из-под плаща-накидки выглядывала темная шелковая рубаха, поверх ее — кожаная жилетка, окантованная золотой тесьмой.
Широкие брюки так же подтверждали, что человек приехал издалека, а по говору и акценту можно было предположить откуда — из Хилиджанского султаната.
Барон подошел к стене и нажал на темную деревянную панель. Раздался щелчок, от стены отошла маленькая дверца, открывающая тайник. Вытащив из него объемный кошелек, набитый монетами, он бросил его на стол.
— Здесь половина обещанного. Вторую получишь по завершению нашего плана.
— Твоего плана, барон-бей.
— Ну, хорошо… моего плана, — не стал спорить ди Рёх и состроил умильную ухмылку на лице, намекая, что это не так и важно — чей план. Главное — кто будет его осуществлять.
А осуществлять его придется как раз не барон-бею, лишенному магического дара, а его собеседнику.
— Ахим-бей, зачем так тревожишься. Ты приструнишь девчонку, погасишь на время ее дар, вольешь в нее ложные воспоминания. Она подпишет бумаги — брачный договор и дарственную для меня. И все будут счастливы. Она получит мужа… Какого-никакого. Ты — золото, я — дарственную на некую сумму. Даже убивать никого не придется, — довольный своей шуткой, барон мелко затрясся хохотом.